Что нового Оглавление Поиск Закладки Словарь Вход EN / RU
Адрес: Прочее >> Висуддхимагга (путь очищения) >> Висуддхимагга, том 1 >> 8. Воспоминание как предмет медитации
Отображение колонок




8. Воспоминание как предмет медитации Палийский оригинал

пали Nyanamoli thera - english khantibalo - русский Комментарии

Памятование о смерти Таблица Палийский оригинал

167.Idāni ito anantarāya maraṇassatiyā bhāvanāniddeso anuppatto. 1.[229] Now comes the description of the development of mindfulness of death, which was listed next (III.105). Далее описывается развитие памятования о смерти, которое идёт следующим в списке.
Tattha maraṇanti ekabhavapariyāpannassa jīvitindriyassa upacchedo. Herein, death (maraṇa) is the interruption of the life faculty included within [the limits of] a single becoming (existence). Здесь смерть - это прерывание способности жить, входящей в одно бывание.
Yaṃ panetaṃ arahantānaṃ vaṭṭadukkhasamucchedasaṅkhātaṃ samucchedamaraṇaṃ, saṅkhārānaṃ khaṇabhaṅgasaṅkhātaṃ khaṇikamaraṇaṃ, rukkho mato lohaṃ matantiādīsu sammutimaraṇañca, na taṃ idha adhippetaṃ. But death as termination (cutting off), in other words, the Arahant’s termination of the suffering of the round, is not intended here, nor is momentary death, in other words, the momentary dissolution of formations, nor the “death” of conventional (metaphorical) usage in such expressions as “dead tree,” “dead metal,” and so on. Но смерть как прекращение, под которым подразумевается прекращение страдания от цикла [сансары], происходящее у араханта, не включается сюда, равно как и мгновенная смерть, под которой подразумевается мгновенное разрушение совокупностей. И также здесь не подразумевается смерть в обычном понимании как "мёртвое дерево", "мёртвый металл" и т.д.
Yampi cetaṃ adhippetaṃ, taṃ kālamaraṇaṃ akālamaraṇanti duvidhaṃ hoti. 2.As intended here it is of two kinds, that is to say, timely death and untimely death. Согласно тому, что здесь подразумевается, она бывает двух видов: своевременная смерть и несвоевременная смерть.
Tattha kālamaraṇaṃ puññakkhayena vā āyukkhayena vā ubhayakkhayena vā hoti. Herein, timely death comes about with the exhaustion of merit or with the exhaustion of a life span or with both. Здесь своевременная смерть наступает с исчерпанием заслуг, исчерпанием времени жизни или того и другого.
Akālamaraṇaṃ kammupacchedakakammavasena. Untimely death comes about through kamma that interrupts [other, life-producing] kamma. Несвоевременная смерть наступает благодаря камме, которая прерывает другую [порождающую жизнь] камму.
Tattha yaṃ vijjamānāyapi āyusantānajanakapaccayasampattiyā kevalaṃ paṭisandhijanakassa kammassa vipakkavipākattā maraṇaṃ hoti, idaṃ puññakkhayena maraṇaṃ nāma. 3.Herein, death through exhaustion of merit is a term for the kind of death that comes about owing to the result of [former] rebirth-producing kamma’s having finished ripening although favourable conditions for prolonging the continuity of a life span may be still present. Здесь смерть от исчерпания заслуг означает вид смерти, которая происходит благодаря завершению проявления плода [прошлой] каммы, породившей воссоединение ума, хотя благоприятные для продолжения жизни условия могут продолжать присутствовать.
Yaṃ gatikālāhārādisampattiyā abhāvena ajjatanakālapurisānaṃ viya vassasatamattaparimāṇassa āyuno khayavasena maraṇaṃ hoti, idaṃ āyukkhayena maraṇaṃ nāma. Death through exhaustion of a life span is a term for the kind of death that comes about owing to the exhaustion of the normal life span of men of today, which measures only a century owing to want of such excellence in destiny [as deities have] or in time [as there is at the beginning of an aeon] or in nutriment [as the Uttarakurus and so on have].1 Смерть от исчерпания времени жизни означает вид смерти, которая происходит благодаря исчерпания обычного времени жизни людей в текущую эпоху, которая составляет лишь столетие благодаря отсутствию такого успеха в плане удела [как у божеств] или в плане времени [как в начале мирового цикла] или в плане питания [как у жителей Уттаракуру и прочих]. Comm. NT: 1. Amplifications are from Vism-mhṭ, p. 236.
Все комментарии (2)
Yaṃ pana dūsīmārakalāburājādīnaṃ viya taṅkhaṇaññeva ṭhānācāvanasamatthena kammunā upacchinnasantānānaṃ, purimakammavasena vā satthaharaṇādīhi upakkamehi upacchijjamānasantānānaṃ maraṇaṃ hoti, idaṃ akālamaraṇaṃ nāma. Untimely death is a term for the death of those whose continuity is interrupted by kamma capable of causing them to fall (cāvana) from their place at that very moment, as in the case of Dūsi-Māra (see M I 337), Kalāburājā (see J-a III 39), etc.,2 or for the death of those whose [life’s] continuity is interrupted by assaults with weapons, etc., due to previous kamma.[230] Несвоевременная смерть означает смерть тех, чья непрерывность [совокупностей] прерывается каммой, способной привести к падению этих существ из их мест в тот самый момент, как было в случае с Дуси-Марой, Калабураджой и т.п. или она означает смерть тех, чья непрерывность жизни была прервана нападением с помощью оружия и прочего благодаря накопленной в прошлом камме. Comm. NT: 2. See A-a II 104, and M-a IV 8.
Все комментарии (1)
Taṃ sabbampi vuttappakārena jīvitindriyupacchedena saṅgahitaṃ. All these are included under the interruption of the life faculty of the kinds already stated. Все они включаются в прерывание способности жить уже описанных видов.
Iti jīvitindriyupacchedasaṅkhātassa maraṇassa saraṇaṃ maraṇassati. So mindfulness of death is the remembering of death, in other words, of the interruption of the life faculty. Поэтому памятование о смерти это воспоминание о смерти, другими словами, о прерывании способности жить.
168.Taṃ bhāvetukāmena rahogatena paṭisallīnena "maraṇaṃ bhavissati, jīvitindriyaṃ upacchijjissatī"ti vā, "maraṇaṃ maraṇa"nti vā yoniso manasikāro pavattetabbo. 4.One who wants to develop this should go into solitary retreat and exercise attention wisely in this way: “Death will take place; the life faculty will be interrupted,” or “Death, death.” Тот, кто хочет развивать его, должен уйти в уединённое место и применять основательное внимание следующим образом: "смерть наступит, способность жить будет прервана" или "смерть, смерть".
Ayoniso pavattayato hi iṭṭhajanamaraṇānussaraṇe soko uppajjati vijātamātuyā piyaputtamaraṇānussaraṇe viya. 5.If he exercises his attention unwisely in recollecting the [possible] death of an agreeable person, sorrow arises, as in a mother on recollecting the death of her beloved child she bore; Если он применяет внимание неосновательно путём воспоминания о [возможной] смерти приятного ему человека, возникает печаль, как у матери при воспоминании о смерти любимого ребёнка, которого она родила.
Aniṭṭhajanamaraṇānussaraṇe pāmojjaṃ uppajjati verīnaṃ verimaraṇānussaraṇe viya. and gladness arises in recollecting the death of a disagreeable person, as in enemies on recollecting the death of their enemies; У того, кто вспоминает о смерти неприятного человека возникает радость как у врагов, вспоминающих о смерти их собственных врагов.
Majjhattajanamaraṇānussaraṇe saṃvego na uppajjati matakaḷevaradassane chavaḍāhakassa viya. and no sense of urgency arises on recollecting the death of neutral people, as happens in a corpse-burner on seeing a dead body; У того, кто вспоминает о смерти безразличного человека не возникает чувства срочности, как у сжигателя трупов при виде мёртвого тела.
Attano maraṇānussaraṇe santāso uppajjati ukkhittāsikaṃ vadhakaṃ disvā bhīrukajātikassa viya. and anxiety arises on recollecting one’s own death, as happens in a timid person on seeing a murderer with a poised dagger. У того, кто вспоминает собственную смерть, возникает тревога, как у трусливого человека при виде убийцы с занесённым кинжалом.
Tadetaṃ sabbampi satisaṃvegañāṇavirahato hoti. 6.In all that there is neither mindfulness nor sense of urgency nor knowledge. Во всём этом нет ни памятования ни чувства срочности ни знания.
Tasmā tattha tattha hatamatasatte oloketvā diṭṭhapubbasampattīnaṃ sattānaṃ matānaṃ maraṇaṃ āvajjetvā satiñca saṃvegañca ñāṇañca yojetvā "maraṇaṃ bhavissatī"tiādinā nayena manasikāro pavattetabbo. So he should look here and there at beings that have been killed or have died, and advert to the death of beings already dead but formerly seen enjoying good things, doing so with mindfulness, with a sense of urgency and with knowledge, after which he can exercise his attention in the way beginning, “Death will take place.” Поэтому он должен то там то там смотреть на существ, которых убили или которые умерли, и направлять внимание на смерть уже умерших существ, которых он ранее видел наслаждающимися хорошими вещами. Он должен делать это с памятованием, с чувством срочности и знанием, после чего он может направлять своё внимание способом, начинающимся со "смерть наступит". Не совсем понятно зачем выше даётся классификация живых людей и почему на них не нужно направлять внимание, когда здесь даётся прямое указание медитир...
Все комментарии (1)
Evaṃ pavattento hi yoniso pavatteti, upāyena pavattetīti attho. By so doing he exercises it wisely. He exercises it as a [right] means, is the meaning. 3 Делая так, он направляет его основательно. Он направляет его [правильным] способом - таков здесь смысл. Comm. NT: 3. For the expression upāya-manasikāra—“attention as a [right] means” see M-a I 64.
Все комментарии (1)
Evaṃ pavattayatoyeva hi ekaccassa nīvaraṇāni vikkhambhanti, maraṇārammaṇā sati saṇṭhāti, upacārappattameva kammaṭṭhānaṃ hoti. 7.When some exercise it merely in this way, their hindrances get suppressed, their mindfulness becomes established with death as its object, and the meditation subject reaches access. Когда некоторые направляют его только лишь таким способом, помехи подавляются, памятование устанавливается со смертью в качестве объекта и предмет медитации приходит к сосредоточению доступа.
169.Yassa pana ettāvatā na hoti, tena vadhakapaccupaṭṭhānato, sampattivipattito, upasaṃharaṇato, kāyabahusādhāraṇato, āyudubbalato, animittato, addhānaparicchedato, khaṇaparittatoti imehi aṭṭhahākārehi maraṇaṃ anussaritabbaṃ. 8.But one who finds that it does not get so far should do his recollecting of death in eight ways, that is to say: (1) as having the appearance of a murderer, (2) as the ruin of success, (3) by comparison, (4) as to sharing the body with many, (5) as to the frailty of life, (6) as signless, (7) as to the limitedness of the extent, (8) as to the shortness of the moment. Но тот, у кого до этого не доходит, должен заниматься воспоминанием о смерти восемью способами, а именно: (1) как имеющая облик убийцы, (2) как разрушение успеха, (3) путём сравнения, (4) путём деления этого тела со многими, (5) как хрупкость жизни, (6) как беззнаковое, (7) как ограниченность продолжительности, (8) как кратковременность момента.
Tattha vadhakapaccupaṭṭhānatoti vadhakassa viya paccupaṭṭhānato. 9.1. Herein, as having the appearance of a murderer: he should do his recollecting thus, Здесь [смерть] "как имеющая облик убийцы". Он должен выполнять воспоминание так:
Yathā hi imassa sīsaṃ chindissāmīti asiṃ gahetvā gīvāya cārayamāno vadhako paccupaṭṭhitova hoti, evaṃ maraṇampi paccupaṭṭhitamevāti anussaritabbaṃ. “Just as a murderer appears with a sword, thinking, ‘I shall cut this man’s head off,’ and applies it to his neck, so death appears.” "Как появляется убийца с мечом, думая "я отрублю голову этому человеку" и применяет свой меч [для удара] по шее, так проявляется смерть"
Kasmā? Why? Почему?
Saha jātiyā āgatato, jīvitaharaṇato ca. Because it comes with birth and it takes away life. Потому что она приходит с рождением и забирает жизнь.
Yathā hi ahicchattakamakuḷaṃ matthakena paṃsuṃ gahetvāva uggacchati, evaṃ sattā jarāmaraṇaṃ gahetvāva nibbattanti. 10.As budding toadstools always come up lifting dust on their tops, so beings are born along with aging and death. Как молодые поганки всегда появляются с грязью на своих верхушках, так и существа рождаются вместе со старостью и смертью.
Tathā hi nesaṃ paṭisandhicittaṃ uppādānantarameva jaraṃ patvā pabbatasikharato patitasilā viya bhijjati saddhiṃ sampayuttakhandhehi. For accordingly their rebirth-linking consciousness reaches aging immediately next to its arising and then breaks up together with its associated aggregates, like a stone that falls from the summit of a rock.[231] Ведь их момент ума воссоединения достигает старости сразу же после его возникновения и затем разрушается вместе со связанными с ним совокупностями как камень, падающий с вершины скалы.
Evaṃ khaṇikamaraṇaṃ tāva saha jātiyā āgataṃ. So to begin with, momentary death comes along with birth. Так мгновенная смерть приходит вместе с рождением.
Jātassa pana avassaṃ maraṇato idhādhippetamaraṇampi saha jātiyā āgataṃ. But death is inevitable for what is born; consequently the kind of death intended here also comes along with birth. Но смерть неизбежна для того, что было рождено, следовательно подразумеваемый здесь вид смерти также приходит вместе с рождением.
Tasmā esa satto jātakālato paṭṭhāya yathā nāma uṭṭhito sūriyo atthābhimukho gacchateva, gatagataṭṭhānato īsakampi na nivattati. 11. Therefore, just as the risen sun moves on towards its setting and never turns back even for a little while from wherever it has got to, Следовательно, подобно тому, как солнце идёт к закату и никогда не идёт вспять даже на немного с того места, которого оно достигло,
Yathā vā nadī pabbateyyā sīghasotā hārahārinī sandateva vattateva īsakampi na nivattati, evaṃ īsakampi anivattamāno maraṇābhimukhova yāti. or just as a mountain torrent sweeps by with a rapid current, ever flowing and rushing on and never turning back even for a little while, so too this living being travels on towards death from the time when he is born, and he never turns back even for a little while. или как горный ручей протекает с быстрым течением всегда бегущий и стремящийся вперёд, ни на секунду не возвращаясь назад, так и это живое существо с момента рождения путешествует к смерти и никогда не возвращается даже на миг.
Tena vuttaṃ – Hence it is said: Поэтому сказано:
"Yamekarattiṃ paṭhamaṃ, gabbhe vasati māṇavo; “Right from the very day a man Has been conceived inside a womb Прямо с того дня, когда человек зачат в утробе
Abbhuṭṭhitova so yāti, sa gacchaṃ na nivattatī"ti. (jā. 1.15.363); He cannot but go on and on, Nor going can he once turn back” (J-a IV 494). он вынужден идти дальше и идя не может возвратиться.
Evaṃ gacchato cassa gimhābhitattānaṃ kunnadīnaṃ khayo viya, pāto āporasānugatabandhanānaṃ dumapphalānaṃ patanaṃ viya, muggarābhitāḷitānaṃ mattikabhājanānaṃ bhedo viya, sūriyarasmisamphuṭṭhānaṃ ussāvabindūnaṃ viddhaṃsanaṃ viya ca maraṇameva āsannaṃ hoti. 12. And whilst he goes on thus death is as near to him as drying up is to rivulets in the summer heat, as falling is to the fruits of trees when the sap reaches their attachments in the morning, as breaking is to clay pots tapped by a mallet, as vanishing is to dewdrops touched by the sun’s rays. И пока он идёт так, смерть столь близка к нему как высыхание к ручейкам на летней жаре, как падение к плодам на деревьях, когда сок достигает их черенков поутру, как разрушение к глиняным горшкам, разбиваемым колотушкой, как исчезновение капелькам росы, которых касаются солнечные лучи.
Tenāha – Hence it is said: Поэтому сказано:
"Accayanti ahorattā, jīvitamuparujjhati; “The nights and days go slipping by As life keeps dwindling steadily "Ночи и дни улетают пока жизнь постепенно уходит
Āyu khīyati maccānaṃ, kunnadīnaṃva odakaṃ. (saṃ. ni. 1.146); Till mortals’ span, like water pools In failing rills, is all used up” (S I 109). пока срок жизни смертных не исчерпается как вода в ручейках.
"Phalānamiva pakkānaṃ, pāto papatato bhayaṃ; “As there is fear, when fruits are ripe, That in the morning they will fall, Как при созревании плодов есть страх, что утром упадут они
Evaṃ jātāna maccānaṃ, niccaṃ maraṇato bhayaṃ. So mortals are in constant fear, When they are born, that they will die. так и родившиеся смертными в постоянном страхе смерти пребывают.
"Yathāpi kumbhakārassa, kataṃ mattikabhājanaṃ; And as the fate of pots of clay Once fashioned by the potter’s hand, Как глиняным горшкам, сделанным горшечником
Khuddakañca mahantañca, yaṃ pakkaṃ yañca āmakaṃ; Or small or big or baked or raw,4 маленьким, большим, обожжённым или нет Comm. NT: 4. This line is not in the Sutta-nipāta, but see D II 120, note.
Все комментарии (1)
Sabbaṃ bhedanapariyantaṃ, evaṃ maccāna jīvitaṃ'. (su. ni. 581-582); Condemns them to be broken up, So mortals’ life leads but to death” (Sn p. 576f.). всем уготовано разбиться, так и жизнь смертных.
"Ussāvova tiṇaggamhi, sūriyuggamanaṃ pati; “The dewdrop on the blade of grass Vanishes when the sun comes up; Капля росы на травинке исчезает при восходе солнца
Evamāyu manussānaṃ, mā maṃ amma nivārayā"ti. (jā. 1.11.79); Such is a human span of life; So, mother, do not hinder me” (J-a IV 122). так и жизнь людей. Так что, не мешай мне, о мать.
Evaṃ ukkhittāsiko vadhako viya saha jātiyā āgataṃ panetaṃ maraṇaṃ gīvāya asiṃ cārayamāno so vadhako viya jīvitaṃ haratiyeva, na aharitvā nivattati. 13.So this death, which comes along with birth, is like a murderer with poised sword. And like the murderer who applies the sword to the neck, it carries off life and never returns to bring it back. Так что эта смерть, приходящая вместе с жизнью, подобна убийце с занесённым мечом. И как убийца, применяющий свой меч [для удара] по шее, она уносит жизнь и никогда не возвращается, чтобы вернуть её назад.
Tasmā saha jātiyā āgatato, jīvitaharaṇato ca ukkhittāsiko vadhako viya maraṇampi paccupaṭṭhitamevāti evaṃ vadhakapaccupaṭṭhānato maraṇaṃ anussaritabbaṃ. That is why, since death appears like a murderer with poised sword owing to its coming along with birth and carrying off life, it should be recollected as “having the appearance of a murderer. ” Вот почему, поскольку смерть проявляется как убийца с занесённым мечом из-за того, кто она приходит с рождением и забирает жизнь, её следует вспоминать как "имеющая облик убийцы".
170.Sampattivipattitoti idha sampatti nāma tāvadeva sobhati, yāva naṃ vipatti nābhibhavati, na ca sā sampatti nāma atthi, yā vipattiṃ atikkamma tiṭṭheyya. 14. 2. As the ruin of success: here success shines as long as failure does not overcome it. And the success does not exist that might endure out of reach of failure. Как разрушение успеха: здесь успех сияет пока неудача не пересиливает его. И не существует такого успеха, который мог бы существовать вне доступности неудачи.
Tathā hi – Accordingly: Согласно этому:
"Sakalaṃ mediniṃ bhutvā, datvā koṭisataṃ sukhī; “He gave with joy a hundred millions After conquering all the earth, "Завоевав всю землю, он с радостью подал сто мириадов,
Aḍḍhāmalakamattassa, ante issarataṃ gato. Till in the end his realm came down To less than half a gall-nut’s worth. пока, наконец, его царство стало стоить всего пол-орешка. Возможно "от царства осталось [имущества] на пол-орешка".
Все комментарии (1)
"Teneva dehabandhena, puññamhi khayamāgate; Yet when his merit was used up, His body breathing its last breath, Однако когда все его заслуги были исчерпаны, а тело переживало последний вздох
Maraṇābhimukho sopi, asoko sokamāgato"ti. The Sorrowless Asoka too5 Felt sorrow face to face with death. ” Асока [беспечальный] также испытал печаль, встретившись лицом к лицу со смертью. Comm. NT: 5. The Emperor Asoka is referred to. His name Asoka means “Sorrowless.” This story is in the Asokāvadāna and Divyāvadāna, pp. 429–434.
Все комментарии (1)
Apica sabbaṃ ārogyaṃ byādhipariyosānaṃ, sabbaṃ yobbanaṃ jarāpariyosānaṃ, sabbaṃ jīvitaṃ maraṇapariyosānaṃ, sabboyeva lokasannivāso jātiyā anugato, jarāya anusaṭo, byādhinā abhibhūto, maraṇena abbhāhato. 15. Furthermore, all health ends in sickness, all youth ends in aging, all life ends in death; all worldly existence is procured by birth, haunted by aging, surprised by sickness, and struck down by death. Кроме того, всё здоровье заканчивается болезнью, вся молодость заканчивается старостью, вся жизнь заканчивается смертью. Всё существование в мире порождается рождением, преследуется старостью, подстерегается болезнью, и сметается смертью.
Tenāha – Hence it is said: Поэтому сказано:
"Yathāpi selā vipulā, nabhaṃ āhacca pabbatā; “As though huge mountains made of rock So vast they reached up to the sky Как огромные валуны, горы, упирающиеся в небо,
Samantā anupariyeyyuṃ, nippothentā catuddisā. Were to advance from every side, Grinding beneath them all that lives, могли бы наступать со всех сторон, сокрушая четыре направления.
"Evaṃ jarā ca maccu ca, adhivattanti pāṇine; So age and death roll over all, Так старость и смерть наступает на живых существ:
Khattiye brāhmaṇe vesse, sudde caṇḍālapukkuse; Warriors, priests, merchants, and craftsmen, The outcastes and the scavengers, кшатриев, брахманов, вайшьев, шудр, неприкасаемых и уборщиков мусора.
Na kiñci parivajjeti, sabbamevābhimaddati. Crushing all beings, sparing none. Они никого не щадят, давят всё на своём пути.
"Na tattha hatthīnaṃ bhūmi, na rathānaṃ na pattiyā; And here no troops of elephants, No charioteers, no infantry, Здесь ни слоны ни колесницы ни пехота не может устоять,
Na cāpi mantayuddhena, sakkā jetuṃ dhanena vā"ti. (saṃ. ni. 1.136); No strategy in form of spells, No riches, serve to beat them off” (S I 102). не победить тут ни противоборством хитростей ни богатством.
Evaṃ jīvitasampattiyā maraṇavipattipariyosānataṃ vavatthapentena sampattivipattito maraṇaṃ anussaritabbaṃ. This is how death should be recollected as the “ruin of success” by defining it as death’s final ruining of life’s success. Вот как следует вспоминать смерть как разрушение успеха путём определения её в виде окончательного разрушения смертью успеха жизни.
171.Upasaṃharaṇatoti parehi saddhiṃ attano upasaṃharaṇato. 16. 3. By comparison: by comparing oneself to others. Путём сравнения: путём сравнения себя с другими.
Tattha sattahākārehi upasaṃharaṇato maraṇaṃ anussaritabbaṃ, yasamahattato, puññamahattato, thāmamahattato, iddhimahattato, paññāmahattato, paccekabuddhato, sammāsambuddhatoti. Herein, death should be recollected by comparison in seven ways, that is to say: with those of great fame, with those of great merit, with those of great strength, with those of great supernormal power, with those of great understanding, with Paccekabuddhas, with fully enlightened Buddhas. Здесь смерть следует вспоминать путём сравнения семью способами, а именно: с обладающими огромной славой, с обладающими большими заслугами, с обладающими огромной силой, с обладающими огромными сверхсилами, с обладающими огромной мудростью, с паччекабуддами, с постигшими в совершенстве буддами.
Kathaṃ? How? А как?
Idaṃ maraṇaṃ nāma mahāyasānaṃ mahāparivārānaṃ sampannadhanavāhanānaṃ mahāsammatamandhātumahāsudassana daḷhanemi nimippabhutīnampi upari nirāsaṅkameva patitaṃ, kimaṅgaṃ pana mayhaṃ upari na patissati? 17. Although Mahāsammata, Mandhātu, Mahāsudassana, Daḷhanemi, Nimi,6 etc.,7 were greatly famous and had a great following, and though they had amassed enormous wealth, yet death inevitably caught up with them at length, so how shall it not at length overtake me? Хотя у Махасамматы, Мандхату, Махасудассаны, Далханеми, Ними и прочих была огромная слава и огромная свита, и хотя они накопили огромное богатство, всё же смерть неизбежно достала и их, так как же возможно, что смерть наконец не одолеет и меня? Comm. NT: 7. Pabhuti—“etc.”: this meaning is not in PED; see §121.
Все комментарии (2)
Mahāyasā rājavarā, mahāsammataādayo; Great kings like Mahāsammata, Whose fame did spread so mightily, Великие правители с огромной славой как Махасаммата и прочие
Tepi maccuvasaṃ pattā, mādisesu kathāva kāti. All fell into death’s power too; What can be said of those like me? и те попали в лапы смерти, чего уж говорить о таких как я?
Evaṃ tāva yasamahattato anussaritabbaṃ. It should be recollected in this way, firstly, by comparison with those of great fame. Вот как следует вспоминать о ней путём сравнения с обладавшими большой славой.
Kathaṃ puññamahattato? 18.How by comparison with those of great merit? Как [стоит вспоминать] путём сравнения с обладавшими большими заслугами?
Jotiko jaṭilo uggo, meṇḍako atha puṇṇako; Jotika, Jaṭila, Ugga, And Meṇḍaka, and Puṇṇaka Джотика, Джатила, Угга, Мендака и Пуннака -
Ete caññe ca ye loke, mahāpuññāti vissutā; These, the world said, and others too, Did live most meritoriously; эти и другие в мире жили со множеством благих дел (заслуг).
Sabbe maraṇamāpannā, mādisesu kathāva kāti. Yet they came one and all to death; What can be said of those like me? Они все попали в лапы смерти, чего уж говорить о таких как я?
Evaṃ puññamahattato anussaritabbaṃ. It should be recollected in this way by comparison with those of great merit. Вот как следует вспоминать о ней путём сравнения с обладавшими большими заслугами.
Kathaṃ thāmamahattato? 19.How by comparison with those of great strength? Как [стоит вспоминать] путём сравнения с обладавшими большой силой?
Vāsudevo baladevo, bhīmaseno yudhiṭṭhilo; Vāsudeva, Baladeva, Bhīmasena, Yuddhiṭṭhila, Васудева, Баладева, Бхимасена, Юддхиттхила
Cānuro yo mahāmallo, antakassa vasaṃ gatā. And Cāṇura the wrestler, Were in the Exterminator’s power. и Чанура-борец попали во власть истребляющего [живое].
Evaṃ thāmabalūpetā, iti lokamhi vissutā; Throughout the world they were renowned As blessed with strength so mighty; Они были известны в мире как обладавшие огромной силой
Etepi maraṇaṃ yātā, mādisesu kathāva kāti. They too went to the realm of death; What can be said of those like me? Они тоже отправились [в лапы] смерти, чего уж говорить о таких как я?
Evaṃ thāmamahattato anussaritabbaṃ. It should be recollected in this way by comparison with those of great strength. Вот как следует вспоминать о ней путём сравнения с обладавшими большой силой.
Kathaṃ iddhimahattato? 20.How by comparison with those of great supernormal power? Как [стоит вспоминать] путём сравнения с обладавшими большой сверхсилой?
Pādaṅguṭṭhakamattena, vejayantamakampayi; [Who] with the point of his great toe Did rock Vejayanta’s Palace towers, Кончиком большого пальца на ноге сотряс башни дворца Веджаянта
Yo nāmiddhimataṃ seṭṭho, dutiyo aggasāvako. The second of the chief disciples, The foremost in miraculous powers, второй из старших учеников, высший в сверхсилах.
Sopi maccumukhaṃ ghoraṃ, migo sīhamukhaṃ viya; Like a deer in a lion’s jaw, he too, Despite miraculous potency, Как олень в пасти льва он пал в пасть смерти
Paviṭṭho saha iddhīhi, mādisesu kathāva kāti. Fell in the dreadful jaws of death; What can be said of those like me? несмотря на сверхспособности, чего уж говорить о таких как я?
Evaṃ iddhimahattato anussaritabbaṃ. It should be recollected in this way by comparison with those of great supernormal power. Вот как следует вспоминать о ней путём сравнения с обладавшими большой сверхсилой.
Kathaṃ paññāmahattato? 21.How by comparison with those of great understanding? [234] Как [стоит вспоминать] путём сравнения с обладавшими большой мудростью?
Lokanāthaṃ ṭhapetvāna, ye caññe atthi pāṇino; The first of the two chief disciples Did so excel in wisdom’s art Кроме защитника мира, из других существ
Paññāya sāriputtassa, kalaṃ nāgghanti soḷasiṃ. That, save the Helper of the World, No being is worth his sixteenth part. в сравнении с мудростью Сарипутты никто не стоит и шестнадцатой части.
Evaṃ nāma mahāpañño, paṭhamo aggasāvako; But though so great was Sāriputta’s Understanding faculty, Обладая такой великой мудростью первый старший ученик
Maraṇassa vasaṃ patto, mādisesu kathāva kāti. He fell into death’s power too; What can be said of those like me? тоже попал во власть смерти, чего уж говорить о таких как я?
Evaṃ paññāmahattato anussaritabbaṃ. It should be recollected in this way by comparison with those of great understanding. Вот как следует вспоминать о ней путём сравнения с обладавшими большой мудростью.
Kathaṃ paccekabuddhato? 22.How by comparison with Paccekabuddhas? Как [стоит вспоминать] путём сравнения с паччекабуддами?
Yepi te attano ñāṇavīriyabalena sabbakilesasattunimmathanaṃ katvā paccekabodhiṃ pattā khaggavisāṇakappā sayambhuno, tepi maraṇato na muttā, kuto panāhaṃ muccissāmīti. Even those who by the strength of their own knowledge and energy crushed all the enemy defilements and reached enlightenment for themselves, who [stood alone] like the horn of the rhinoceros (see Sn p. 35f.), who were self-perfected, were still not free from death. So how should I be free from it? Даже те, кто с помощью силы своего знания и усердия сокрушили все вражеские загрязнения ума и достигли постижения для себя, [стоя в одиночестве] как рог носорога, достигшие совершенства самостоятельно, всё равно не были свободны от смерти. Как я могу быть свободен от неё?
Taṃ taṃ nimittamāgamma, vīmaṃsantā mahesayo; To help them in their search for truth The Sages various signs employed, В помощь в своих поисках истины мудрецы использовали разные знаки
Sayambhuññāṇatejena, ye pattā āsavakkhayaṃ. Their knowledge brought them self-perfection, Their cankers were at length destroyed. Из знание привело их к собственному совершенству, они достигли прекращения влечений.
Ekacariyanivāsena, khaggasiṅgasamūpamā; Like the rhinoceros’s horn They lived alone in constancy, Они жили в одиночестве как рог носорога.
Tepi nātigatā maccuṃ, mādisesu kathāva kāti. But death they could no way evade; What can be said of those like me? Но и они не избежали смерти, чего уж говорить о таких как я?
Evaṃ paccekabuddhato anussaritabbaṃ. It should be recollected in this way by comparison with Paccekabuddhas. Вот как следует вспоминать о ней путём сравнения с паччекабуддами.
Kathaṃ sammāsambuddhato? 23.How by comparison with fully enlightened Buddhas? Как [стоит вспоминать] путём сравнения с постигшими в совершенстве буддами?
Yopi so bhagavā asītianubyañjanapaṭimaṇḍitadvattiṃsamahāpurisalakkhaṇavicitrarūpakāyo sabbākāraparisuddhasīlakkhandhādiguṇaratanasamiddhadhammakāyo yasamahattapuññamahattathāmamahattaiddhimahattapaññāmahattānaṃ pāraṃ gato asamo asamasamo appaṭipuggalo arahaṃ sammāsambuddho, sopi salilavuṭṭhinipātena mahāaggikkhandho viya maraṇavuṭṭhinipātena ṭhānaso vūpasanto. Even the Blessed One, whose material body was embellished with the eighty lesser details and adorned with the thirty-two marks of a great man (see MN 91; DN 30), whose Dhamma body brought to perfection the treasured qualities of the aggregates of virtue, etc.,8 made pure in every aspect, who overpassed greatness of fame, greatness of merit, greatness of strength, greatness of supernormal power and greatness of understanding, who had no equal, who was the equal of those without equal, without double, accomplished and fully enlightened—even he was suddenly quenched by the downpour of death’s rain, as a great mass of fire is quenched by the downpour of a rain of water. Даже Благословенный, чьё физическое тело было украшено 32 большими и 80 малыми знаками великого человека, чьё тело Дхаммы привело к совершенству драгоценные совокупности нравственности и прочего, ставшее чистым во всех аспектах, кто превзошёл величину славы, величину заслуг, величину силы, величину сверхсил и величину мудрости, у которого не было равного, кто был равен тем, кому равных нет, без другого такого же, достойный, постигший в совершенстве - даже он был вдруг погашен потоком дождя смерти как огромная масса огня затухает под действием воды проливного дождя. Comm. NT: 8. Virtue, concentration, understanding, deliverance, knowledge, and vision of deliverance.
Все комментарии (1)
Evaṃ mahānubhāvassa, yaṃ nāmetaṃ mahesino; And so the Greatest Sage possessed Such mighty power in every way, Имеющий такую огромную силу этот великий провидец
Na bhayena na lajjāya, maraṇaṃ vasamāgataṃ. And it was not through fear or guilt That over him Death held his sway. не из-за страха или вины попал во власть смерти.
Nillajjaṃ vītasārajjaṃ, sabbasattābhimaddanaṃ; No being, not even one without Guilt or pusillanimity, But will be smitten down; Одолевает всех существ, даже тех, что без вины и без робости,
Tayidaṃ mādisaṃ sattaṃ, kathaṃ nābhibhavissatīti. so how I Will he not conquer those like me? как она может не одолеть таких как я?
Evaṃ sammāsambuddhato anussaritabbaṃ. It should be recollected in this way by comparison with fully enlightened Buddhas. Вот как следует вспоминать о ней путём сравнения с постигшими в совершенстве буддами.
Tassevaṃ yasamahattatādisampannehi parehi saddhiṃ maraṇasāmaññatāya attānaṃ upasaṃharitvā tesaṃ viya sattavisesānaṃ mayhampi maraṇaṃ bhavissatīti anussarato upacārappattaṃ kammaṭṭhānaṃ hotīti. 24. When he does his recollecting in this way by comparing himself with others possessed of such great fame, etc., in the light of the universality of death, thinking, “Death will come to me even as it did to those distinguished beings,” then his meditation subject reaches access. Когда он совершает воспоминание таким образом путём сравнения себя с другими, обладавшими большой славой и прочим, понимая всеохватность смерти, думая "смерть придёт ко мне как она пришла к этим выдающимся существам", то его предмет медитации достигает сосредоточения доступа.
Evaṃ upasaṃharaṇato maraṇaṃ anussaritabbaṃ. This is how death should be recollected by comparison. Вот как следует вспоминать о смерти путём сравнения.
172.Kāyabahusādhāraṇatoti ayaṃ kāyo bahusādhāraṇo. 25. 4. As to the sharing of the body with many: this body is shared by many. "Путём деления этого тела со многими": это тело мы делим со многими.
Asītiyā tāva kimikulānaṃ sādhāraṇo, tattha chavinissitā pāṇā chaviṃ khādanti, cammanissitā cammaṃ khādanti, maṃsanissitā maṃsaṃ khādanti, nhārunissitā nhāruṃ khādanti, aṭṭhinissitā aṭṭhiṃ khādanti, miñjanissitā miñjaṃ khādanti. Firstly, it is shared by the eighty families of worms. There too, creatures live in dependence on the outer skin, feeding on the outer skin; creatures live in dependence on the inner skin, feeding on the inner skin; creatures live in dependence on the flesh, feeding on the flesh; creatures live in dependence on the sinews, feeding on the sinews; creatures live in dependence on the bones, feeding on the bones; and creatures live in dependence on the marrow, feeding on the marrow. Во-первых, мы делим его с 80 семьями червей. Там существа живут с опорой на внешний слой кожи, питаясь внешним слоем кожи, существа живут с опорой на внутренний слой кожи, питаясь внутренним слоем кожи, существа живут с опорой на плоть, питаясь плотью, существа живут с опорой на сухожилия, питаясь сухожилиями, существа живут с опорой на кости, питаясь костями, существа живут с опорой на костный мозг, питаясь костным мозгом.
Tattheva jāyanti jīyanti mīyanti, uccārapassāvaṃ karonti. And there they are born, grow old and die, evacuate, and make water; И там они рождаются, стареют и умирают, испражняются и мочатся.
Kāyova nesaṃ sūtigharañceva gilānasālā ca susānañca vaccakuṭi ca passāvadoṇikā ca. and the body is their maternity home, their hospital, their charnel-ground, their privy and their urinal. Тело является их родильным домом, их больницей, их кладбищем, их туалетом и писсуаром.
Svāyaṃ tesampi kimikulānaṃ pakopena maraṇaṃ nigacchatiyeva. The body can also be brought to death with the upsetting of these worms. Тело может умереть из-за недовольства этих червей.
Yathā ca asītiyā kimikulānaṃ, evaṃ ajjhattikānaṃyeva anekasatānaṃ rogānaṃ bāhirānañca ahivicchikādīnaṃ maraṇassa paccayānaṃ sādhāraṇo. And just as it is shared with the eighty families of worms, so too it is shared by the several hundred internal diseases, as well as by such external causes of death as snakes, scorpions, and what not. И подобно тому как мы делим его с 80 семьями червей, так и мы делим его с несколькими сотнями внутренних болезней, а также с такими внешними причинами смерти как змеи, скорпионы и прочие.
Yathā hi catumahāpathe ṭhapite lakkhamhi sabbadisāhi āgatā sarasattitomarapāsāṇādayo nipatanti, evaṃ kāyepi sabbupaddavā nipatanti. 26.And just as when a target is set up at a crossroads and then arrows, spears, pikes, stones, etc., come from all directions and fall upon it, so too all kinds of accidents befall the body, И подобно тому как на перекрёстке ставят мишень и затем, стрелы, копья, пики, камни и прочие прилетают со всех направлений и попадают в неё, так и все виды несчастий попадают в тело,
Svāyaṃ tesampi upaddavānaṃ nipātena maraṇaṃ nigacchatiyeva. and it also comes to death through these accidents befalling it. и также оно приходит к смерти из-за того, что эти несчастья попадают в него.
Tenāha bhagavā – "idha, bhikkhave, bhikkhu divase nikkhante rattiyā paṭihitāya iti paṭisañcikkhati, bahukā kho me paccayā maraṇassa, ahi vā maṃ ḍaṃseyya, vicchiko vā maṃ ḍaṃseyya, satapadī vā maṃ ḍaṃseyya, tena me assa kālaṅkiriyā, so mamassa antarāyo, upakkhalitvā vā papateyyaṃ, bhattaṃ vā me bhuttaṃ byāpajjeyya, pittaṃ vā me kuppeyya, semhaṃ vā me kuppeyya, satthakā vā me vātā kuppeyyuṃ, tena me assa kālaṅkiriyā, so mamassa antarāyo"ti. Hence the Blessed One said: “Here, bhikkhus, when day is departing and night is drawing on,9 a bhikkhu considers thus: ‘In many ways I can risk death. A snake may bite me, or a scorpion may sting me, or a centipede may sting me. I might die of that, and that would set me back. Or I might stumble and fall, or the food I have eaten might disagree with me, or my bile might get upset, or my phlegm might get upset [and sever my joints as it were] like knives. I might die of that, and that would set me back’” (A III 306). Поэтому Благословенный сказал: "Здесь, монахи, когда день уходит и наступает ночь, монах думает так: "Много может быть причин моей смерти. Меня может укусить змея, ужалить скорпион или многоножка. Я могу из-за этого умереть и это будет препятствием для меня. Или я могу споткнуться и упасть, или принимаемая мной пища может вызвать болезнь, или может случиться расстройство желчи, или может случиться расстройство слизи [и разорвать мои суставы] как ножи. Я могу умереть от этого и это будет препятствием для меня". Comm. NT: 9. Paṭihitāya—“drawing on”: not in PED; Vism-mhṭ (p. 240) reads paṇitāya and explains by paccāgatāya (come back).
Все комментарии (1)
Evaṃ (a. ni. 6.20) kāyabahusādhāraṇato maraṇaṃ anussaritabbaṃ. That is how death should be recollected as to sharing the body with many. Вот как следует вспоминать о смерти путём деления этого тела со многими.
173.Āyudubbalatoti āyu nāmetaṃ abalaṃ dubbalaṃ. 27. 5. As to the frailty of life: this life is impotent and frail. [Воспоминание о смерти] как хрупкости жизни: эти жизнь слаба и хрупка.
Tathā hi sattānaṃ jīvitaṃ assāsapassāsūpanibaddhañceva iriyāpathūpanibaddhañca sītuṇhūpanibaddhañca mahābhūtūpanibaddhañca āhārūpanibaddhañca. For the life of beings is bound up with breathing, it is bound up with the postures, it is bound up with cold and heat, it is bound up with the primary elements, and it is bound up with nutriment. Ведь жизнь существ связана с дыханием, она связана с положениями тела, она связана с холодом и жарой, она связана с первоэлементами, она связана с питанием.
Tadetaṃ assāsapassāsānaṃ samavuttitaṃ labhamānameva pavattati. 28. Life occurs only when the in-breaths and out-breaths occur evenly. Жизнь идёт только когда вдохи и выдохи происходят равномерно.
Bahi nikkhantanāsikavāte pana anto apavisante, paviṭṭhe vā anikkhamante mato nāma hoti. But when the wind in the nostrils that has gone outside does not go in again, or when that which has gone inside does not come out again, then a man is reckoned to be dead. Но когда воздух в ноздрях, что вышел наружу, не входит обратно или войдя внутрь не выходит снова назад, то человек считается мёртвым.
Catunnaṃ iriyāpathānampi samavuttitaṃ labhamānameva pavattati. And it occurs only when the four postures are found occurring evenly. [236] И она идёт только когда четыре положения тела происходят равномерно.
Aññataraññatarassa pana adhimattatāya āyusaṅkhārā upacchijjanti. But with the prevailing of anyone of them the life process is interrupted. Но с преобладанием одной из них процесс жизни прерывается.
Sītuṇhānampi samavuttitaṃ labhamānameva pavattati. And it occurs only when cold and heat are found occurring evenly. И он происходит только когда холод и жар действуют равномерно.
Atisītena pana atiuṇhena vā abhibhūtassa vipajjati. But it fails when a man is overcome by excessive cold or heat. Он прерывается, когда человек охвачен чрезмерным холодом или жарой.
Mahābhūtānampi samavuttitaṃ labhamānameva pavattati. And it occurs only when the four primary elements are found occurring evenly. Процесс жизни происходит только когда четыре первоэлемента функционируют равномерно.
Pathavīdhātuyā pana āpodhātuādīnaṃ vā aññataraññatarassa pakopena balasampannopi puggalo patthaddhakāyo vā atisārādivasena kilinnapūtikāyo vā mahāḍāhapareto vā sambhijjamānasandhibandhano vā hutvā jīvitakkhayaṃ pāpuṇāti. But with the disturbance of the earth element even a strong man’s life can be terminated if his body becomes rigid, or with the disturbance of one of the elements beginning with water if his body becomes flaccid and petrified with a flux of the bowels, etc., or if he is consumed by a bad fever, or if he suffers a severing of his limb-joint ligatures (cf. XI.102). Но при расстройстве элемента твёрдости может быть прервана жизнь даже сильного человека, если его тело твердеет, или при расстройстве других элементов, начинающихся с жидкости, если его тело становится вялым и оцепеневшим из-за перекрытия кишечника и т.п. или когда он охвачен сильной лихорадкой, или когда он страдает от разрыва суставных связок,
Kabaḷīkārāhārampi yuttakāle labhantasseva jīvitaṃ pavattati, āhāraṃ alabhamānassa pana parikkhayaṃ gacchatīti. And life occurs only in one who gets physical nutriment at the proper time; but if he gets none, he uses his life up. И жизнь идёт только у того, кто своевременно получает грубую пищу, а если не получает, его жизнь идёт к концу.
Evaṃ āyudubbalato maraṇaṃ anussaritabbaṃ. This is how death should be recollected as to the frailty of life. Вот как следует вспоминать о смерти путём хрупкости жизни.
174.Animittatoti avavatthānato, paricchedābhāvatoti attho. 29. 6. As signless: as indefinable. The meaning is that it is unpredictable. Как беззнаковое: как неопределяемое. Смысл в том, что она непредсказуема.
Sattānaṃ hi – For in the case of all beings: Ведь в отношении всех существ:
Jīvitaṃ byādhi kālo ca, dehanikkhepanaṃ gati; The span, the sickness, and the time, and where The body will be laid, the destiny: Продолжительность, болезнь, время и место, где будет лежать тело, удел -
Pañcete jīvalokasmiṃ, animittā na nāyare. The living world can never know10 these things; There is no sign foretells when they will be. мир живущих никогда не может знать этого: нет знака, который предсказывал бы когда они наступят. Comm. NT: 10. Nāyare—“can know”: form not in PED; Vism-mhṭ explains by ñāyanti.
Все комментарии (1)
Tattha jīvitaṃ tāva "ettakameva jīvitabbaṃ, na ito para"nti vavatthānābhāvato animittaṃ. 30.Herein, firstly the span has no sign because there is no definition such as: Just so much must be lived, no more than that. Здесь продолжительность беззнакова, потому что нет определения подобного следующему: именно столько должно быть прожито, не больше этого.
Kalalakālepi hi sattā maranti, abbudapesighanamāsikadvemāsatemāsacatumāsapañcamāsadasamāsakālepi. For beings [die in the various stages of the embryo, namely], at the time of the kalala, of the abbuda, of the pesi, of the ghana, at one month gone, two months gone, three months gone, four months gone, five months gone … ten months gone, Ведь существа [умирают на разных стадиях развития зародыша, а именно] в момент kalala, в момент abbuda, в момент pesi, в момент ghana, по прошествии месяца, двух месяцев, трёх месяцев, четырёх месяцев... десяти месяцев.
Kucchito nikkhantasamayepi. and on the occasion of coming out of the womb. И также в момент рождения.
Tato paraṃ vassasatassa antopi bahipi marantiyeva. And after that they die this side or the other of the century. И после рождения они умирает на той или иной стороне от отметки в 100 лет.
Byādhipi "imināva byādhinā sattā maranti, nāññenā"ti vavatthānābhāvato animitto. 31.And the sickness has no sign because there is no definition such as: Beings die only of this sickness, not of any other. И у болезни нет знака, потому что нет определения, подобного следующему: существа умирают только от этой болезни, больше ни от какой.
Cakkhurogenāpi hi sattā maranti, sotarogādīnaṃ aññatarenāpi. For beings die of eye disease or of any one among those beginning with ear disease (see A V 110). Ведь существа умирают от болезни глаз или от любой другой из тех, что начинаются с болезни ушей.
Kālopi "imasmiṃyeva kāle maritabbaṃ, nāññasmi"nti evaṃ vavatthānābhāvato animitto. 32.And the time has no sign because there is no definition such as: One has to die only at this time, not at any other. И у времени нет знака, потому что нет определения, подобного следующему: человеку приходится умирать только в это время, ни в какое другое.
Pubbaṇhepi hi sattā maranti, majjhanhikādīnaṃ aññatarasmimpi. For beings die in the morning and at any of the other times such as noon. Ведь существа умирают утром и в любое другое время, такое как полдень.
Dehanikkhepanampi "idheva mīyamānānaṃ dehena patitabbaṃ, nāññatrā"ti evaṃ vavatthānābhāvato animittaṃ. 33. And where the body will be laid down has no sign because there is no definition such as: When people die, they must drop their bodies only here, not anywhere else. И где будет лежать тело тоже не имеет знака, потому что нет определения, подобного следующему: когда люди умирают, они должны оставлять свои тела только здесь, а не где-либо ещё.
Antogāme jātānaṃ hi bahigāmepi attabhāvo patati. For the person of those born inside a village is dropped outside the village, Ведь человек, родившийся в деревне, оставляет [может оставить] тело за пределами деревни
Bahigāme jātānampi antogāme. and that of those born outside the village is dropped inside it. а родившийся за пределами деревни - на территории деревни.
Tathā thalajānaṃ vā jale, jalajānaṃ vā thaleti anekappakārato vitthāretabbaṃ. Likewise that of those born in water is dropped on land, and that of those born on land in water. And this can be multiplied in many ways. Так и тело родившегося в воде бросает на сушу, а тела родившихся на суше бросает в воду. И это [объяснение] можно развернуть многими способами.
Gatipi "ito cutena idha nibbattitabba"nti evaṃ vavatthānābhāvato animittā. 34. And the destiny has no sign because there is no definition such as: One who dies there must be reborn here. И у удела нет знака, потому что нет определения, подобного следующему: кто умер там обязательно переродится здесь.
Devalokato hi cutā manussesupi nibbattanti, manussalokato cutā devalokādīnampi yattha katthaci nibbattantīti evaṃ yantayuttagoṇo viya gatipañcake loko samparivattatīti evaṃ animittato maraṇaṃ anussaritabbaṃ. For there are some who die in a divine world and are reborn in the human world, and there are some who die in the human world and are reborn in a divine world, and so on. And in this way the world goes round and round the five kinds of destinies like an ox harnessed to a machine. This is how death should be recollected as signless. Ведь есть те, кто умирает в мире божеств и возрождается в мире людей, и есть те, кто умирает в мире людей и возрождается в мире божеств и т.д. И таким образом мир кружит вокруг пяти видов уделов как бык, привязанный к механизму. Вот как смерть следует понимать как беззнаковую.
175.Addhānaparicchedatoti manussānaṃ jīvitassa nāma etarahi paritto addhā. 35. 7. As to the limitedness of the extent: the extent of human life is short now. Как ограниченность срока: сейчас срок человеческой жизни небольшой.
Yo ciraṃ jīvati, so vassasataṃ, appaṃ vā bhiyyo. One who lives long lives a hundred years, more or less. Живущий долго живёт сто лет, более или менее.
Tenāha bhagavā – "appamidaṃ, bhikkhave, manussānaṃ āyu, gamanīyo samparāyo, kattabbaṃ kusalaṃ, caritabbaṃ brahmacariyaṃ, natthi jātassa amaraṇaṃ. Hence the Blessed One said: “Bhikkhus, this human life span is short. There is a new life to be gone to, there are profitable [deeds] to be done, there is the life of purity to be led. There is no not dying for the born. Поэтому Благословенный сказал: "Монахи, продолжительность этой человеческой жизни невелика. Есть удел, в который придётся отправиться, есть благотворные поступки, которые следует совершить, есть монашеская жизнь, которую следует провести. Для родившегося невозможно не умереть.
Yo, bhikkhave, ciraṃ jīvati, so vassasataṃ, appaṃ vā bhiyyoti. He who lives long lives a hundred years, more or less …” Живущий долго живёт сто лет, более или менее..."
Appamāyumanussānaṃ, hīḷeyya naṃ suporiso; “The life of humankind is short; A wise man holds it in contempt "Коротка жизнь людей. Мудрый презирает это
Careyyādittasīsova, natthi maccussa nāgamoti. (saṃ. ni. 1.145); And acts as one whose head is burning; Death will never fail to come” (S I 108). и ведёт себя подобно тому, у которого пожар на голове. Не бывает так, что не приходит смерть."
Aparampi āha – "bhūtapubbaṃ, bhikkhave, arako nāma satthā ahosī"ti sabbampi sattahi upamāhi alaṅkataṃ suttaṃ vitthāretabbaṃ. And he said further: “Bhikkhus, there was once a teacher called Araka …” (A IV 136), all of which sutta should be given in full, adorned as it is with seven similes. И также сказано: "Монахи, однажды был учитель по имени Арака." и всё это наставление следует привести полностью, с семью метафорами, которые её украшают. https://tipitaka.theravada.su/view.php?NodeID=4879 здесь её краткий пересказ: https://www.theravada.su/node/963/grid#tu79745
Все комментарии (1)
Aparampi āha – "yocāyaṃ, bhikkhave, bhikkhu evaṃ maraṇassatiṃ bhāveti, aho vatāhaṃ rattindivaṃ jīveyyaṃ, bhagavato sāsanaṃ manasikareyyaṃ, bahuṃ vata me kataṃ assāti. 36. And he said further: “Bhikkhus, when a bhikkhu develops mindfulness of death thus, ‘Oh, let me live a night and day that I may attend to the Blessed One’s teaching, surely much could be done by me,’ И ещё он сказал: "Монахи, когда монах развивает памятование о смерти следующим образом: "О пусть я проживу ночь и день внимая учению Благословенного, уж точно я много смогу сделать"
Yocāyaṃ, bhikkhave, bhikkhu evaṃ maraṇassatiṃ bhāveti, aho vatāhaṃ divasaṃ jīveyyaṃ, bhagavato sāsanaṃ manasikareyyaṃ, bahuṃ vata me kataṃ assāti. and when a bhikkhu develops mindfulness of death thus, ‘Oh, let me live a day that I may attend to the Blessed One’s teaching, surely much could be done by me,’ и когда монах развивает памятование о смерти "О пусть я проживу день внимая учению Благословенного, уж точно я много смогу сделать"
Yo cāyaṃ, bhikkhave, bhikkhu evaṃ maraṇassatiṃ bhāveti, aho vatāhaṃ tadantaraṃ jīveyyaṃ, yadantaraṃ ekaṃ piṇḍapātaṃ bhuñjāmi, bhagavato sāsanaṃ manasikareyyaṃ, bahuṃ vata me kataṃ assāti. и когда монах развивает памятование о смерти "О пусть я проживу столько, сколько уходит на одно принятие пищи, внимая учению Благословенного, уж точно я много смогу сделать"
Yo cāyaṃ, bhikkhave, bhikkhu evaṃ maraṇassatiṃ bhāveti, aho vatāhaṃ tadantaraṃ jīveyyaṃ, yadantaraṃ cattāro pañca ālope saṅkhāditvā ajjhoharāmi, bhagavato sāsanaṃ manasikareyyaṃ, bahuṃ vata me kataṃ assāti. and when a bhikkhu develops mindfulness of death thus, ‘Oh, let me live as long as it takes to chew and swallow four or five mouthfuls that I may attend to the Blessed One’s teaching, surely much could be done by me’ и когда монах развивает памятование о смерти "О пусть я проживу столько, сколько уходит на пережёвывание и глотание четырёх или пяти комков пищи, внимая учению Благословенного, уж точно я много смогу сделать"
Ime vuccanti, bhikkhave, bhikkhū pamattā viharanti, dandhaṃ maraṇassatiṃ bhāventi āsavānaṃ khayāya. —these are called bhikkhus who dwell in negligence and slackly develop mindfulness of death for the destruction of cankers. [238] - эти монахи, зовутся живущими беспечно и слабо развивающими памятование о смерти ради разрушения влечений.
Yo ca khvāyaṃ, bhikkhave, bhikkhu evaṃ maraṇassatiṃ bhāveti, aho vatāhaṃ tadantaraṃ jīveyyaṃ, yadantaraṃ ekaṃ ālopaṃ saṅkhāditvā ajjhoharāmi, bhagavato sāsanaṃ manasikareyyaṃ, bahuṃ vata me kataṃ assāti. 37. “And, bhikkhus, when a bhikkhu develops mindfulness of death thus, ‘Oh, let me live for as long as it takes to chew and swallow a single mouthful that I may attend to the Blessed One’s teaching, surely much could be done by me,’ "И монахи, когда монах развивает памятование о смерти "О пусть я проживу столько, сколько уходит на пережёвывание и глотание одного комка пищи, внимая учению Благословенного, уж точно я много смогу сделать"
Yo cāyaṃ, bhikkhave, bhikkhu evaṃ maraṇassatiṃ bhāveti, aho vatāhaṃ tadantaraṃ jīveyyaṃ, yadantaraṃ assasitvā vā passasāmi, passasitvā vā assasāmi, bhagavato sāsanaṃ manasikareyyaṃ, bahuṃ vata me kataṃ assāti. and when a bhikkhu develops mindfulness of death thus, ‘Oh, let me live as long as it takes to breathe in and breathe out, or as long as it takes to breathe out and breathe in, that I may attend to the Blessed One’s teaching, surely much could be done by me’ и когда монах развивает памятование о смерти "О пусть я проживу столько, сколько уходит на вдох и выдох, внимая учению Благословенного, уж точно я много смогу сделать"
Ime vuccanti, bhikkhave, bhikkhū appamattā viharanti, tikkhaṃ maraṇassatiṃ bhāventi āsavānaṃ khayāyā"ti (a. ni. 6.19). —these are called bhikkhus who dwell in diligence and keenly develop mindfulness of death for the destruction of cankers” (A III 305–6). - эти монахи зовутся живущими старательно (небеспечно) и быстро развивают памятование о смерти ради разрушения влечений."
Evaṃ catupañcālopasaṅkhādanamattaṃ avissāsiyo paritto jīvitassa addhāti evaṃ addhānaparicchedato maraṇaṃ anussaritabbaṃ. 38.So short in fact is the extent of life that it is not certain even for as long as it takes to chew and swallow four or five mouthfuls. Продолжительность жизни столь коротка, что не возможно быть уверенным в ней даже на промежуток времени, который нужен для пережёвывания и глотания четырёх или пяти комков.
176.Khaṇaparittatoti paramatthato hi atiparitto sattānaṃ jīvitakkhaṇo ekacittappavattimattoyeva. 8. As to the shortness of the moment: in the ultimate sense the life-moment of living beings is extremely short, being only as much as the occurrence of a single conscious moment. Как кратковременность момента: в истинном смысле момент жизни существ крайне непродолжителен, составляя всего лишь продолжительность одного момента ума.
Yathā nāma rathacakkaṃ pavattamānampi ekeneva nemippadesena pavattati, tiṭṭhamānampi ekeneva tiṭṭhati, evameva ekacittakkhaṇikaṃ sattānaṃ jīvitaṃ. Just as a chariot wheel, when it is rolling, rolls [that is, touches the ground] only on one point of [the circumference of] its tire, and, when it is at rest, rests only on one point, so too, the life of living beings lasts only for a single conscious moment. Как колесо у колесницы катится [т.е. касается земли] только на одной точке [окружности] обода и когда оно стоит на месте, оно также стоит на одной точке, так и жизнь существ длится всего один момент ума.
Tasmiṃ citte niruddhamatte satto niruddhoti vuccati. When that consciousness has ceased, the being is said to have ceased, Когда этот момент ума прекратился, говорят, что живое существо исчезло.
Yathāha – "atīte cittakkhaṇe jīvittha, na jīvati, na jīvissati. according as it is said: “In a past conscious moment he did live, not he does live, not he will live. Согласно сказанному: "В прошлый момент ума он жил, не живёт, не будет жить.
Anāgate cittakkhaṇe na jīvittha, na jīvati, jīvissati. In a future conscious moment not he did live, not he does live, he will live. В будущем моменте он не жил, не живёт, будет жить.
Paccuppanne cittakkhaṇe na jīvittha, jīvati, na jīvissati. In the present conscious moment not he did live, he does live, not he will live.” В настоящем моменте ума он не жил, живёт, не будет жить.
"Jīvitaṃ attabhāvo ca, sukhadukkhā ca kevalā; “Life, person, pleasure, pain—just these alone Жизнь, личность (тело), удовольствие, страдание - только они
Ekacittasamāyuttā, lahu so vattate khaṇo. Join in one conscious moment that flicks by. соединяются в одном промелькнувшем моменте ума
"Ye niruddhā marantassa, tiṭṭhamānassa vā idha; Ceased aggregates of those dead or alive Исчезнувшие умерших или здесь живущих
Sabbepi sadisā khandhā, gatā appaṭisandhikā. Are all alike, gone never to return. совокупности все похожи, они ушли, чтобы не вернуться никогда.
"Anibbattena na jāto, paccuppannena jīvati; No [world is] born if [consciousness is] not Produced; when that is present, then it lives; [мир] не рождается если не возникает [момент ума], когда он присутствует, тогда он (мир?) живёт
Cittabhaṅgā mato loko, paññatti paramatthiyā"ti. (mahāni. 39); When consciousness dissolves, the world is dead: The highest sense this concept will allow”11 (Nidd I 42). Когда он проходит, мир умер [вместе с ним] - высший смысл, который позволяет это понятие" Comm. NT: (3) Collective concept (samodhāna-p.), e.g., “eight-footed,” “pile of riches.” (4) Additive concept (upanikkhitta- p.), e.g. “one,” “two,” “...
Все комментарии (4)
Evaṃ khaṇaparittato maraṇaṃ anussaritabbaṃ. This is how death should be recollected as to the shortness of the moment. Вот как смерть следует понимать как кратковременность момента.
177.Iti imesaṃ aṭṭhannaṃ ākārānaṃ aññataraññatarena anussaratopi punappunaṃ manasikāravasena cittaṃ āsevanaṃ labhati, maraṇārammaṇā sati santiṭṭhati, nīvaraṇāni vikkhambhanti, jhānaṅgāni pātubhavanti. 40.So while he does his recollecting by means of one or other of these eight ways, his consciousness acquires [the support of] repetition owing to the reiterated attention, mindfulness settles down with death as its object, the hindrances are suppressed, and the jhāna factors make their appearance. Поэтому пока он занимается воспоминанием с помощью того или иного из этих восьми способов, его ум обретает [опору] повторения благодаря многократному направлению внимания, памятование устанавливается со смертью в качестве предмета, помехи подавляются и факторы поглощённости проявляются.
Sabhāvadhammattā pana saṃvejanīyattā ca ārammaṇassa appanaṃ appatvā upacārappattameva jhānaṃ hoti. But since the object is stated with individual essences,12 and since it awakens a sense of urgency, the jhāna does not reach absorption and is only access. [239] Но поскольку предмет описан с индивидуальными сущностями и поскольку он порождает чувство срочности, достигается только сосредоточение доступа, а не полная поглощённость. Comm. NT: 12. Kasiṇa jhāna, for example, has a concept (paññatti) as its object (IV.29) and a concept is a dhamma without individual essence...
Все комментарии (1)
Lokuttarajjhānaṃ pana dutiyacatutthāni ca āruppajjhānāni sabhāvadhammepi bhāvanāvisesena appanaṃ pāpuṇanti. Now, with special development, the supramundane jhāna and the second and the fourth immaterial jhānas reach absorption even with respect to states with individual essences. Но с особым развитием надмирская поглощённость, а также вторая и четвёртая нематериальная поглощённость достигают полной степени даже в отношении явлений с индивидуальными сущностями.
Visuddhibhāvanānukkamavasena hi lokuttaraṃ appanaṃ pāpuṇāti. For the supramundane reaches absorption by means of progressive development of the purification Ведь надмирская поглощённость достигает полной степени путём последовательного развития очищения.
Ārammaṇātikkamabhāvanāvasena āruppaṃ. and the immaterial jhānas do so by means of development consisting in the surmounting of the object (see Ch. X) А поглощённость нематериального мира достигает этого с помощью развития путём оставления предмета.
Appanāpattasseva hi jhānassa ārammaṇasamatikkamanamattaṃ tattha hoti. since there [in those two immaterial jhānas] there is merely the surmounting of the object of jhāna that had already reached absorption. Ведь там [в двух нематериальных поглощённостях] есть лишь оставление предмета поглощённости, которая уже достигла полной степени.
Idha pana tadubhayampi natthi. But here [in mundane mindfulness of death] there is neither Но здесь [в мирском памятовании о смерти] нет ни того ни другого.
Tasmā upacārappattameva jhānaṃ hoti. so the jhāna only reaches access. Так что поглощённость достигает только сосредоточения доступа.
Tadetaṃ maraṇassatibalena uppannattā maraṇassaticceva saṅkhaṃ gacchati. And that access is known as “mindfulness of death” too since it arises through its means. И это сосредоточение доступа также называется памятованием о смерти, поскольку оно возникает с её помощью.
Imañca pana maraṇassatiṃ anuyutto bhikkhu satataṃ appamatto hoti, sabbabhavesu anabhiratisaññaṃ paṭilabhati, jīvitanikantiṃ jahāti, pāpagarahī hoti, asannidhibahulo parikkhāresu vigatamalamacchero, aniccasaññā cassa paricayaṃ gacchati, tadanusāreneva dukkhasaññā anattasaññā ca upaṭṭhāti. 41. A bhikkhu devoted to mindfulness of death is constantly diligent. He acquires perception of disenchantment with all kinds of becoming (existence). He conquers attachment to life. He condemns evil. He avoids much storing. He has no stain of avarice about requisites. Perception of impermanence grows in him, following upon which there appear the perceptions of pain and not-self. Монах, приверженный памятованию о смерти постоянно старателен (небеспечен). Он приобретает распознавание разочарования всеми видами бывания. Он побеждает привязанность к жизни. Он осуждает зло. Он избегает накопительства. У него нет алчности к принадлежностям. В нём растёт распознавание изменчивости, следуя за которым возникает распознавание страдания и безличности.
Yathā abhāvitamaraṇā sattā sahasā vāḷamigayakkhasappacoravadhakābhibhūtā viya maraṇasamaye bhayaṃ santāsaṃ sammohaṃ āpajjanti, evaṃ anāpajjitvā abhayo asammūḷho kālaṃ karoti. But while beings who have not developed [mindfulness of] death fall victims to fear, horror and confusion at the time of death as though suddenly seized by wild beasts, spirits, snakes, robbers, or murderers, he dies undeluded and fearless without falling into any such state. В то время как существа, не развившие памятование о смерти становятся жертвами страха, трепета и замешательства в момент смерти, как будто их внезапно схватили дикие животные, яккхи, змеи, грабители или убийцы, он умирает без спутанности и без страха, не впадая ни в одно из этих состояний.
Sace diṭṭheva dhamme amataṃ nārādheti, kāyassa bhedā sugatiparāyano hoti. And if he does not attain the deathless here and now, he is at least headed for a happy destiny on the breakup of the body. И если в этой жизни он не достигает бессмертного, ему как минимум уготован благой удел по разрушении тела.
Tasmā have appamādaṃ, kayirātha sumedhaso; Now, when a man is truly wise, His constant task will surely be Поэтому если он старателен (небеспечен), пусть мудрый человек занимается
Evaṃ mahānubhāvāya, maraṇassatiyā sadāti. This recollection about death Blessed with such mighty potency. памятованием о смерти постоянно, имеющем столь большую силу.
Idaṃ maraṇassatiyaṃ vitthārakathāmukhaṃ. This is the section dealing with the recollection of death in the detailed explanation. Это был раздел, объясняющий памятование о смерти в подробном виде.

Памятование, направленное на тело Таблица Палийский оригинал

178.Idāni yaṃ taṃ aññatra buddhuppādā appavattapubbaṃ sabbatitthiyānaṃ avisayabhūtaṃ tesu tesu suttantesu "ekadhammo, bhikkhave, bhāvito bahulīkato mahato saṃvegāya saṃvattati. 42. Now comes the description of the development of mindfulness occupied with the body as a meditation subject, which is never promulgated except after an Enlightened One’s arising, and is outside the province of any sectarians. It has been commended by the Blessed One in various ways in different suttas thus: “Bhikkhus, when one thing is developed and repeatedly practiced, it leads to a supreme sense of urgency, Далее будет представлен способ развития памятования, направленного на тело, как объект медитации, которое не возвещается кроме как во времена появления Будды и отсутствует в учениях других учителей. Благословенный высоко отзывался об этом объекте в ряде сутт: "Монахи, когда одна вещь развивается и многократно практикуется, она ведёт к высшему чувству срочности,
Mahato atthāya saṃvattati. to supreme benefit, к высшему благу,
Mahato yogakkhemāya saṃvattati. to supreme surcease of bondage, к высшему освобождению от пут,
Mahato satisampajaññāya saṃvattati. to supreme mindfulness and full awareness, к высшему памятованию и осознаванию,
Ñāṇadassanapaṭilābhāya saṃvattati. to acquisition of knowledge and vision, приобретению знания и видения,
Diṭṭhadhammasukhavihārāya saṃvattati. to a happy life here and now, счастливой жизни здесь и сейчас,
Vijjāvimuttiphalasacchikiriyāya saṃvattati. to realization of the fruit of clear vision and deliverance. осуществлению плода прозрения и освобождения.
Katamo ekadhammo? What is that one thing? Какая одна вещь?
Kāyagatā sati… (a. ni. 1.563 ādayo). It is mindfulness occupied with the body” (A I 43). Это памятование, направленное на тело".
Amataṃ te, bhikkhave, paribhuñjanti, ye kāyagatāsatiṃ paribhuñjanti. And thus: “Bhikkhus, they savour the deathless who savour mindfulness occupied with the body; И ещё: "Монахи, те вкушают бессмертное, кто вкушает памятование, направленное на тело; Comm. NT: 13. In the Aṅguttara text the negative and positive clauses are in the opposite order.
Все комментарии (1)
Amataṃ te, bhikkhave, na paribhuñjanti, ye kāyagatāsatiṃ na paribhuñjanti. they do not savour the deathless who do not savour mindfulness occupied with the body.13 те не вкушают бессмертное, кто не вкушает памятование, направленное на тело.
Amataṃ tesaṃ, bhikkhave, paribhuttaṃ… aparibhuttaṃ… parihīnaṃ… aparihīnaṃ… viraddhaṃ… aviraddhaṃ, yesaṃ kāyagatāsati āraddhāti (a. ni. 1.603) evaṃ bhagavatā anekehi ākārehi pasaṃsitvā "kathaṃ bhāvitā, bhikkhave, kāyagatāsati kathaṃ bahulīkatā mahapphalā hoti mahānisaṃsā? They have savoured the deathless who have savoured mindfulness occupied with the body; they have not savoured … They have neglected … they have not neglected … They have missed … they have found the deathless who have found mindfulness occupied with the body” (A I 45). And it has been described in fourteen sections in the passage beginning, “And how developed, bhikkhus, how repeatedly practiced is mindfulness occupied with the body of great fruit, of great benefit? Те вкусили бессмертное, кто вкусил памятование, направленное на тело, те не вкусили... Те пренебрегали... не пренебрегали... Те упустили... те нашли бессмертное, кто нашёл памятование, направленное на тело". И оно описано 14 разделами во фрагменте [Каягатасати сутты] начинающемся с "Монахи, каким образом памятование, направленное на тело, будучи развиваемо и многократно практикуемо, приносит большой плод и большое благо?
Idha, bhikkhave, bhikkhu araññagato vā"tiādinā (ma. ni. 3.154) nayena ānāpānapabbaṃ, iriyāpathapabbaṃ, catusampajaññapabbaṃ, paṭikkūlamanasikārapabbaṃ, dhātumanasikārapabbaṃ, navasivathikapabbānīti imesaṃ cuddasannaṃ pabbānaṃ vasena kāyagatāsatikammaṭṭhānaṃ niddiṭṭhaṃ, tassa bhāvanāniddeso anuppatto. Here, bhikkhus, a bhikkhu, gone to the forest …” (M III 89), that is to say, the sections on breathing, on postures, on the four kinds of full awareness, on attention directed to repulsiveness, on attention directed to elements, and on the nine charnel-ground contemplations. Здесь, монахи, монах уйдя в лес... ", а именно, раздел о дыхании, о позах, о четырёх видах осознавания, о направлении внимания на отвратительность, о направлении внимания на первоэлементы и 9 кладбищенских созерцаний.
Tattha yasmā iriyāpathapabbaṃ catusampajaññapabbaṃ dhātumanasikārapabbanti imāni tīṇi vipassanāvasena vuttāni. 43.Herein, the three, that is to say, the sections on postures, on the four kinds of full awareness (see M-a I 253f. ), and on attention directed to elements, as they are stated [in that sutta], deal with insight. Три из этих раздела, а именно позы, четыре вида осознавания и первоэлементы, как они объясняются в этой сутте, относятся к медитации прозрения.
Nava sivathikapabbāni vipassanāñāṇesuyeva ādīnavānupassanāvasena vuttāni. Then the nine sections on the charnel- ground contemplations, as stated there, deal with that particular phase of insight knowledge called contemplation of danger. Далее перечисленные в сутте 9 кладбищенских созерцаний, относятся к медитации прозрения, называемой "отслеживание опасности".
Yāpi cettha uddhumātakādīsu samādhibhāvanā ijjheyya, sā asubhaniddese pakāsitāyeva. And any development of concentration in the bloated, etc., that might be implied there has already been explained in the Description of Foulness (Ch. VI). Развитие сосредоточения на распухшем трупе и так далее, о которых идёт речь в сутте, уже были рассмотрены 6 главе.
Ānāpānapabbaṃ pana paṭikkūlamanasikārapabbañca imānevettha dve samādhivasena vuttāni. So there are only the two, that is, the sections on breathing and on directing attention to repulsiveness, that, as stated there, deal with concentration. Осталось только 2 раздела, а именно памятование о дыхании и направление внимания на отвратительность, относящиеся согласно сутте к сосредоточению.
Tesu ānāpānapabbaṃ ānāpānassativasena visuṃ kammaṭṭhānaṃyeva. Of these two, the section on breathing is a separate meditation subject, namely, mindfulness of breathing. Из этой пары памятование о дыхании является отдельным объектом медитации.
Yaṃ panetaṃ "puna caparaṃ, bhikkhave, bhikkhu imameva kāyaṃ uddhaṃ pādatalā adho kesamatthakā tacapariyantaṃ pūraṃ nānappakārassa asucino paccavekkhati. [Text] 44.What is intended here as mindfulness occupied with the body is the thirty- two aspects. This meditation subject is taught as the direction of attention to repulsiveness thus: “Again, bhikkhus, a bhikkhu reviews this body, up from the soles of the feet and down from the top of the hair and contained in the skin, as full of many kinds of filth thus: [Текст первоисточника] Под памятованием, направленным на тело, здесь подразумевается 32 части. Этот объект медитации объясняется как направление внимания на отвратительность следующим образом: "И далее, о монахи, монах размышляет над самим этим покрытым кожей и заключающим в себе множество нечистот теле, снизу вверх, начиная со стоп, и сверху вниз, начиная с волос головы, думая следующим образом:
Atthi imasmiṃ kāye kesā lomā - pe - mutta"nti (ma. ni. 3.154) evaṃ matthaluṅgaṃ aṭṭhimiñjena saṅgahetvā paṭikkūlamanasikāravasena desitaṃ dvattiṃsākārakammaṭṭhānaṃ, idamidha kāyagatāsatīti adhippetaṃ. In this body there are head hairs, body hairs, nails, teeth, skin, flesh, sinews, bones, bone marrow, kidney, heart, liver, midriff, spleen, lungs, bowels, entrails, gorge, dung, bile, phlegm, pus, blood, sweat, fat, tears, grease, spittle, snot, oil of the joints, and urine” (M III 90), the brain being included in the bone marrow in this version [with a total of only thirty-one aspects]. "В этом теле есть волосы головы, волосы тела, ногти, зубы, кожа, плоть, сухожилия, кости, костный мозг, почки, сердце, печень, диафрагма, селезёнка, лёгкие, кишки, брыжейка, содержимое желудка, фекалии, желчь, слизь, гной, кровь, пот, жир, слезы, смазка, слюна, носовая слизь, синовиальная жидкость, моча", головной мозг в этом списке включается в костный мозг, в сумме здесь только 31 часть.
179.Tatthāyaṃ pāḷivaṇṇanāpubbaṅgamo bhāvanāniddeso. 45.Here is the description of the development introduced by a commentary on the text. Далее будет представлен метод практики, даваемый в комментарии к тексту.
Imameva kāyanti imaṃ catumahābhūtikaṃ pūtikāyaṃ. [Word Commentary] This body: this filthy body constructed out of the four primary elements. [Пословный комментарий] "Это тело": это гнилостное тело, состоящее из четырёх первоэлементов.
Uddhaṃ pādatalāti pādatalato upari. Up from the soles of the feet: from the soles of the feet upwards. "начиная со стоп" - с подошв ног вверх.
Adho kesamatthakāti kesaggato heṭṭhā. Down from the top of the hair: from the highest part of the hair downwards. "Сверху вниз, начиная с волос головы" - с высшей точки волос вниз.
Tacapariyantanti tiriyaṃ tacaparicchinnaṃ. Contained in the skin: terminated all round by the skin. "покрытым кожей": ограниченным кожей со всех сторон.
Pūraṃ nānappakārassa asucino paccavekkhatīti nānappakārakesādiasucibharito ayaṃ kāyoti passati. Reviews … as full of many kinds of filth: [241] he sees that this body is packed with the filth of various kinds beginning with head hairs. "Размышляет... заключающим в себе множество нечистот": он видит, что это тело набито нечистотами различных видов, начиная с волос головы.
Kathaṃ? How? Как?
Atthi imasmiṃ kāye kesā - pe - muttanti. “In this body there are head hairs … urine. ” "В этом теле есть волосы головы... моча".
Tattha atthīti saṃvijjanti. 46. Herein, there are means, there are found. Здесь слово "есть" означает "там находятся".
Imasminti yvāyaṃ uddhaṃ pādatalā adho kesamatthakā tacapariyanto pūro nānappakārassa asucinoti vuccati, tasmiṃ. In this: in this, which is expressed thus: “Up from the soles of the feet and down from the top of the hair and contained in the skin, as full of many kinds of filth. "В этом" - в том, которое описывается фразой "заключающим в себе множество нечистот теле, снизу вверх, начиная со стоп, и сверху вниз, начиная с волос головы.
Kāyeti sarīre. ” Body: the carcass; "Тело" - означает "остов".
Sarīraṃ hi asucisañcayato kucchitānaṃ kesādīnañceva cakkhurogādīnañca rogasatānaṃ āyabhūtato kāyoti vuccati. for it is the carcass that is called “body” (kāya) because it is a conglomeration of filth, because such vile (kucchita) things as the head hairs, etc., and the hundred diseases beginning with eye disease, have it as their origin (āya). Остов называется телом (kāya), потому что он является нагромождением нечистот, потому что оно является местом происхождения (āya) таких мерзких (kucchita) вещей как волосы головы и прочее, а также сотни болезней, начиная с болезней глаз.
Kesā lomāti ete kesādayo dvattiṃsākārā. Head hairs, body hairs: these things beginning with head hairs are the thirty- two aspects. "Волосы головы, волосы тела" - эти вещи, начинающиеся с волос на голове составляют 32 части.
Tattha atthi imasmiṃ kāye kesā, atthi imasmiṃ kāye lomāti evaṃ sambandho veditabbo. The construction here should be understood in this way: In this body there are head hairs, in this body there are body hairs. Связь слов здесь следует понимать таким образом: "в этом теле есть волосы головы, в этом теле есть волосы тела".
Imasmiṃ hi pādatalā paṭṭhāya upari, kesamatthakā paṭṭhāya heṭṭhā, tacato paṭṭhāya paritoti ettake byāmamatte kaḷevare sabbākārenapi vicinanto na koci kiñci muttaṃ vā maṇiṃ vā veḷuriyaṃ vā agaruṃ vā kuṅkumaṃ vā kappūraṃ vā vāsacuṇṇādiṃ vā aṇumattampi sucibhāvaṃ passati, atha kho paramaduggandhajegucchaṃ asirikadassanaṃ nānappakāraṃ kesalomādibhedaṃ asuciṃyeva passati. 47. No one who searches throughout the whole of this fathom-long carcass, starting upwards from the soles of the feet, starting downwards from the top of the head, and starting from the skin all round, ever finds even the minutest atom at all beautiful in it, such as a pearl, or a gem, or beryl, or aloes,14 or saffron, or camphor, or talcum powder; on the contrary he finds nothing but the various very malodorous, offensive, drab-looking sorts of filth consisting of the head hairs, body hairs, and the rest. Любой, кто рассматривает этот "остов длиною в сажень" по всему его протяжению со стоп наверх, с волос на голове вниз, с кожи, оборачивающей его вокруг, не видит в нём ничего, чтобы было хоть немного красивым как жемчужина, драгоценный камень, берилл, древесина алоэ, шафран, камфора, благоуханный порошок и т.п., но видит только множество крайне зловонных, отвратительных и тусклых видов нечистот, состоящих их скопления волос головы, волос тела и так далее. Comm. NT: 14. Agaru—“aloes”: not so spelled in PED; but see agalu.
Все комментарии (1)
Tena vuttaṃ "atthi imasmiṃ kāye kesā lomā - pe - mutta"nti. Hence it is said: “In this body there are head hairs, body hairs … urine. ” Поэтому сказано: "в этом теле волосы головы, в этом теле волосы тела... моча".
Ayamettha padasambandhato vaṇṇanā. This is the commentary on the word-construction here. Таков комментарий к структуре предложения.
180.Imaṃ pana kammaṭṭhānaṃ bhāvetukāmena ādikammikena kulaputtena vuttappakāraṃ kalyāṇamittaṃ upasaṅkamitvā idaṃ kammaṭṭhānaṃ gahetabbaṃ. [Development] 48. Now, a clansman who, as a beginner, wants to develop this meditation subject should go to a good friend of the kind already described (III. 61–73) and learn it. [Практика] Итак, практикующий, который, будучи начинающим, желает практиковать этот объект медитации, должен найти хорошего друга, такого, как описано в 3 главе, и изучить объект.
Tenāpissa kammaṭṭhānaṃ kathentena sattadhā uggahakosallaṃ dasadhā ca manasikārakosallaṃ ācikkhitabbaṃ. And the teacher who expounds it to him should tell him the sevenfold skill in learning and the tenfold skill in giving attention. А учитель, объясняющий ему данный объект, должен объяснить ему семифакторный навык в изучении и десятифакторный навык в направлении внимания.
Tattha vacasā manasā vaṇṇato saṇṭhānato disato okāsato paricchedatoti evaṃ sattadhā uggahakosallaṃ ācikkhitabbaṃ. [The Sevenfold Skill in Learning] Herein, the sevenfold skill in learning should be told thus: (1) as verbal recitation, (2) as mental recitation, (3) as to colour, (4) as to shape, (5) as to direction, (6) as to location, (7) as to delimitation. [Семифакторный навык в изучении] Семифакторный навык в изучении следует объяснять так: (1) как повторение вслух, (2) как повторение про себя, (3) в отношении цвета, (4) в отношении формы, (5) в отношении направления, (6) отношении места, (7) в отношении границ.
Imasmiṃ hi paṭikkūlamanasikārakammaṭṭhāne yopi tipiṭako hoti, tenāpi manasikārakāle paṭhamaṃ vācāya sajjhāyo kātabbo. 49. 1. This meditation subject consists in giving attention to repulsiveness. Even if one is master of the Tipiṭaka, the verbal recitation should still be done at the time of first giving it attention. Этот объект медитации состоит из направления внимания на отвратительность. Даже если человек является специалистом по Типитаке, повторение вслух всё равно должно выполняться в момент направления внимания на него в первый раз. Вероятно речь о человеке, знающем Типитаку наизусть.
Все комментарии (1)
Ekaccassa hi sajjhāyaṃ karontasseva kammaṭṭhānaṃ pākaṭaṃ hoti malayavāsī mahādevattherassa santike uggahitakammaṭṭhānānaṃ dvinnaṃ therānaṃ viya. For the meditation subject only becomes evident to some through recitation, as it did to the two elders who learned the meditation subject from the Elder Mahā Deva of the Hill Country (Malaya). Дело в том, что для некоторых объект медитации становится очевидным через повторение вслух, как было в случае двух монахов, изучавших этот объект у учителя Маха Дэвы из страны гор (Малая).
Thero kira tehi kammaṭṭhānaṃ yācito cattāro māse imaṃyeva sajjhāyaṃ karothāti dvattiṃsākārapāḷiṃ adāsi. On being asked for the meditation subject, it seems, the elder [242] gave the text of the thirty-two aspects, saying, “Do only this recitation for four months. Когда они попросили объект медитации учитель дал им текст 32 частей тела со словами "В течение четырёх месяцев занимайтесь только повторением вслух.
Te kiñcāpi nesaṃ dve tayo nikāyā paguṇā, padakkhiṇaggāhitāya pana cattāro māse dvattiṃsākāraṃ sajjhāyantāva sotāpannā ahesuṃ. ” Although they were familiar respectively with two and three Piṭakas, it was only at the end of four months of recitation of the meditation subject that they became stream-enterers, with right apprehension [of the text]. Хотя эти монахи были знакомы с двумя и тремя Никаями Канона соответственно, только в конце четвёртого месяца повторения вслух объекта медитации они достигли вхождения в поток с правильным пониманием текста. Ошибка у дост. Нянамоли - они Никаи знали, а не питаки.
Все комментарии (1)
Tasmā kammaṭṭhānaṃ kathentena ācariyena antevāsiko vattabbo "paṭhamaṃ tāva vācāya sajjhāyaṃ karohī"ti. So the teacher who expounds the meditation subject should tell the pupil to do the recitation verbally first. Поэтому учитель, объясняющий объект медитации, должен сказать ученику сначала повторять объекты вслух.
Karontena ca tacapañcakādīni paricchinditvā anulomapaṭilomavasena sajjhāyo kātabbo. 50.Now, when he does the recitation, he should divide it up into the “skin pentad,” etc., and do it forwards and backwards. Итак, когда он повторяет вслух, ему следует разделить список на "пятёрку кожи" и прочее и повторять их в прямом и обратном порядке.
Kesā lomā nakhā dantā tacoti hi vatvā puna paṭilomato taco dantā nakhā lomā kesāti vattabbaṃ. After saying “Head hairs, body hairs, nails, teeth, skin,” he should repeat it backwards, “Skin, teeth, nails, body hairs, head hairs. ” После слов "волосы головы, волосы тела, ногти, зубы, кожа", он должен повторить их назад: "кожа, зубы, ногти, волосы тела, волосы головы".
Tadanantaraṃ vakkapañcake maṃsaṃ nhāru aṭṭhi aṭṭhimiñjaṃ vakkanti vatvā puna paṭilomato vakkaṃ aṭṭhimiñjaṃ aṭṭhi nhāru maṃsaṃ, taco dantā nakhā lomā kesāti vattabbaṃ. 51.Next to that, with the “kidney pentad,” after saying “Flesh, sinews, bones, bone marrow, kidney,” he should repeat it backwards, “Kidney, bone marrow, bones, sinews, flesh; skin, teeth, nails, body hairs, head hairs. ” Затем с "пятёркой почек" после "плоть, сухожилия, кости, костный мозг, почки" нужно повторить это назад "почки, костный мозг, кости, сухожилия, плоть, кожа, зубы, ногти, волосы тела, волосы головы".
Tato papphāsapañcake hadayaṃ yakanaṃ kilomakaṃ pihakaṃ papphāsanti vatvā puna paṭilomato papphāsaṃ pihakaṃ kilomakaṃ yakanaṃ hadayaṃ, vakkaṃ aṭṭhimiñjaṃ aṭṭhi nhāru maṃsaṃ, taco dantā nakhā lomā kesāti vattabbaṃ. 52.Next, with the “lungs pentad,” after saying “Heart, liver, midriff, spleen, lungs,” he should repeat it backwards, “Lungs, spleen, midriff, liver, heart; kidney, bone marrow, bones, sinews, flesh; skin, teeth, nails, body hairs, head hairs. ” Затем с "пятёркой лёгких" после "сердце, печень, диафрагма, селезёнка, лёгкие" нужно повторить назад "лёгкие, селезёнка, диафрагма, печень, сердце, почки, костный мозг, кости, сухожилия, плоть, кожа, зубы, ногти, волосы тела, волосы головы".
Tato matthaluṅgapañcake antaṃ antaguṇaṃ udariyaṃ karīsaṃ matthaluṅganti vatvā puna paṭilomato matthaluṅgaṃ karīsaṃ udariyaṃ antaguṇaṃ antaṃ, papphāsaṃ pihakaṃ kilomakaṃ yakanaṃ hadayaṃ, vakkaṃ aṭṭhimiñjaṃ aṭṭhi nhāru maṃsaṃ, taco dantā nakhā lomā kesāti vattabbaṃ. 53.Next, with the “brain pentad,” after saying “Bowels, entrails, gorge, dung, brain,” he should repeat it backwards, “Brain, dung, gorge, entrails, bowels; lungs, spleen, midriff, liver, heart; kidney, bone marrow, bones, sinews, flesh; skin, teeth, nails, body hairs, head hairs. ” Затём с "пятёркой мозга" после "кишки, брыжейка, содержимое желудка, фекалии, мозг" нужно повторить назад "мозг, фекалии, содержимое желудка, брыжейка, кишечник, лёгкие, селезёнка, диафрагма, печень, сердце, почки, костный мозг, кости, сухожилия, плоть, кожа, зубы, ногти, волосы тела, волосы головы".
Tato medachakke pittaṃ semhaṃ pubbo lohitaṃ sedo medoti vatvā puna paṭilomato medo sedo lohitaṃ pubbo semhaṃ pittaṃ, matthaluṅgaṃ karīsaṃ udariyaṃ antaguṇaṃ antaṃ, papphāsaṃ pihakaṃ kilomakaṃ yakanaṃ hadayaṃ, vakkaṃ aṭṭhimiñjaṃ aṭṭhi nhāru maṃsaṃ, taco dantā nakhā lomā kesāti vattabbaṃ. 54.Next, with the “fat sextad,” after saying “Bile, phlegm, pus, blood, sweat, fat,” he should repeat it backwards, “Fat, sweat, blood, pus, phlegm, bile; brain, dung, gorge, entrails, bowels; lungs, spleen, midriff, liver, heart; kidney, bone marrow, bones, sinews, flesh; skin, teeth, nails, body hairs, head hairs. ” Затем с "шестёркой жира" после "желчь, слизь, гной, кровь, пот, жир" нужно повторить назад "жир, пот, кровь, гной, слизь, желчь, мозг, фекалии, содержимое желудка, брыжейка, кишечник, лёгкие, селезёнка, диафрагма, печень, сердце, почки, костный мозг, кости, сухожилия, плоть, кожа, зубы, ногти, волосы тела, волосы головы".
Tato muttachakke assu vasā kheḷo siṅghāṇikā lasikā muttanti vatvā puna paṭilomato muttaṃ lasikā siṅghāṇikā kheḷo vasā assu, medo sedo lohitaṃ pubbo semhaṃ pittaṃ, matthaluṅgaṃ karīsaṃ udariyaṃ antaguṇaṃ antaṃ, papphāsaṃ pihakaṃ kilomakaṃ yakanaṃ hadayaṃ, vakkaṃ aṭṭhimiñjaṃ aṭṭhi nhāru maṃsaṃ, taco dantā nakhā lomā kesāti vattabbaṃ. 55.Next, with the “urine sextad,” after saying “Tears, grease, spittle, snot, oil of the joints, urine,” he should repeat it backwards, “Urine, oil of the joints, snot, spittle, grease, tears; fat, sweat, blood, pus, phlegm, bile; brain, dung, gorge, entrails, bowels; lungs, spleen, midriff, liver, heart; kidney, bone marrow, bones, sinews, flesh; skin, teeth, nails, body hairs, head hairs. ” [243] Затем с "шестёркой мочи" после "слёзы, смазка, слюна, носовая слизь, синовиальная жидкость, моча" нужно повторить назад "моча, синовиальная жидкость, носовая слизь, слюна, смазка, слёзы, жир, пот, кровь, гной, слизь, желчь, мозг, фекалии, содержимое желудка, брыжейка, кишечник, лёгкие, селезёнка, диафрагма, печень, сердце, почки, костный мозг, кости, сухожилия, плоть, кожа, зубы, ногти, волосы тела, волосы головы".
Evaṃ kālasataṃ kālasahassaṃ kālasatasahassampi vācāya sajjhāyo kātabbo. 56. The recitation should be done verbally in this way a hundred times, a thousand times, even a hundred thousand times. Чтение нужно выполнять таким образом вслух сто раз, тысячу раз, даже сто тысяч раз.
Vacasā sajjhāyena hi kammaṭṭhānatanti paguṇā hoti, na ito cito ca cittaṃ vidhāvati. For it is through verbal recitation that the meditation subject becomes familiar, and the mind being thus prevented from running here and there, Ведь именно через чтение вслух объект медитации становится знакомым и тем самым предотвращается блуждание ума,
Koṭṭhāsā pākaṭā honti, hatthasaṅkhalikā viya vatipādapanti viya ca khāyanti. the parts become evident and seem like [the fingers of] a pair of clasped hands,15 like a row of fence posts. части тела становятся очевидными и будут заметны как пальцы сложенных вместе рук, как ряд заборных столбов. Comm. NT: 15.
Все комментарии (1)
Yathā pana vacasā, tatheva manasāpi sajjhāyo kātabbo. 57.2. The mental recitation should be done just as it is done verbally. Умственное чтение следует выполнять так же, как и чтение вслух.
Vacasā sajjhāyo hi manasā sajjhāyassa paccayo hoti. For the verbal recitation is a condition for the mental recitation, Ведь чтение вслух является условием для чтения про себя,
Manasā sajjhāyo lakkhaṇapaṭivedhassa paccayo hoti. and the mental recitation is a condition for the penetration of the characteristic [of foulness]. 16 а чтение про себя является условием для постижения характеристики [непривлекательности]. Comm. NT: 16.
Все комментарии (1)
Vaṇṇatoti kesādīnaṃ vaṇṇo vavatthapetabbo. 58.3. As to colour: the colour of the head hairs, etc., should be defined. "В отношении цвета": следует определить цвет волос головы и прочего. Согласно подробному определению каждой из 32 частей (здесь опущено).
Все комментарии (1)
Saṇṭhānatoti tesaññeva saṇṭhānaṃ vavatthapetabbaṃ. 4. As to shape: their shape should be defined too. "В отношении формы": их форма также должна быть определена.
Disatoti imasmiṃ hi sarīre nābhito uddhaṃ uparimadisā, adho heṭṭhimadisā, tasmā ayaṃ koṭṭhāso imissā nāma disāyāti disā vavatthapetabbā. 5. As to direction: in this body, upwards from the navel is the upward direction, and downwards from it is the downward direction. So the direction should be defined thus: “This part is in this direction. ” "В отношении направления": в этом теле, с пупка и выше - это верхнее направление, а ниже пупка - это нижнее направление. Поэтому направление следует определить так: "Эта часть в таком-то направлении".
Okāsatoti ayaṃ koṭṭhāso imasmiṃ nāma okāse patiṭṭhitoti evaṃ tassa tassa okāso vavatthapetabbo. 6. As to location: the location of this or that part should be defined thus: “This part is established in this location. ” "В отношении места": место той или другой части следует определить так: "эта часть находится в таком-то месте".
Paricchedatoti sabhāgaparicchedo visabhāgaparicchedoti dve paricchedā. 59. 7. As to delimitation: there are two kinds of delimitation, that is, delimitation of the similar and delimitation of the dissimilar. "В отношении границ": есть два вида разграничения - разграничений похожего и разграничение непохожего.
Tattha ayaṃ koṭṭhāso heṭṭhā ca upari ca tiriyañca iminā nāma paricchinnoti evaṃ sabhāgaparicchedo veditabbo. Herein, delimitation of the similar should be understood in this way: “This part is delimited above and below and around by this. Разграничение похожего нужно понимать следующим образом: "Эта часть ограничена сверху, снизу и вокруг вот этим".
Kesā na lomā, lomāpi na kesāti evaṃ amissakatāvasena visabhāgaparicchedo veditabbo. ” Delimitation of the dissimilar should be understood as non-intermixed-ness in this way: “Head hairs are not body hairs, and body hairs are not head hairs. ” Разграничение непохожего следует понимать как несмешанность следующим образом: "Волосы головы - это не волосы тела, а волосы тела не волосы головы".
Evaṃ sattadhā uggahakosallaṃ ācikkhantena pana idaṃ kammaṭṭhānaṃ asukasmiṃ sutte paṭikkūlavasena kathitaṃ, asukasmiṃ dhātuvasenāti ñatvā ācikkhitabbaṃ. 60.When the teacher tells the skill in learning in seven ways thus, he should do so knowing that in certain suttas this meditation subject is expounded from the point of view of repulsiveness and in certain suttas from the point of view of elements. Когда учитель объясняет навык в изучении этими семью способами, он должен обучать с учётом того, что в некоторых суттах этот объект медитации объясняется с точки зрения отвратительности, а в некоторых с точки зрения первоэлементов материи. Объяснить кратко, что это медитация успокоения.
Все комментарии (1)
Idañhi mahāsatipaṭṭhāne (dī. ni. 2.377) paṭikkūlavaseneva kathitaṃ. For in the Mahā Satipaṭṭhāna Sutta (DN 22) it is expounded only as repulsiveness. В Махасатипаттхана сутте (ДН 22) он объясняется только как отвратительное.
Mahāhatthipadopama(ma. ni. 1.300 ādayo) mahārāhulovāda(ma. ni. 2.113 ādayo) dhātuvibhaṅgesu(ma. ni. 3.342 ādayo) dhātuvasena kathitaṃ. In the Mahā Hatthipadopama Sutta (MN 28), in the Mahā Rāhulovāda Sutta (MN 62), and the Dhātuvibhaṅga (MN 140, also Vibh 82), it is expounded as elements. В Махахаттхипадопама сутте (МН 28) и Махарахуловада сутте (МН 62) и в Дхатувибханга сутте (МН 140 и Вибханга 82) он объясняется в отношении первоэлементов.
Kāyagatāsatisutte (ma. ni. 3.153) pana yassa vaṇṇato upaṭṭhāti, taṃ sandhāya cattāri jhānāni vibhattāni. In the Kāyagatāsati Sutta (MN 119), however, four jhānas are expounded with reference to one to whom it has appeared as a colour [kasiṇa] (see III. 107). Однако в Каягатасати сутте (МН 119) четыре джханы объясняются в отношении того [из этой двойки спокойствие - прозрение?], в которой они проявляются как цвет (касина).
Tattha dhātuvasena kathitaṃ vipassanākammaṭṭhānaṃ hoti. Herein, it is an insight meditation subject that is expounded as elements В сутте это объект медитации прозрения, объясняющийся с помощью первоэлементов,
Paṭikkūlavasena kathitaṃ samathakammaṭṭhānaṃ. and a serenity meditation subject that is expounded as repulsiveness. и медитация спокойствия, объясняемая с помощью отвратительности.
Tadetaṃ idha samathakammaṭṭhānamevāti. Consequently it is only the serenity meditation subject [that is relevant] here. Следовательно, здесь речь будет идти только об объекте медитации спокойствия.
181.Evaṃ sattadhā uggahakosallaṃ ācikkhitvā anupubbato, nātisīghato, nātisaṇikato, vikkhepapaṭibāhanato, paṇṇattisamatikkamanato, anupubbamuñcanato, appanāto, tayo ca suttantāti evaṃ dasadhā manasikārakosallaṃ ācikkhitabbaṃ. [The Tenfold Skill in Giving Attention] 61.Having thus told the sevenfold skill in learning, he should tell the tenfold skill in giving attention as follows: (1) as to following the order, (2) not too quickly, (3) not too slowly (4) as to warding off distraction, (5) as to surmounting the concept, (6) as to successive leaving, (7) as to absorption, (8)–(10) as to the three suttantas. [Десятифакторный способ направления внимания] Объяснив семифакторный навык изучения, он должен объяснить десятифакторный навык направления внимания следующим образом: (1) следуя порядку, (2) не слишком быстро, (3) не слишком медленно, (4) отгоняя отвлечения, (5) выходя за пределы концепции (6) постепенным оставлением, (7) поглощённостью, (8)-(10) тремя суттами.
Tattha anupubbatoti idañhi sajjhāyakaraṇato paṭṭhāya anupaṭipāṭiyā manasikātabbaṃ, na ekantarikāya. 62. 1. Herein, as to following the order: from the time of beginning the recitation [244] attention should be given following the serial order without skipping. "Следуя порядку": с момента начала чтения вслух следует уделять внимание соблюдению последовательности без пропусков.
Ekantarikāya hi manasikaronto yathā nāma akusalo puriso dvattiṃsapadaṃ nisseṇiṃ ekantarikāya ārohanto kilantakāyo patati, na ārohanaṃ sampādeti, evameva bhāvanāsampattivasena adhigantabbassa assādassa anadhigamā kilantacitto patati, na bhāvanaṃ sampādeti. For just as when someone who has no skill climbs a thirty-two-rung ladder using every other step, his body gets exhausted and he falls without completing the climb, so too, one who gives it attention skipping [parts] becomes exhausted in his mind and does not complete the development since he fails to get the satisfaction that ought to be got with successful development. Подобно неумехе, пытающемуся залезть на лестницу из 32 ступеней, и перепрыгивающему через каждую вторую ступень, тело которого устаёт и он падает не закончив своё восхождение, так и практикующий, направляющий внимание на этот объект и пропускающий части, умственно истощается и не завершает практику, потому что не получает удовлетворение, которое должно обретаться с успешной практикой.
Anupubbato manasikarontenāpi ca nātisīghato manasikātabbaṃ. 63. 2. Also when he gives attention to it following the serial order, he should do so not too quickly. А когда он направляет внимание следуя правильному порядку, ему не следует перебирать их слишком быстро.
Atisīghato manasikaroto hi yathā nāma tiyojanamaggaṃ paṭipajjitvā okkamanavissajjanaṃ asallakkhetvā sīghena javena satakkhattumpi gamanāgamanaṃ karoto purisassa kiñcāpi addhānaṃ parikkhayaṃ gacchati, atha kho pucchitvāva gantabbaṃ hoti, evameva kevalaṃ kammaṭṭhānaṃ pariyosānaṃ pāpuṇāti, avibhūtaṃ pana hoti, na visesaṃ āvahati, tasmā nātisīghato manasikātabbaṃ. For just as when a man sets out on a three-league journey, even if he has already done the journey out and back a hundred times rapidly without taking note of [turnings] to be taken and avoided, though he may finish his journey, he still has to ask how to get there, so too, when the meditator gives his attention to the meditation subject too quickly, though he may reach the end of the meditation subject, it still does not become clear or bring about any distinction. So he should not give his attention to it too quickly. Подобно человеку, отправившемуся в путешествие на 3 йоджаны, даже если он уже путешествовал туда и обратно 100 раз на большой скорости не обращая внимания на места, где следует повернуть, а где нет, хотя он может успешно закончить своё путешествие, ему всё равно придётся спрашивать как попасть туда. Поэтому когда практикующий направляет внимание на объект слишком быстро, хотя он и может достичь конца объекта, этот объект всё равно не станет понятен и не даст какое-либо достижение. Поэтому он не должен направлять внимание на него слишком быстро.
Yathā ca nātisīghato, evaṃ nātisaṇikatopi. 64. 3. And as “not too quickly,” so also not too slowly. И как следует избегать поспешности, также следует избегать и слишком медленного направления ума.
Atisaṇikato manasikaroto hi yathā nāma tadaheva tiyojanamaggaṃ gantukāmassa purisassa antarāmagge rukkhapabbatataḷākādīsu vilambamānassa maggo parikkhayaṃ na gacchati, dvīhatīhena pariyosāpetabbo hoti, evameva kammaṭṭhānaṃ pariyosānaṃ na gacchati, visesādhigamassa paccayo na hoti. For just as when a man wants to do a three-league journey in one day, if he loiters on the way among trees, rocks, pools, etc., he does not finish the journey in a day and needs two or three to complete it, so too, if the meditator gives his attention to the meditation subject too slowly, he does not get to the end and it does not become a condition for distinction. Подобно человеку, желающему завершить путешествие на 3 йоджаны за день, если он мешкает по пути среди деревьев, гор, озёр и прочего, он не закончит путешествие за день и ему потребуется 2 или 3 дня для прибытия в пункт назначения. Так и практикующий, если он направляет внимание на объект медитации слишком медленно, он не достгает конца и также это не становится условием для достижения.
Vikkhepapaṭibāhanatoti kammaṭṭhānaṃ vissajjetvā bahiddhā puthuttārammaṇe cetaso vikkhepo paṭibāhitabbo. 65.4. As to warding off distraction: he must ward off [temptation] to drop the meditation subject and to let his mind get distracted among the variety of external objects. "Отгоняя отвлечения": он должен отгонять искушение оставить объект медитации и позволить уму уходить в множество внешних объектов.
Appaṭibāhato hi yathā nāma ekapadikaṃ papātamaggaṃ paṭipannassa purisassa akkamanapadaṃ asallakkhetvā ito cito ca vilokayato padavāro virajjhati, tato sataporise papāte patitabbaṃ hoti, evameva bahiddhā vikkhepe sati kammaṭṭhānaṃ parihāyati paridhaṃsati. For if not, just as when a man has entered on a one-foot-wide cliff path, if he looks about here and there without watching his step, he may miss his footing and fall down the cliff, which is perhaps as high as a hundred men, so too, when there is outward distraction, the meditation subject gets neglected and deteriorates. Потому что если нет, то как человек, взошедший на горную тропинку шириной в одну ступню, если он будет смотреть в разные стороны не смотря куда ступает, он может оступиться и сорваться с горы, которая возможно высока как сто человек. Так и когда есть внешние отвлечения, объект медитации начинает игнорироваться и разрушается.
Tasmā vikkhepapaṭibāhanato manasikātabbaṃ. So he should give his attention to it warding off distraction. Поэтому он должен направлять внимание на объект, отгоняя отвлечения.
Paṇṇattisamatikkamanatoti yāyaṃ kesā lomātiādikā paṇṇatti, taṃ atikkamitvā paṭikkūlanti cittaṃ ṭhapetabbaṃ. 66. 5. As to surmounting the concept: this [name-] concept beginning with “head hairs, body hairs” must be surmounted and consciousness established on [the aspect] “repulsive. "Выходя за пределы концепции": нужно выйти за пределы концепции "волосы головы, волосы тела" и т.д. и установить ум на аспекте "отвратительный".
Yathā hi udakadullabhakāle manussā araññe udapānaṃ disvā tattha tālapaṇṇādikaṃ kiñcideva saññāṇaṃ bandhitvā tena saññāṇena āgantvā nhāyanti ceva pivanti ca. ” For just as when men find a water hole in a forest in a time of drought, they hang up some kind of signal there such as a palm leaf, and people come to bathe and drink guided by the signal, [245] body hairs,” Подобно тому как люди, нашедшие яму с водой в лесу в период засухи, вешают в том месте знак, например пальмовый лист, другие благодаря этому знаку приходят в то место пить и купаться.
Yadā pana nesaṃ abhiṇhasañcārena āgatāgatapadaṃ pākaṭaṃ hoti, tadā saññāṇena kiccaṃ na hoti, icchiticchitakkhaṇe gantvā nhāyanti ceva pivanti ca, evameva pubbabhāge kesā lomātipaṇṇattivasena manasikaroto paṭikkūlabhāvo pākaṭo hoti. but when the way has become plain with their continual traffic, there is no further need of the signal and they go to bathe and drink there whenever they want, so too, when repulsiveness becomes evident to him as he is giving his attention to the meditation subject through the means of the [name-] concept “head hairs, Но когда путь становится ясен благодаря непрерывному потоку людей, знак больше не нужен и они ходят купаться и пить туда в любое время когда захотят. Так и когда отвратительность становится для него очевидной и он направляет внимание на предмет медитации с помощью концепции "волосы головы, волосы тела",
Atha kesā lomātipaṇṇattiṃ samatikkamitvā paṭikkūlabhāveyeva cittaṃ ṭhapetabbaṃ. he must surmount the concept “head hairs, body hairs” and establish consciousness on only the actual repulsiveness. он должен выйти за пределы концепции "волосы головы, волосы тела" и настроить ум только на саму отвратительность.
Anupubbamuñcanatoti yo yo koṭṭhāso na upaṭṭhāti, taṃ taṃ muñcantena anupubbamuñcanato manasikātabbaṃ. 67. 6. As to successive leaving: in giving his attention he should eventually leave out any [parts] that do not appear to him. "Последовательным оставлением": в процессе направления внимания он должен со временем оставить те части, которые не проявляются ему.
Ādikammikassa hi kesāti manasikaroto manasikāro gantvā muttanti imaṃ pariyosānakoṭṭhāsameva āhacca tiṭṭhati. For when a beginner gives his attention to head hairs, his attention then carries on till it arrives at the last part, that is, urine and stops there; Потому что когда начинающий направляет внимание на волосы головы, его внимание затем продолжается до момента достижения последней части, т.е. мочи и на этом останавливается. .
Muttanti ca manasikaroto manasikāro gantvā kesāti imaṃ ādikoṭṭhāsameva āhacca tiṭṭhati. and when he gives his attention to urine, his attention then carries on till it arrives back at the first part, that is, head hairs, and stops there. А когда он обращает внимание на мочу, его внимание продолжается до момента достижения первой части, т.е. волос головы, и на этом останавливается
Athassa manasikaroto manasikaroto keci koṭṭhāsā upaṭṭhahanti, keci na upaṭṭhahanti. As he persists in giving his attention thus, some parts appear to him and others do not. По мере старания в таком направлении внимания некоторые части проявляются, а некоторые нет.
Tena ye ye upaṭṭhahanti, tesu tesu tāva kammaṃ kātabbaṃ. Then he should work on those that have appeared till one out of any two appears the clearer. Тогда он должен работать над теми, которые проявились, до момента когда одна из любых двух проявляется более ясно.
Yāva dvīsu upaṭṭhitesu tesampi eko suṭṭhutaraṃ upaṭṭhahati, evaṃ upaṭṭhitaṃ pana tameva punappunaṃ manasikarontena appanā uppādetabbā. He should arouse absorption by again and again giving attention to the one that has appeared thus. Он должен порождать поглощённость путём многократного направления внимания на ту наиболее ясную часть.
Tatrāyaṃ upamā – yathā hi dvattiṃsatālake tālavane vasantaṃ makkaṭaṃ gahetukāmo luddo ādimhi ṭhitatālassa paṇṇaṃ sarena vijjhitvā ukkuṭṭhiṃ kareyya, atha kho so makkaṭo paṭipāṭiyā tasmiṃ tasmiṃ tāle patitvā pariyantatālameva gaccheyya, tatthapi gantvā luddena tatheva kate puna teneva nayena āditālaṃ āgaccheyya, so evaṃ punappunaṃ paripātiyamāno ukkuṭṭhukkuṭṭhiṭṭhāneyeva uṭṭhahitvā anukkamena ekasmiṃ tāle nipatitvā tassa vemajjhe makuḷatālapaṇṇasūciṃ daḷhaṃ gahetvā vijjhiyamānopi na uṭṭhaheyya, evaṃsampadamidaṃ daṭṭhabbaṃ. 68.Here is a simile. Suppose a hunter wanted to catch a monkey that lived in a grove of thirty-two palms, and he shot an arrow through a leaf of the palm that stood at the beginning and gave a shout; then the monkey went leaping successively from palm to palm till it reached the last palm; and when the hunter went there too and did as before, it came back in like manner to the first palm; and being followed thus again and again, after leaping from each place where a shout was given, it eventually jumped on to one palm, and firmly seizing the palm shoot’s leaf spike in the middle, would not leap any more even when shot—so it is with this. Вот пример. Предположим охотник хочет поймать обезьяну, живущую в роще из 32 пальм, и он выстрелил из лука сквозь лист пальмы, стоявшей в начале, и крикнул. Тогда обезьяна прыгая с пальмы на пальму достигла последней пальмы, а когда охотник дошёл до неё и выстрелил и крикнул там, она аналогичным образом убежала к первой пальме. Будучи преследуема таким образом снова и снова, прыгая подальше от того места, где она услышала крик, она однажды прыгнет на одну пальму и крепко схватив посередине выступ с листьями, не будет больше прыгать, даже если в неё выстрелят, так и здесь.
Tatridaṃ opammasaṃsandanaṃ – yathā hi tālavane dvattiṃsatālā, evaṃ imasmiṃ kāye dvattiṃsakoṭṭhāsā. 69.The application of the simile is this. The thirty-two parts of the body are like the thirty-two palms in the grove. Применение этой метафоры следующее. 32 части тела подобны 32 пальмам в роще. В лекции можно опустить вместе со следующей метафорой.
Все комментарии (1)
Makkaṭo viya cittaṃ. The monkey is like the mind. Обезьяна подобна уму.
Luddo viya yogāvacaro. The meditator is like the hunter. Практикующий подобен охотнику.
Makkaṭassa dvattiṃsatālake tālavane nivāso viya yogino cittassa dvattiṃsakoṭṭhāsake kāye ārammaṇavasena anusañcaraṇaṃ. The range of the meditator’s mind in the body with its thirty-two parts as object is like the monkey’s inhabiting the palm grove of thirty-two palms. Пространство ума практикующего в теле с его 32 частями в качестве объекта подобно обитанию обезьяны в роще из 32 пальм.
Luddena ādimhi ṭhitatālassa paṇṇaṃ sarena vijjhitvā ukkuṭṭhiyā katāya makkaṭassa tasmiṃ tasmiṃ tāle patitvā pariyantatālagamanaṃ viya yogino kesāti manasikāre āraddhe paṭipāṭiyā gantvā pariyosānakoṭṭhāseyeva cittassa saṇṭhānaṃ. The settling down of the meditator’s mind in the last part after going successively [from part to part] when he began by giving his attention to head hairs is like the monkey’s leaping from palm to palm and going to the last palm, [246] when the hunter shot an arrow through the leaf of the palm where it was and gave a shout. Утихомиривание ума практикующего в последней части после последовательного прохождения от части к части когда он начал направлять внимание на волосы головы подобно прыганию обезьяны с пальмы на пальму и достижения последней пальмы, когда охотник выстрелил из лука сквозь лист пальмы, на которой она сидела, и крикнул.
Puna paccāgamanepi eseva nayo. Likewise in the return to the beginning. То же самое с возвращением в начало.
Punappunaṃ paripātiyamānassa makkaṭassa ukkuṭṭhukkuṭṭhiṭṭhāne uṭṭhānaṃ viya punappunaṃ manasikaroto kesuci kesuci upaṭṭhitesu anupaṭṭhahante vissajjetvā upaṭṭhitesu parikammakaraṇaṃ. His doing the preliminary work on those parts that have appeared, leaving behind those that did not appear while, as he gave his attention to them again and again, some appeared to him and some did not, is like the monkey’s being followed and leaping up from each place where a shout is given. Его выполнение предварительной работы на появившихся частях, оставляя в стороне те, которые не проявились, когда он направлял внимание на них снова и снова и некоторые появились, а некоторые нет, - подобно преследованию обезьяны и её прыжкам прочь от тех мест, где раздаётся крик.
Anukkamena ekasmiṃ tāle nipatitvā tassa majjhe makuḷatālapaṇṇasūciṃ daḷhaṃ gahetvā vijjhiyamānassapi anuṭṭhānaṃ viya avasāne dvīsu upaṭṭhitesu yo suṭṭhutaraṃ upaṭṭhāti, tameva punappunaṃ manasikaritvā appanāya uppādanaṃ. The meditator’s repeated attention given to the part that in the end appears the more clearly of any two that have appeared to him and his finally reaching absorption, is like the monkey’s eventually stopping in one palm, firmly seizing the palm shoot’s leaf spike in the middle and not leaping up even when shot. Многократное направление внимания на одну наиболее ясную из любых двух частей, проявившихся ему и итоговое достижение практикующим поглощённости подобно тому, как обезьяна со временем остаётся на одной из пальм, крепко ухватив посередине выступ с листьями и не прыгая, даже когда в неё стреляют.
Aparāpi upamā – yathā nāma piṇḍapātiko bhikkhu dvattiṃsakulaṃ gāmaṃ upanissāya vasanto paṭhamageheyeva dve bhikkhā labhitvā parato ekaṃ vissajjeyya. 70. There is another simile too. Suppose an alms-food-eater bhikkhu went to live near a village of thirty-two families, and when he got two lots of alms at the first house he left out one [house] beyond it, Есть и ещё один пример. Представьте, что живущий на подаяние монах отправился жить в деревню, где живут 32 семьи, и когда он получил две ложки подаяния у первого дома, он обошёл следующий дом.
Punadivase tisso labhitvā parato dve vissajjeyya. and next day, when he got three lots of [alms at the first house] he left out two [houses] beyond it, На следующий день, когда он получил три ложки еды у первого дома, он обошёл два дома за ним.
Tatiyadivase ādimhiyeva pattapūraṃ labhitvā āsanasālaṃ gantvā paribhuñjeyya. and on the third day he got his bowl full at the first [house], and went to the sitting hall and ate— На третий день у первого дома ему наполнили едой весь сосуд для подаяния и он отправился в зал для сидения и там принял пищу.
Evaṃsampadamidaṃ daṭṭhabbaṃ. so it is with this. Так и тут.
Dvattiṃsakulagāmo viya hi dvattiṃsākāro. 71.The thirty-two aspects are like the village with the thirty-two families. 32 части тела подобны деревне с 32 семьями.
Piṇḍapātiko viya yogāvacaro. The meditator is like the alms-food eater. Практикующий подобен собирающему подаяние монаху.
Tassa taṃ gāmaṃ upanissāya vāso viya yogino dvattiṃsākāre parikammakaraṇaṃ. The meditator’s preliminary work is like the alms-food eater’s going to live near the village. Предварительная работа подобна тому, как этот монах пришёл на место проживания близ этой деревни.
Paṭhamagehe dve bhikkhā labhitvā parato ekissā vissajjanaṃ viya dutiyadivase tisso labhitvā parato dvinnaṃ vissajjanaṃ viya ca manasikaroto manasikaroto anupaṭṭhahante vissajjetvā upaṭṭhitesu yāva koṭṭhāsadvaye parikammakaraṇaṃ. The meditator’s continuing to give attention after leaving out those parts that do not appear and doing his preliminary work on the pair of parts that do appear is like the alms-food eater’s getting two lots of alms at the first house and leaving out one [house] beyond it, and like his next day getting three [lots of alms at the first house] and leaving out two [houses] beyond it. Продолжение направления внимания после оставления тех частей, которые не проявляются, и выполнение предварительной работы на тех частях, которые проявляются, подобно тому, как монах получил две ложки в первом доме и обошёл следующий за ним дом и как на следующий день он получил три ложки в первом доме, обойдя 2 следующих за ним дома.
Tatiyadivase ādimhiyeva pattapūraṃ labhitvā āsanasālāyaṃ nisīditvā paribhogo viya dvīsu yo suṭṭhutaraṃ upaṭṭhāti, tameva punappunaṃ manasikaritvā appanāya uppādanaṃ. The arousing of absorption by giving attention again and again to that which has appeared the more clearly of two is like the alms-food eater’s getting his bowl full at the first [house] on the third day and then going to the sitting hall and eating. Возникновение поглощённости благодаря многократному направлению внимания на то, что выглядит наболее ясным из двух, подобно тому, как этому монаху подали целый сосуд еды на третий день в первом доме и он пошёл в зал для сидения и принимает пищу.
Appanātoti appanākoṭṭhāsato kesādīsu ekekasmiṃ koṭṭhāse appanā hotīti veditabbāti ayamevettha adhippāyo. 72. 7. As to absorption: as to absorption part by part. The intention here is this: it should be understood that absorption is brought about in each one of the parts. "В отношении поглощённости": в отношении поглощённости часть за частью [тела]. Намерение здесь следующее: следует понимать, что поглощённость порождается в каждой части тела. Продолжаем здесь
Все комментарии (1)
Tayo ca suttantāti adhicittaṃ, sītibhāvo, bojjhaṅgakosallanti ime tayo suttantā vīriyasamādhiyojanatthaṃ veditabbāti ayamettha adhippāyo. 73. 8–10. As to the three suttantas: the intention here is this: it should be understood that the three suttantas, namely, those on higher consciousness,17 on coolness, and on skill in the enlightenment factors, have as their purpose the linking of energy with concentration. "В отношении трёх сутт": намерение здесь следующее: следует понимать, что в трёх суттах, а именно в Нимитта сутте (сутте о возвышенном уме), в Ситибхава сутте (о прохладе) и в Агги сутте (о мастерстве в факторах постижения), целью является связывание усердия с собранностью уме. Comm NT: 17. “The higher consciousness” is a term for jhāna.
Все комментарии (1)
Tattha – 74. 8. Herein, Здесь:
"Adhicittamanuyuttena, bhikkhave, bhikkhunā tīṇi nimittāni kālenakālaṃ manasikātabbāni. “Bhikkhus, there are three signs that should be given attention from time to time by a bhikkhu intent on higher consciousness. "Монахи - это три представления, на которые монах, стремящийся к возвышенному уму, должен время от времени направлять внимание.
Kālenakālaṃ samādhinimittaṃ manasikātabbaṃ. The sign of concentration should be given attention from time to time, Время от времени следует направлять внимание на представление собранности,
Kālenakālaṃ paggahanimittaṃ manasikātabbaṃ. the sign of exertion should be given attention from time to time, время от времени на представление усердия,
Kālenakālaṃ upekkhānimittaṃ manasikātabbaṃ. the sign of equanimity should be given attention from time to time. время от времени на представление безмятежного наблюдения.
Sace, bhikkhave, adhicittamanuyutto bhikkhu ekantaṃ samādhinimittaññeva manasikareyya, ṭhānaṃ taṃ cittaṃ kosajjāya saṃvatteyya. If a bhikkhu intent on higher consciousness gives attention only to the sign of concentration, then his consciousness may conduce to idleness. Если монах, стремящийся к возвышенному уму, направляет внимание только на представление собранности ума, то его ум может скатиться к лени.
Sace, bhikkhave, adhicittamanuyutto bhikkhu ekantaṃ paggahanimittaññeva manasikareyya, ṭhānaṃ taṃ cittaṃ uddhaccāya saṃvatteyya. If a bhikkhu intent on higher consciousness gives attention only to the sign of exertion, then his consciousness may conduce to agitation. Если монах, стремящийся к возвышенному уму, направляет внимание только на представление усердия, то его ум может скатиться к возбуждению.
Sace, bhikkhave, adhicittamanuyutto bhikkhu ekantaṃ upekkhānimittaññeva manasikareyya, ṭhānaṃ taṃ cittaṃ na sammā samādhiyeyya āsavānaṃ khayāya. If a bhikkhu intent on higher consciousness gives attention only to the sign of equanimity, then his consciousness may not become rightly concentrated for the destruction of cankers. Если монах, стремящийся к возвышенному уму, направляет внимание только на представление безмятежного наблюдения, он не может достичь надлежащей собранности для разрушения влечений.
Yato ca kho, bhikkhave, adhicittamanuyutto bhikkhu kālenakālaṃ samādhinimittaṃ paggahanimittaṃ upekkhānimittaṃ manasikaroti, taṃ hoti cittaṃ muduñca kammaññañca pabhassarañca, na ca pabhaṅgu, sammā samādhiyati āsavānaṃ khayāya. But, bhikkhus, when a bhikkhu intent on higher consciousness gives attention from time to time to the sign of concentration … to the sign of exertion … to the sign of equanimity, then his consciousness becomes malleable, wieldy and bright, it is not brittle and becomes rightly concentrated for the destruction of cankers. Но, монахи, когда монах, стремящийся к возвышенному уму, направляет внимание время от времени на представление собранности... на представление усердия... на представление безмятежного наблюдения, его ум становится податливым, послушным и ярким, он не хрупок и становится надлежаще собранным для разрушения влечений.
"Seyyathāpi, bhikkhave, suvaṇṇakāro vā suvaṇṇakārantevāsī vā ukkaṃ bandhati, ukkaṃ bandhitvā ukkāmukhaṃ ālimpeti, ukkāmukhaṃ ālimpetvā saṇḍāsena jātarūpaṃ gahetvā ukkāmukhe pakkhipitvā kālenakālaṃ abhidhamati, kālenakālaṃ udakena paripphoseti, kālenakālaṃ ajjhupekkhati. 75.“Bhikkhus, just as a skilled goldsmith or goldsmith’s apprentice prepares his furnace and heats it up and puts crude gold into it with tongs; and he blows on it from time to time, sprinkles water on it from time to time, and looks on at it from time to time; "Монахи, подобно тому, как умелый ювелир или его ученик готовит горн, разогревает его, помещает туда щипцами золотой самородок, время от времени дует на него, время от времени поливает водой, время от времени рассматривает его. Метафору можно опустить
Все комментарии (1)
Sace, bhikkhave, suvaṇṇakāro vā suvaṇṇakārantevāsī vā taṃ jātarūpaṃ ekantaṃ abhidhameyya, ṭhānaṃ taṃ jātarūpaṃ ḍaheyya. and if the goldsmith or goldsmith’s apprentice only blew on the crude gold, it would burn and И если бы ювелир его ученик только дул на самородок, он сгорел бы,
Sace, bhikkhave, suvaṇṇakāro vā suvaṇṇakārantevāsī vā taṃ jātarūpaṃ ekantaṃ udakena paripphoseyya, ṭhānaṃ taṃ jātarūpaṃ nibbāyeyya. if he only sprinkled water on it, it would cool down, если бы он только лил воду, он остыл бы,
Sace, bhikkhave, suvaṇṇakāro vā suvaṇṇakārantevāsī vā taṃ jātarūpaṃ ekantaṃ ajjhupekkheyya, ṭhānaṃ taṃ jātarūpaṃ na sammā paripākaṃ gaccheyya. and if he only looked on at it, it would not get rightly refined; если бы он только смотрел, он не очистился бы должным образом.
Yato ca kho, bhikkhave, suvaṇṇakāro vā suvaṇṇakārantevāsī vā taṃ jātarūpaṃ kālenakālaṃ abhidhamati, kālenakālaṃ udakena paripphoseti, kālenakālaṃ ajjhupekkhati, taṃ hoti jātarūpaṃ muduñca kammaññañca pabhassarañca, na ca pabhaṅgu, sammā upeti kammāya. but, when the goldsmith or goldsmith’s apprentice blows on the crude gold from time to time, sprinkles water on it from time to time, and looks on at it from time to time, then it becomes malleable, wieldy and bright, it is not brittle, and it submits rightly to being wrought; Но когда ювелир или его ученик [делает всё это], то золото становится податливым, послушным и ярким и оно хорошо поддаётся операциям с ним.
Yassā yassā ca piḷandhanavikatiyā ākaṅkhati yadi paṭikāya yadi kuṇḍalāya yadi gīveyyāya yadi suvaṇṇamālāya, tañcassa atthaṃ anubhoti. whatever kind of ornament he wants to work it into, whether a chain or a ring or a necklace or a gold fillet, it serves his purpose. Какое бы украшение он ни хотел сделать - цепь, кольцо, ожерелье или заколка, оно послужит своему предназначению.
"Evameva kho, bhikkhave, adhicittamanuyuttena - pe - samādhiyati āsavānaṃ khayāya. 76.“So too, bhikkhus, there are three signs that should be given attention from time to time by a bhikkhu intent on higher consciousness … becomes rightly concentrated for the destruction of cankers. Монахи, так и здесь есть три вида представлений, на которые монах, стремящийся к возвышенному уму, должен направлять внимание время от времени... становится должным образом сосредоточенным на разрушение влечений.
Yassa yassa ca abhiññā sacchi karaṇīyassa dhammassa cittaṃ abhininnāmeti abhiññā sacchi kiriyāya, tatra tatreva sakkhibhabbataṃ pāpuṇāti sati sati āyatane"ti (a. ni. 3.103). [248] He attains the ability to be a witness, through realization by direct-knowledge, of any state realizable by direct-knowledge to which he inclines his mind, whenever there is occasion” (A I 256–58). 18 Благодаря осуществлению истинного знания он достигает способности быть свидетелем любого явления, постигаемого прямым знанием, к которому он устремляет ум, всегда, когда представляется случай". Comm. NT: 18. Vism-mhṭ explains “sati sati āyatane” (rendered here by “whenever there is occasion” with “tasmiṃ tasmiṃ pubbahetu-ādi-kāraṇe sati” (“wh...
Все комментарии (1)
Idaṃ suttaṃ adhicittanti veditabbaṃ. - this sutta should be understood to deal with higher consciousness. - следует понимать, что в этой сутте рассматривается возвышенный ум.
"Chahi, bhikkhave, dhammehi samannāgato bhikkhu bhabbo anuttaraṃ sītibhāvaṃ sacchikātuṃ. 77. 9. “Bhikkhus, when a bhikkhu possesses six things, he is able to realize the supreme coolness. "Монахи, когда монах обладает шестью вещами, он способен осуществить высшую прохладу.
Katamehi chahi? What six? Какими шестью?
Idha, bhikkhave, bhikkhu yasmiṃ samaye cittaṃ niggahetabbaṃ, tasmiṃ samaye cittaṃ niggaṇhāti. Here, bhikkhus, when consciousness should be restrained, he restrains it; Здесь, монахи, когда ум нужно сдерживать, он сдерживает его,
Yasmiṃ samaye cittaṃ paggahetabbaṃ, tasmiṃ samaye cittaṃ paggaṇhāti. when consciousness should be exerted, he exerts it; когда к уму нужно прилагать усилие, он прилагает его,
Yasmiṃ samaye cittaṃ sampahaṃsitabbaṃ, tasmiṃ samaye cittaṃ sampahaṃseti. when consciousness should be encouraged, he encourages it; когда ум нужно поощрять, поощряет его,
Yasmiṃ samaye cittaṃ ajjhupekkhitabbaṃ, tasmiṃ samaye cittaṃ ajjhupekkhati. when consciousness should be looked on at with equanimity, he looks on at it with equanimity. когда на ум нужно смотреть с безмятежностью, смотрит с безмятежностью.
Paṇītādhimuttiko ca hoti nibbānābhirato. He is resolute on the superior [state to be attained], he delights in Nibbāna. Он утверждён в высшем состоянии, которое можно достичь, он наслаждается ниббаной.
Imehi kho, bhikkhave, chahi dhammehi samannāgato bhikkhu bhabbo anuttaraṃ sītibhāvaṃ sacchikātu"nti (a. ni. 6.85). Possessing these six things a bhikkhu is able to realize the supreme coolness” (A III 435). Обладающий этими шестью вещами монах способен осуществить высшую прохладу." -
Idaṃ suttaṃ anuttaraṃ sītibhāvoti veditabbaṃ. - this sutta deals with coolness. в этой сутте рассматривается высшая прохлада.
Bojjhaṅgakosallaṃ "pana evameva kho, bhikkhave, yasmiṃ samaye līnaṃ cittaṃ hoti, akālo tasmiṃ samaye passaddhisambojjhaṅgassa bhāvanāyā"ti (saṃ. ni. 5.234) appanākosallakathāyaṃ dassitameva. 78. 10. Skill in the enlightenment factors has already been dealt with in the explanation of skill in absorption (IV. 51, 57) in the passage beginning, “Bhikkhus, when the mind is slack, that is not the time for developing the tranquillity enlightenment factor …” (S V 113). Мастерство в факторах постижения уже рассматривалось в объяснении мастерства поглощённости во фрагменте Сукаракхата сутты, начинающимся с "Монахи, когда ум слаб - это не время для развития успокоения как фактора постижения"
Iti idaṃ sattavidhaṃ uggahakosallaṃ suggahitaṃ katvā idañca dasavidhaṃ manasikārakosallaṃ suṭṭhu vavatthapetvā tena yoginā ubhayakosallavasena kammaṭṭhānaṃ sādhukaṃ uggahetabbaṃ. 79.So the meditator should make sure that he has apprehended this sevenfold skill in learning well and has properly defined this tenfold skill in giving attention, thus learning the meditation subject properly with both kinds of skill. Поэтому практикующий должен убедиться, что он хорошо освоил семифакторный навык в изучении и должным образом разобрался с десятифакторным навыком направления внимания, тем самым должны образом овладев объектом медитации обоими видами навыков.
Sace panassa ācariyena saddhiṃ ekavihāreyeva phāsu hoti, evaṃ vitthārena akathāpetvā kammaṭṭhānaṃ suṭṭhu vavatthapetvā kammaṭṭhānaṃ anuyujjantena visesaṃ labhitvā uparūpari kathāpetabbaṃ. [Starting the Practice] 80.If it is convenient for him to live in the same monastery as the teacher, then he need not get it explained in detail thus [to begin with], but as he applies himself to the meditation subject after he has made quite sure about it he can have each successive stage explained as he reaches each distinction. [Начало практики] Если ему удобно жить в том же монастыре, где и учитель, то ему не нужно получать такое подробное объяснение в самом начале, но по мере того, как он прилагает усилия в практике предмета медитации после того, как он его полностью уяснил, ему можно объяснять каждую последующую стадию по мере достижения соответствующих успехов.
Aññattha vasitukāmena yathāvuttena vidhinā vitthārato kathāpetvā punappunaṃ parivattetvā sabbaṃ gaṇṭhiṭṭhānaṃ chinditvā pathavīkasiṇaniddese vuttanayeneva ananurūpaṃ senāsanaṃ pahāya anurūpe vihāre vasantena khuddakapalibodhupacchedaṃ katvā paṭikkūlamanasikāre parikammaṃ kātabbaṃ. One who wants to live elsewhere, however, must get it explained to him in detail in the way already given, and he must turn it over and over, getting all the difficulties solved. He should leave an abode of an unsuitable kind as described in the Description of the Earth Kasiṇa, and go to live in a suitable one. Then he should sever the minor impediments (IV. 20) and set about the preliminary work for giving attention to repulsiveness. Однако тому, кто хочет жить в другом месте, нужно дать объяснение по представленной схеме и он должен обдумывать его снова и снова, и все его затруднения должны быть разрешены. Он должен покинуть место неподходящего вида, как рассказывается в объяснении касины земли, и отправиться в подходящее место. Затем он должен устранить малые препятствия (см. гл. 4) и приступить к предварительной работе по направлению внимания на отвратительность.
Karontena pana kesesu tāva nimittaṃ gahetabbaṃ. [The Thirty-two Aspects in Detail] 81. When he sets about it, he should first apprehend the [learning] sign in head hairs. [32 части тела подробно] Когда он только приступает, практикующий должен сначала освоить представление [обучения] в волосах головы.
Kathaṃ? How? Как?
Ekaṃ vā dve vā kese luñcitvā hatthatale ṭhapetvā vaṇṇo tāva vavatthapetabbo. The colour should be defined first by plucking out one or two head hairs and placing them on the palm of the hand. Сначала следует определить цвет путём вырывания из головы одного или двух волос и помещения их на ладонь руки.
Chinnaṭṭhānepi kese oloketuṃ vaṭṭati. [249] He can also look at them in the hair-cutting place, Он может также смотреть на них в месте стрижки волос,
Udakapatte vā yāgupatte vā oloketumpi vaṭṭatiyeva. or in a bowl of water or rice gruel. в сосуде для воды или в сосуде для рисовой каши.
Kāḷakakāle disvā kāḷakāti manasikātabbā. If the ones he sees are black when he sees them, they should be brought to mind as “black;” Если те, на которые он смотрит, выглядят чёрными, их следует отметить в уме как "чёрные",
Setakāle setāti. if white, as “white;” если белые, "белые",
Missakakāle pana ussadavasena manasikātabbā honti. if mixed, they should be brought to mind in accordance with those most prevalent. если несколько разных цветов, то нужно отметить в соответствии с тем цветом, который преобладает.
Yathā ca kesesu, evaṃ sakalepi tacapañcake disvāva nimittaṃ gahetabbaṃ. And as in the case of head hairs, so too the sign should be apprehended visually with the whole of the “skin pentad. ” И, как и в случае волос головы, представление следует сперва освоить визуально в отношении всей "пятёрки кожи".

Определение остальных частей Таблица Палийский оригинал

182.Evaṃ nimittaṃ gahetvā sabbakoṭṭhāse vaṇṇasaṇṭhānadisokāsaparicchedavasena vavatthapetvā vaṇṇasaṇṭhānagandhaāsayokāsavasena pañcadhā paṭikkūlato vavatthapetabbā. 82.Having apprehended the sign thus and (a) defined all the other parts of the body by colour, shape, direction, location, and delimitation (§58), he should then (b) define repulsiveness in five ways, that is, by colour, shape, odour, habitat, and location. Освоив таким образом представление и определив все остальные части тела по параметрам цвета, формы, направления, места и границ, ему следует затем определить отвратительность пятью способами, а именно цветом, формой, запахом, обитанием и местом.
Tatrāyaṃ sabbakoṭṭhāsesu anupubbakathā. 83.Here is the explanation of all the parts given in successive order.
Kesā tāva pakativaṇṇena kāḷakā addāriṭṭhakavaṇṇā. [Head Hairs] (a) Firstly head hairs are black in their normal colour, the colour of fresh ariṭṭhaka seeds.19 Comm. NT: 19. Ariṭṭhaka as a plant is not in PED; see CPD—Sinh penela uṭa.
Все комментарии (1)
Saṇṭhānato dīghavaṭṭalikā tulādaṇḍasaṇṭhānā. As to shape, they are the shape of long round measuring rods.20 Comm. NT: 20. There are various readings.
Все комментарии (1)
Disato uparimadisāya jātā. As to direction, they lie in the upper direction.
Okāsato ubhosu passesu kaṇṇacūḷikāhi, purato nalāṭantena, pacchato galavāṭakena paricchinnā. As to location, it is bounded on both sides by the roots of the ears, in front by the forehead, and behind by the nape of the neck.21 Comm. NT: 21. “Galavāṭaka,” here rendered by “nape of the neck,” which the context demands. But elsewhere (e.g. IV.47, VIII.110) “base of the neck” se...
Все комментарии (1)
Sīsakaṭāhaveṭhanaṃ allacammaṃ kesānaṃ okāso. their location is the wet inner skin that envelops the skull.
Paricchedato kesā sīsaveṭhanacamme vīhaggamattaṃ pavisitvā patiṭṭhitena heṭṭhā attano mūlatalena, upari ākāsena, tiriyaṃ aññamaññena paricchinnā, dve kesā ekato natthīti ayaṃ sabhāgaparicchedo. As to delimitation, they are bounded below by the surface of their own roots, which are fixed by entering to the amount of the tip of a rice grain into the inner skin that envelops the head. They are bounded above by space, and all round by each other. There are no two hairs together. This is their delimitation by the similar.
Kesā na lomā, lomā na kesāti evaṃ avasesaekatiṃsakoṭṭhāsehi amissīkatā kesā nāma pāṭiyekko ekakoṭṭhāsoti ayaṃ visabhāgaparicchedo. Head hairs are not body hairs, and body hairs are not head hairs; being likewise not intermixed with the remaining thirty-one parts, the head hairs are a separate part. This is their delimitation by the dissimilar.
Idaṃ kesānaṃ vaṇṇādito vavatthāpanaṃ. Such is the definition of head hairs as to colour and so on.
183.Idaṃ pana nesaṃ vaṇṇādivasena pañcadhā paṭikkūlato vavatthāpanaṃ. 84.(b) Their definition as to repulsiveness in the five ways, that is, by colour, etc., is as follows.
Kesā nāmete vaṇṇatopi paṭikkūlā. Head hairs are repulsive in colour
Saṇṭhānatopi gandhatopi āsayatopi okāsatopi paṭikkūlā. as well as in shape, odour, habitat, and location.
Manuññepi hi yāgupatte vā bhattapatte vā kesavaṇṇaṃ kiñci disvā kesamissakamidaṃ haratha nanti jigucchanti. 85.For on seeing the colour of a head hair in a bowl of inviting rice gruel or cooked rice, people are disgusted and say, “This has got hairs in it. Take it away.”
Evaṃ kesā vaṇṇato paṭikkūlā. So they are repulsive in colour.
Rattiṃ bhuñjantāpi kesasaṇṭhānaṃ akkavākaṃ vā makacivākaṃ vā chupitvāpi tatheva jigucchanti. Also when people are eating at night, they are likewise disgusted by the mere sensation of a hair-shaped akka-bark or makaci- bark fibre.
Evaṃ saṇṭhānato paṭikkūlā. So they are repulsive in shape.
Telamakkhanapupphadhūpādi saṅkhāravirahitānañca kesānaṃ gandho paramajeguccho hoti. 86. And the odour of head hairs, unless dressed with a smearing of oil, scented with flowers, etc., is most offensive.
Tato jegucchataro aggimhi pakkhittānaṃ. And it is still worse when they are put in the fire.
Kesā hi vaṇṇasaṇṭhānato appaṭikkūlāpi siyuṃ, gandhena pana paṭikkūlāyeva. Even if head hairs are not directly repulsive in colour and shape, still their odour is directly repulsive.
Yathā hi daharassa kumārassa vaccaṃ vaṇṇato haliddivaṇṇaṃ, saṇṭhānatopi haliddipiṇḍasaṇṭhānaṃ. Just as a baby’s excrement, as to its colour, is the colour of turmeric and, as to its shape, is the shape of a piece of turmeric root,
Saṅkāraṭṭhāne chaḍḍitañca uddhumātakakāḷasunakhasarīraṃ vaṇṇato tālapakkavaṇṇaṃ. and just as the bloated carcass of a black dog thrown on a rubbish heap, as to its colour, is the colour of a ripe palmyra fruit and,
Saṇṭhānato vaṭṭetvā vissaṭṭhamudiṅgasaṇṭhānaṃ. as to its shape, is the shape of a [mandolin-shaped] drum left face down,
Dāṭhāpissa sumanamakuḷasadisāti ubhayampi vaṇṇasaṇṭhānato siyā appaṭikkūlaṃ gandhena pana paṭikkūlameva. and its fangs are like jasmine buds, and so even if both these are not directly repulsive in colour and shape, still their odour is directly repulsive,
Evaṃ kesāpi siyuṃ vaṇṇasaṇṭhānato appaṭikkūlā gandhena pana paṭikkūlāyevāti. so too, even if head hairs are not directly repulsive in colour and shape, still their odour is directly repulsive.
Yathā pana asuciṭṭhāne gāmanissandena jātāni sūpeyyapaṇṇāni nāgarikamanussānaṃ jegucchāni honti aparibhogāni, evaṃ kesāpi pubbalohitamuttakarīsapittasemhādinissandena jātattā jegucchāti idaṃ nesaṃ āsayato pāṭikkulyaṃ. 87. But just as pot herbs that grow on village sewage in a filthy place are disgusting to civilized people and unusable, so also head hairs are disgusting since they grow on the sewage of pus, blood, urine, dung, bile, phlegm, and the like. This is the repulsive aspect of the habitat.
Ime ca kesā nāma gūtharāsimhi uṭṭhitakaṇṇikaṃ viya ekatiṃsakoṭṭhāsarāsimhi jātā. 88.And these head hairs grow on the heap of the [other] thirty-one parts as fungi do on a dung-hill.
Te susānasaṅkāraṭṭhānādīsu jātasākaṃ viya parikkhādīsu jātakamalakuvalayādipupphaṃ viya ca asuciṭṭhāne jātattā paramajegucchāti idaṃ nesaṃ okāsato pāṭikkulyaṃ. And owing to the filthy place they grow in they are quite as unappetizing as vegetables growing on a charnel-ground, on a midden, etc., as lotuses or water lilies growing in drains, and so on. This is the repulsive aspect of their location.
Yathā ca kesānaṃ, evaṃ sabbakoṭṭhāsānaṃ vaṇṇasaṇṭhānagandhāsayokāsavasena pañcadhā paṭikkūlatā veditabbā. 89.And as in the case of head hairs, so also the repulsiveness of all the parts should be defined (b) in the same five ways by colour, shape, odour, habitat, and location.
Vaṇṇasaṇṭhānadisokāsaparicchedavasena pana sabbepi visuṃ visuṃ vavatthapetabbā. All, however, must be defined individually (a) by colour, shape, direction, location, and delimitation, as follows.
184.Tattha lomā tāva pakativaṇṇato na kesā viya asambhinnakāḷakā, kāḷapiṅgalā pana honti. [Body Hairs] 90.Herein, firstly, as to natural colour, body, hairs are not pure black like head hairs but blackish brown.
Saṇṭhānato onataggā tālamūlasaṇṭhānā. As to shape, they are the shape of palm roots with the tips bent down.
Disato dvīsu disāsu jātā. As to direction, they lie in the two directions.
Okāsato ṭhapetvā kesānaṃ patiṭṭhitokāsañca hatthapādatalāni ca yebhuyyena avasesasarīraveṭhanacamme jātā. As to location, except for the locations where the head hairs are established, and for the palms of the hands and soles of the feet, they grow in most of the rest of the inner skin that envelops the body.
Paricchedato sarīraveṭhanacamme likhāmattaṃ pavisitvā patiṭṭhitena heṭṭhā attano mūlatalena, upari ākāsena, tiriyaṃ aññamaññena paricchinnā, dve lomā ekato natthi, ayaṃ nesaṃ sabhāgaparicchedo. As to delimitation, they are bounded below by the surface of their own roots, which are fixed by entering to the extent of a likhā22 into the inner skin that envelops the body, above by space, and all round by each other. There are no two body hairs together. This is the delimitation by the similar. Comm. NT: 22. A measure of length, as much as a “louse’s head.”
Все комментарии (1)
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva. But their delimitation by the dissimilar is like that for the head hairs. Comm. NT: These two last sentences are repeated verbatim at the end of the description of each part. They are not translated in the remaining thirty p...
Все комментарии (1)
185.Nakhāti vīsatiyā nakhapattānaṃ nāmaṃ. [Nails] 91. “Nails” is the name for the twenty nail plates.
Te sabbepi vaṇṇato setā. They are all white as to colour.
Saṇṭhānato macchasakalikasaṇṭhānā. As to shape, they are the shape of fish scales.
Disato pādanakhā heṭṭhimadisāya, hatthanakhā uparimadisāyāti dvīsu disāsu jātā. As to direction: the toenails are in the lower direction; the fingernails are in the upper direction. So they grow in the two directions.
Okāsato aṅgulīnaṃ aggapiṭṭhesu patiṭṭhitā. As to location, they are fixed on the tips of the backs of the fingers and toes.
Paricchedato dvīsu disāsu aṅgulikoṭimaṃsehi, anto aṅgulipiṭṭhimaṃsena, bahi ceva agge ca ākāsena, tiriyaṃ aññamaññena paricchinnā, dve nakhā ekato natthi, ayaṃ nesaṃ sabhāgaparicchedo. As to delimitation, they are bounded in the two directions by the flesh of the ends of the fingers and toes, and inside by the flesh of the backs of the fingers and toes, and externally and at the end by space, and all round by each other. There are no two nails together …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
186.Dantāti paripuṇṇadantassa dvattiṃsa dantaṭṭhikāni. [Teeth] 92.There are thirty-two tooth bones in one whose teeth are complete.
Tepi vaṇṇato setā. They are white in colour.
Saṇṭhānato anekasaṇṭhānā. As to shape, they are of various shapes;
Tesaṃ hi heṭṭhimāya tāva dantapāḷiyā majjhe cattāro dantā mattikāpiṇḍe paṭipāṭiyā ṭhapitaalābubījasaṇṭhānā. for firstly in the lower row, the four middle teeth are the shape of pumpkin seeds set in a row in a lump of clay;
Tesaṃ ubhosu passesu ekeko ekamūlako ekakoṭiko mallikamakuḷasaṇṭhāno. that on each side of them has one root and one point and is the shape of a jasmine bud;
Tato ekeko dvimūlako dvikoṭiko yānakaupatthambhinisaṇṭhāno. each one after that has two roots and two points and is the shape of a wagon prop;
Tato dve dve timūlā tikoṭikā. then two each side with three roots and three points,
Tato dve dve catumūlā catukoṭikāti. then two each side four-rooted and four-pointed.
Uparimapāḷiyāpi eseva nayo. Likewise in the upper row.
Disato uparimadisāya jātā. As to direction, they lie in the upper direction.
Okāsato dvīsu hanukaṭṭhikesu patiṭṭhitā. As to location, they are fixed in the jawbones.
Paricchedato heṭṭhā hanukaṭṭhike patiṭṭhitena attano mūlatalena, upari ākāsena, tiriyaṃ aññamaññena paricchinnā, dve dantā ekato natthi, ayaṃ nesaṃ sabhāgaparicchedo. As to delimitation, they are bounded by the surface of their own roots which are fixed in the jawbones; they are bounded above by space, and all round by each other. There are no two teeth together …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
187.Tacoti sakalasarīraṃ veṭhetvā ṭhitacammaṃ. [Skin (Taca)] 93. The inner skin envelops the whole body.
Tassa upari kāḷasāmapītādivaṇṇā chavi nāma yā sakalasarīratopi saṅkaḍḍhiyamānā badaraṭṭhimattā hoti. Outside it is what is called the outer cuticle, which is black, brown or yellow in colour, and when that from the whole of the body is compressed together, it amounts to only as much as a jujube-fruit kernel.
Taco pana vaṇṇato setoyeva. But as to colour, the skin itself is white;
So cassa setabhāvo aggijālābhighātapaharaṇappahārādīhi viddhaṃsitāya chaviyā pākaṭo hoti. and its whiteness becomes evident when the outer cuticle is destroyed by contact with the flame of a fire or the impact of a blow and so on.
Saṇṭhānato sarīrasaṇṭhānova hoti. 94.As to shape, it is the shape of the body
Ayamettha saṅkhepo. in brief.
Vitthārato pana pādaṅgulittaco kosakārakakosasaṇṭhāno. But in detail, the skin of the toes is the shape of silkworms’ cocoons;
Piṭṭhipādattaco puṭabandhaupāhanasaṇṭhāno. the skin of the back of the foot is the shape of shoes with uppers;
Jaṅghattaco bhattapuṭakatālapaṇṇasaṇṭhāno. the skin of the calf is the shape of a palm leaf wrapping cooked rice;
Ūruttaco taṇḍulabharitadīghatthavikasaṇṭhāno. the skin of the thighs is the shape of a long sack full of paddy;
Ānisadattaco udakapūritapaṭaparissāvanasaṇṭhāno. the skin of the buttocks is the shape of a cloth strainer full of water;
Piṭṭhittaco phalakonaddhacammasaṇṭhāno. the skin of the back is the shape of hide streched over a plank;
Kucchittaco vīṇādoṇikonaddhacammasaṇṭhāno. the skin of the belly is the shape of the hide stretched over the body of a lute;
Urattaco yebhuyyena caturassasaṇṭhāno. the skin of the chest is more or less square;
Ubhayabāhuttaco tūṇironaddhacammasaṇṭhāno. the skin of both arms is the shape of the hide stretched over a quiver;
Piṭṭhihatthattaco khurakosasaṇṭhāno, phaṇakatthavikasaṇṭhāno vā. the skin of the backs of the hands is the shape of a razor box, or the shape of a comb case;
Hatthaṅgulittaco kuñcikākosakasaṇṭhāno. the skin of the fingers is the shape of a key box;
Gīvattaco galakañcukasaṇṭhāno. the skin of the neck is the shape of a collar for the throat;
Mukhattaco chiddāvachiddo kīṭakulāvakasaṇṭhāno. the skin of the face is the shape of an insects’ nest full of holes;
Sīsattaco pattatthavikasaṇṭhānoti. the skin of the head is the shape of a bowl bag.
Tacapariggaṇhakena ca yogāvacarena uttaroṭṭhato paṭṭhāya uparimukhaṃ ñāṇaṃ pesetvā paṭhamaṃ tāva mukhaṃ pariyonandhitvā ṭhitacammaṃ vavatthapetabbaṃ. 95.The meditator who is discerning the skin should first define the inner skin that covers the face, working his knowledge over the face beginning with the upper lip.
Tato nalāṭaṭṭhicammaṃ. Next, the inner skin of the frontal bone.
Tato thavikāya pakkhittapattassa ca thavikāya ca antarena hatthamiva sīsaṭṭhikassa ca sīsacammassa ca antarena ñāṇaṃ pesetvā aṭṭhikena saddhiṃ cammassa ekābaddhabhāvaṃ viyojentena sīsacammaṃ vavatthapetabbaṃ. Next, he should define the inner skin of the head, separating, as it were, the inner skin’s connection with the bone by inserting his knowledge in between the cranium bone and the inner skin of the head, as he might his hand in between the bag and the bowl put in the bag.
Tato khandhacammaṃ. Next, the inner skin of the shoulders.
Tato anulomena paṭilomena ca dakkhiṇahatthacammaṃ. Next, the inner skin of the right arm forwards and backwards;
Atha teneva nayena vāmahatthacammaṃ. and then in the same way the inner skin of the left arm.
Tato piṭṭhicammaṃ taṃ vavatthapetvā anulomena paṭilomena ca dakkhiṇapādacammaṃ. Next, after defining the inner skin of the back, he should define the inner skin of the right leg forwards and backwards;
Atha teneva nayena vāmapādacammaṃ. then the inner skin of the left leg in the same way.
Tato anukkameneva vatthiudarahadayagīvacammāni vavatthapetabbāni. Next, the inner skin of the groin, the paunch, the bosom and the neck should be successively defined.
Atha gīvacammānantaraṃ heṭṭhimahanucammaṃ vavatthapetvā adharoṭṭhapariyosānaṃ pāpetvā niṭṭhapetabbaṃ. Then, after defining the inner skin of the lower jaw next after that of the neck, he should finish on arriving at the lower lip.
Evaṃ oḷārikoḷārikaṃ pariggaṇhantassa sukhumampi pākaṭaṃ hoti. When he discerns it in the gross in this way, it becomes evident to him more subtly too.
Disato dvīsu disāsu jāto. 96.As to direction, it lies in both directions.
Okāsato sakalasarīraṃ pariyonandhitvā ṭhito. As to location, it covers the whole body.
Paricchedato heṭṭhā patiṭṭhitatalena, upari ākāsena paricchinno, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded below by its fixed surface, and above by space …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
188.Maṃsanti nava maṃsapesisatāni. [Flesh] 97.There are nine hundred pieces of flesh.
Taṃ sabbampi vaṇṇato rattaṃ kiṃsukapupphasadisaṃ. As to colour, it is all red, like kiṃsuka flowers.
Saṇṭhānato jaṅghapiṇḍikamaṃsaṃ tālapaṇṇapuṭabhattasaṇṭhānaṃ. As to shape, the flesh of the calves is the shape of cooked rice in a palm- leaf bag.
Ūrumaṃsaṃ nisadapotasaṇṭhānaṃ. The flesh of the thighs is the shape of a rolling pin.23 Comm. NT: 23. Nisadapota—“rolling pin”: (= silā-puttaka—Vism-mhṭ 250) What is meant is probably the stone roller, thicker in the middle than at the en...
Все комментарии (1)
Ānisadamaṃsaṃ uddhanakoṭisaṇṭhānaṃ. The flesh of the buttocks is the shape of the end of an oven.
Piṭṭhimaṃsaṃ tālaguḷapaṭalasaṇṭhānaṃ. The flesh of the back is the shape of a slab of palm sugar.
Phāsukadvayamaṃsaṃ koṭṭhalikāya kucchiyaṃ tanumattikālepasaṇṭhānaṃ. The flesh between each two ribs is the shape of clay mortar squeezed thin in a flattened opening.
Thanamaṃsaṃ vaṭṭetvā avakkhittamattikāpiṇḍasaṇṭhānaṃ. The flesh of the breast is the shape of a lump of clay made into a ball and flung down.
Bāhudvayamaṃsaṃ dviguṇaṃ katvā ṭhapitaniccammamahāmūsikasaṇṭhānaṃ. The flesh of the two upper arms is the shape of a large skinned rat and twice the size.
Evaṃ oḷārikoḷārikaṃ pariggaṇhantassa sukhumampi pākaṭaṃ hoti. When he discerns it grossly in this way, it becomes evident to him subtly too.
Disato dvīsu disāsu jātaṃ. 98.As to direction, it lies in both directions.
Okāsato vīsādhikāni tīṇi aṭṭhisatāni anulimpitvā ṭhitaṃ. As to location, it is plastered over the three hundred and odd bones.
Paricchedato heṭṭhā aṭṭhisaṅghāte patiṭṭhitatalena, upari tacena, tiriyaṃ aññamaññena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded below by its surface, which is fixed on to the collection of bones, and above by the skin, and all round each by each other piece …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
189.Nhārūti nava nhārusatāni. [Sinews] 99.There are nine hundred sinews.
Vaṇṇato sabbepi nhārū setā. As to colour, all the sinews are white.
Saṇṭhānato nānāsaṇṭhānā. As to shape, they have various shapes.
Etesu hi gīvāya uparimabhāgato paṭṭhāya pañca mahānhārū sarīraṃ vinandhamānā purimapassena otiṇṇā. For five of great sinews that bind the body together start out from the upper part of the neck and descend by the front,
Pañca pacchimapassena. and five more by the back,
Pañca dakkhiṇapassena. and then five by the right
Pañca vāmapassena. and five by the left.
Dakkhiṇahatthaṃ vinandhamānāpi hatthassa purimapassena pañca. And of those that bind the right hand, five descend by the front of the hand
Pacchimapassena pañca. and five by the back;
Tathā vāmahatthaṃ vinandhamānā. likewise those that bind the left hand.
Dakkhiṇapādaṃ vinandhamānāpi pādassa purimapassena pañca. And of those that bind the right foot, five descend by the front and five by the back;
Pacchimapassena pañca. likewise those that bind the left foot.
Tathā vāmapādaṃ vinandhamānāpīti evaṃ sarīradhārakā nāma saṭṭhimahānhārū kāyaṃ vinandhamānā otiṇṇā. So there are sixty great sinews called “body supporters” which descend [from the neck] and bind the body together;
Ye kaṇḍarātipi vuccanti. and they are also called “tendons.”
Te sabbepi kandalamakuḷasaṇṭhānā. They are all the shape of yam shoots.
Aññe pana taṃ taṃ padesaṃ ajjhottharitvā ṭhitā. But there are others scattered over various parts of the body,
Tato sukhumatarā suttarajjukasaṇṭhānā. which are finer than the last-named. They are the shape of strings and cords.
Aññe tato sukhumatarā pūtilatāsaṇṭhānā, aññe tato sukhumatarā mahāvīṇātantisaṇṭhānā. There are others still finer, the shape of creepers. Others still finer are the shape of large lute strings.
Aññe thūlasuttakasaṇṭhānā. Yet others are the shape of coarse thread.
Hatthapādapiṭṭhīsu nhārū sakuṇapādasaṇṭhānā. The sinews in the backs of the hands and feet are the shape of a bird’s claw.
Sīse nhārū dārakānaṃ sīsajālakasaṇṭhānā. The sinews in the head are the shape of children’s head nets.
Piṭṭhiyaṃ nhārū ātape pasāritaallajālasaṇṭhānā. The sinews in the back are the shape of a wet net spread out in the sun.
Avasesā taṃtaṃaṅgapaccaṅgānugatā nhārū sarīre paṭimukkajālakañcukasaṇṭhānā. The rest of the sinews, following the various limbs, are the shape of a net jacket fitted to the body.
Disato dvīsu disāsu jātā. 100.As to direction, they lie in the two directions.
Okāsato sakalasarīre aṭṭhīni ābandhitvā ṭhitā. As to location, they are to be found binding the bones of the whole body together.
Paricchedato heṭṭhā tiṇṇaṃ aṭṭhisatānaṃ upari patiṭṭhitatalehi, upari maṃsacammāni āhacca ṭhitappadesehi, tiriyaṃ aññamaññena paricchinnā, ayaṃ nesaṃ sabhāgaparicchedo. As to delimitation, they are bounded below by their surface, which is fixed on to the three hundred bones, and above by the portions that are in contact with the flesh and the inner skin, and all round by each other …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
190.Aṭṭhīti ṭhapetvā dvattiṃsa dantaṭṭhīni avasesāni catusaṭṭhi hatthaṭṭhīni, catusaṭṭhi pādaṭṭhīni, catusaṭṭhi maṃsanissitāni muduaṭṭhīni, dve paṇhikaṭṭhīni, ekekasmiṃ pāde dve dve gopphakaṭṭhīni, dve jaṅghaṭṭhīni, ekaṃ jaṇṇukaṭṭhi, ekaṃ ūruṭṭhi, dve kaṭiṭṭhīni, aṭṭhārasa piṭṭhikaṇṭakaṭṭhīni, catuvīsati phāsukaṭṭhīni, cuddasa uraṭṭhīni, ekaṃ hadayaṭṭhi, dve akkhakaṭṭhīni, dve koṭṭaṭṭhīni, dve bāhuṭṭhīni, dve dve aggabāhuṭṭhīni, satta gīvaṭṭhīni, dve hanukaṭṭhīni, ekaṃ nāsikaṭṭhi, dve akkhiṭṭhīni, dve kaṇṇaṭṭhīni, ekaṃ nalāṭaṭṭhi. [Bones] 101. Excepting the thirty-two teeth bones, these consist of the remaining sixty- four hand bones, sixty-four foot bones, sixty-four soft bones dependent on the flesh, two heel bones; then in each leg two ankle bones, two shin bones, one knee bone and one thigh bone; then two hip bones, eighteen spine bones, twenty- four rib bones, fourteen breast bones, one heart bone (sternum), two collar bones, two shoulder blade bones,24 two upper-arm bones, two pairs of forearm bones, two neck bones, two jaw bones, one nose bone, two eye bones, two ear bones, one frontal bone, Comm. NT: 24. Koṭṭhaṭṭhīni—“shoulder-blade bones”: for koṭṭha (= flat) cf. koṭṭhalika §97; the meaning is demanded by the context, otherwise no mentio...
Все комментарии (1)
Ekaṃ muddhaṭṭhi, nava sīsakapālaṭṭhīnīti evaṃ timattāni aṭṭhisatāni, tāni sabbānipi vaṇṇato setāni. one occipital bone, nine sincipital bones. So there are exactly three hundred bones. As to colour, they are all white.
Saṇṭhānato nānāsaṇṭhānāni. As to shape, they are of various shapes.
Tattha hi aggapādaṅguliaṭṭhīni katakabījasaṇṭhānāni. 102.Herein, the end bones of the toes are the shape of kataka seeds.
Tadanantarāni majjhapabbaṭṭhīni panasaṭṭhisaṇṭhānāni. Those next to them in the middle sections are the shape of jackfruit seeds.
Mūlapabbaṭṭhīni paṇavasaṇṭhānāni. The bones of the base sections are the shape of small drums.
Piṭṭhipādaṭṭhīni koṭṭitakandalakandarāsisaṇṭhānāni. The bones of the back of the foot are the shape of a bunch of bruised yarns.
Paṇhikaṭṭhi ekaṭṭhitālaphalabījasaṇṭhānaṃ. The heel bone is the shape of the seed of a single-stone palmyra fruit.
Gopphakaṭṭhīni baddhakīḷāgoḷakasaṇṭhānāni. 103. The ankle bones are the shape of [two] play balls bound together.
Jaṅghaṭṭhīnaṃ gopphakaṭṭhīsu patiṭṭhitaṭṭhānaṃ apanītatacasindikaḷīrasaṇṭhānaṃ. The shin bones, in the place where they rest on the ankle bones, are the shape of a sindi shoot without the skin removed.
Khuddakajaṅghaṭṭhikaṃ dhanukadaṇḍasaṇṭhānaṃ. The small shin bone is the shape of a[toy] bow stick.
Mahantaṃ milātasappapiṭṭhisaṇṭhānaṃ. The large one is the shape of a shrivelled snake’s back.
Jaṇṇukaṭṭhi ekato parikkhīṇapheṇakasaṇṭhānaṃ. The knee bone is the shape of a lump of froth melted on one side.
Tattha jaṅghaṭṭhikassa patiṭṭhitaṭṭhānaṃ atikhiṇaggagosiṅgasaṇṭhānaṃ. Herein, the place where the shin bone rests on it is the shape of a blunt cow’s horn.
Ūruṭṭhi duttacchitavāsiparasudaṇḍasaṇṭhānaṃ. The thigh bone is the shape of a badly-pared25 handle for an axe or hatchet. Comm. NT: 25. Duttacchita—“badly pared”: tacchita, pp. of tacchati to pare (e.g. with an adze); not in PED; see M I 31,124; III 166.
Все комментарии (1)
Tassa kaṭiṭṭhimhi patiṭṭhitaṭṭhānaṃ kīḷāgoḷakasaṇṭhānaṃ. The place where it fits into the hip bone is the shape of a play ball.
Tena kaṭiṭṭhino patiṭṭhitaṭṭhānaṃ aggacchinnamahāpunnāgaphalasaṇṭhānaṃ. The place in the hip bone where it is set is the shape of a big punnāga fruit with the end cut off.
Kaṭiṭṭhīni dvepi ekābaddhāni hutvā kumbhakārikauddhanasaṇṭhānāni. 104. The two hip bones, when fastened together,
Pāṭiyekkaṃ kammārakūṭayottakasaṇṭhānāni. are the shape of the ring- fastening of a smith’s hammer.
Koṭiyaṃ ṭhitaṃ ānisadaṭṭhi adhomukhaṃ katvā gahitasappaphaṇasaṇṭhānaṃ, sattaṭṭhaṭṭhānesu chiddāvachiddaṃ. The buttock bone on the end [of them] is the shape of an inverted snake’s hood. It is perforated in seven or eight places.
Piṭṭhikaṇṭakaṭṭhīni abbhantarato uparūpari ṭhapitasīsapaṭṭaveṭhakasaṇṭhānāni. The spine bones are internally the shape of lead-sheet pipes put one on top of the other;
Bāhirato vaṭṭanāvaḷisaṇṭhānāni. externally they are the shape of a string of beads.
Tesaṃ antarantarā kakacadantasadisā dve tayo kaṇṭakā honti. They have two or three rows of projections next to each other like the teeth of a saw.
Catuvīsatiyā phāsukaṭṭhīsu aparipuṇṇāni aparipuṇṇaasisaṇṭhānāni. 105.Of the twenty-four rib bones, the incomplete ones are the shape of incomplete sabres,
Paripuṇṇāni paripuṇṇaasisaṇṭhānāni. and the complete ones are the shape of complete sabres;
Sabbānipi odātakukkuṭassa pasāritapakkhasaṇṭhānāni. all together they are like the outspread wings of a white cock.
Cuddasa uraṭṭhīni jiṇṇasandamānikapañjarasaṇṭhānāni. The fourteen breast bones are the shape of an old chariot frame.26 Comm. NT: 26. Pañjara—“frame”: not quite in this sense in PED.
Все комментарии (1)
Hadayaṭṭhi dabbiphaṇasaṇṭhānaṃ. The heart bone (sternum) is the shape of the bowl of a spoon.
Akkhakaṭṭhīni khuddakalohavāsidaṇḍasaṇṭhānāni. The collar bones are the shape of small metal knife handles.
Koṭṭaṭṭhīni ekato parikkhīṇasīhaḷakuddālasaṇṭhānāni. The shoulder- blade bones are the shape of a Sinhalese hoe worn down on one side.
Bāhuṭṭhīni ādāsadaṇḍakasaṇṭhānāni. 106. The upper-arm bones are the shape of looking glass handles.
Aggabāhuṭṭhīni yamakatālakandasaṇṭhānāni. The forearm bones are the shape of a twin palm’s trunks.
Maṇibandhaṭṭhīni ekato alliyāpetvā ṭhapitasīsakapaṭṭaveṭhakasaṇṭhānāni. The wrist bones are the shape of lead-sheet pipes stuck together.
Piṭṭhihatthaṭṭhīni koṭṭitakandalakandarāsisaṇṭhānāni. The bones of the back of the hand are the shape of a bundle of bruised yams.
Hatthaṅgulīsu mūlapabbaṭṭhīni paṇavasaṇṭhānāni. As to the fingers, the bones of the base sections are the shape of small drums;
Majjhapabbaṭṭhīni aparipuṇṇapanasaṭṭhisaṇṭhānāni. those of the middle sections are the shape of immature jackfruit seeds;
Aggapabbaṭṭhīni katakabījasaṇṭhānāni. those of the end sections are the shape of kataka seeds.
Satta gīvaṭṭhīni daṇḍena vijjhitvā paṭipāṭiyā ṭhapitavaṃsakaḷīracakkalakasaṇṭhānāni. 107. The seven neck bones are the shape of rings of bamboo stem threaded one after the other on a stick.
Heṭṭhimahanukaṭṭhi kammārānaṃ ayokūṭayottakasaṇṭhānaṃ. The lower jawbone is the shape of a smith’s iron hammer ring-fastening.
Uparimaṃ avalekhanasatthakasaṇṭhānaṃ. The upper one is the shape of a knife for scraping [the rind off sugarcanes].
Akkhikūpanāsakūpaṭṭhīni apanītamiñjataruṇatālaṭṭhisaṇṭhānāni. The bones of the eye sockets and nostril sockets are the shape of young palmyra seeds with the kernels removed.
Nalāṭaṭṭhi adhomukhaṭṭhapitasaṅkhathālakakapālasaṇṭhānaṃ. The frontal bone is the shape of an inverted bowl made of a shell.
Kaṇṇacūḷikaṭṭhīni nhāpitakhurakosasaṇṭhānāni. The bones of the ear-holes are the shape of barbers’ razor boxes.
Nalāṭakaṇṇacūḷikānaṃ upari paṭṭabandhanokāse aṭṭhisaṅkuṭitaghaṭapuṇṇapaṭalakhaṇḍasaṇṭhānaṃ. The bone in the place where a cloth is tied [round the head] above the frontal bone and the ear holes is the shape of a piece of curled-up toffee flake.27 Comm. NT: 27. Saṅkuṭitaghaṭapuṇṇapaṭalakhaṇḍa—“a piece of curled-up toffee flake.” The Sinhalese translation suggests the following readings and resol...
Все комментарии (1)
Muddhaṭṭhi mukhacchinnavaṅkanāḷikerasaṇṭhānaṃ. The occipital bone is the shape of a lopsided coconut with a hole cut in the end.
Sīsaṭṭhīni sibbetvā ṭhapitajajjaralābukaṭāhasaṇṭhānāni. The sincipital bones are the shape of a dish made of an old gourd held together with stitches.
Disato dvīsu disāsu jātāni. 108.As to direction, they lie in both directions.
Okāsato avisesena sakalasarīre ṭhitāni. As to location, they are to be found indiscriminately throughout the whole body.
Visesena panettha sīsaṭṭhīni givaṭṭhīsu patiṭṭhitāni. But in particular here, the head bones rest on the neck bones,
Gīvaṭṭhīni piṭṭhikaṇṭakaṭṭhīsu. the neck bones on the spine bones,
Piṭṭhikaṇṭakaṭṭhīni kaṭiṭṭhīsu. the spine bones on the hip bones,
Kaṭiṭṭhīni ūruṭṭhīsu. the hip bones on the thigh bones,
Ūruṭṭhīni jaṇṇukaṭṭhīsu. the thigh bones on the knee bones,
Jaṇṇukaṭṭhīni jaṅghaṭṭhīsu. the knee bones on the shin bones,
Jaṅghaṭṭhīni gopphakaṭṭhīsu. the shin bones on the ankle bones,
Gopphakaṭṭhīni piṭṭhipādaṭṭhīsu patiṭṭhitāni. the ankle bones on the bones of the back of the foot.
Paricchedato anto aṭṭhimiñjena, uparito maṃsena, agge mūle ca aññamaññena paricchinnāni, ayaṃ nesaṃ sabhāgaparicchedo. As to delimitation, they are bounded inside by the bone marrow, above by the flesh, at the ends and at the roots by each other …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
191.Aṭṭhimiñjanti tesaṃ tesaṃ aṭṭhīnaṃ abbhantaragataṃ miñjaṃ. [Bone Marrow] 109. This is the marrow inside the various bones.
Taṃ vaṇṇato setaṃ. As to colour, it is white.
Saṇṭhānato mahantamahantānaṃ aṭṭhīnaṃ abbhantaragataṃ veḷunāḷiyaṃ pakkhittaseditamahāvettaggasaṇṭhānaṃ. As to shape, that inside each large bone is the shape of a large cane shoot moistened and inserted into a bamboo tube.
Khuddānukhuddakānaṃ abbhantaragataṃ veḷuyaṭṭhipabbesu pakkhittaseditatanuvettaggasaṇṭhānaṃ. That inside each small bone is the shape of a slender cane shoot moistened and inserted in a section of bamboo twig.
Disato dvīsu disāsu jātaṃ. As to direction, it lies in both directions.
Okāsato aṭṭhīnaṃ abbhantare patiṭṭhitaṃ. As to location, it is set inside the bones.
Paricchedato aṭṭhīnaṃ abbhantaratalehi paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is delimited by the inner surface of the bones …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
192.Vakkanti ekabandhanā dve maṃsapiṇḍikā. [Kidney] 110. This is two pieces of flesh with a single ligature.
Taṃ vaṇṇato mandarattaṃ pāḷibhaddakaṭṭhivaṇṇaṃ. As to colour, it is dull red, the colour of pālibhaddaka (coral tree) seeds.
Saṇṭhānato dārakānaṃ yamakakīḷāgoḷakasaṇṭhānaṃ, ekavaṇṭapaṭibaddhaambaphaladvayasaṇṭhānaṃ vā. As to shape, it is the shape of a pair of child’s play balls; or it is the shape of a pair of mango fruits attached to a single stalk.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, it lies in the upper direction.
Okāsato galavāṭakā nikkhantena ekamūlena thokaṃ gantvā dvidhā bhinnena thūlanhārunā vinibaddhaṃ hutvā hadayamaṃsaṃ parikkhipitvā ṭhitaṃ. As to location, it is to be found on either side of the heart flesh, being fastened by a stout sinew that starts out with one root from the base of the neck and divides into two after going a short way.
Paricchedato vakkaṃ vakkabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, the kidney is bounded by what appertains to kidney …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
193.Hadayanti hadayamaṃsaṃ. [Heart] 111. This is the heart flesh.
Taṃ vaṇṇato rattapadumapattapiṭṭhivaṇṇaṃ. As to colour, it is the colour of the back of a red-lotus petal.
Saṇṭhānato bāhirapattāni apanetvā adhomukhaṃ ṭhapitapadumamakuḷasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of a lotus bud with the outer petals removed and turned upside down;
Bahi maṭṭhaṃ, anto kosātakīphalassa abbhantarasadisaṃ. it is smooth outside, and inside it is like the interior of a kosātakī (loofah gourd).
Paññavantānaṃ thokaṃ vikasitaṃ, mandapaññānaṃ makuḷitameva. In those who possess understanding it is a little expanded; in those without understanding it is still only a bud.
Anto cassa punnāgaṭṭhipatiṭṭhānamatto āvāṭako hoti, yattha addhapasatamattaṃ lohitaṃ saṇṭhāti, yaṃ nissāya manodhātu ca manoviññāṇadhātu ca vattanti. Inside it there is a hollow the size of a punnāga seed’s bed where half a pasata measure of blood is kept, with which as their support the mind element and mind-consciousness element occur.
Taṃ panetaṃ rāgacaritassa rattaṃ hoti, dosacaritassa kāḷakaṃ, mohacaritassa maṃsadhovanaudakasadisaṃ, vitakkacaritassa kulatthayūsavaṇṇaṃ, saddhācaritassa kaṇikārapupphavaṇṇaṃ, paññācaritassa acchaṃ vippasannaṃ anāvilaṃ paṇḍaraṃ parisuddhaṃ niddhotajātimaṇi viya jutimantaṃ khāyati. 112. That in one of greedy temperament is red; that in one of hating temperament is black; that in one of deluded temperament is like water that meat has been washed in; that in one of speculative temperament is like lentil soup in colour; that in one of faithful temperament is the colour of [yellow] kanikāra flowers; that in one of understanding temperament is limpid, clear, unturbid, bright, pure, like a washed gem of pure water, and it seems to shine.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. 113.As to direction, it lies in the upper direction.
Okāsato sarīrabbhantare dvinnaṃ thanānaṃ majjhe patiṭṭhitaṃ. As to location, it is to be found in the middle between the two breasts, inside the body.
Paricchedato hadayaṃ hadayabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to heart …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
194.Yakananti yamakamaṃsapaṭalaṃ. [Liver] 114. This is a twin slab of flesh.
Taṃ vaṇṇato rattaṃ paṇḍukadhātukaṃ nātirattakumudassa pattapiṭṭhivaṇṇaṃ. As to colour, it is a brownish shade of red, the colour of the not-too-red backs of white water-lily petals.
Saṇṭhānato mūle ekaṃ agge yamakaṃ koviḷārapattasaṇṭhānaṃ. As to shape, with its single root and twin ends, it is the shape of a koviḷāra leaf.
Tañca dandhānaṃ ekameva hoti mahantaṃ, paññavantānaṃ dve vā tīṇi vā khuddakāni. In sluggish people it is single and large; in those possessed of understanding there are two or three small ones.
Disato uparimāya disāya jātaṃ, okāsato dvinnaṃ thanānaṃ abbhantare dakkhiṇapassaṃ nissāya ṭhitaṃ. As to direction, it lies in the upper direction. As to location, it is to be found on the right side, inside from the two breasts.
Paricchedato yakanaṃ yakanabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to liver …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
195.Kilomakanti paṭicchannāpaṭicchannabhedato duvidhaṃ pariyonahanamaṃsaṃ. [Midriff]28 115.This is the covering of the flesh, which is of two kinds, namely, the concealed and the unconcealed. Comm. NT: 28. Kilomaka—“midriff”: the rendering is obviously quite inadequate for what is described here, but there is no appropriate English word.
Все комментарии (1)
Taṃ duvidhampi vaṇṇato setaṃ dukūlapilotikavaṇṇaṃ. As to colour, both kinds are white, the colour of dukūla (muslin) rags.
Saṇṭhānato attano okāsasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of its location.
Disato paṭicchannakilomakaṃ uparimāya disāya. As to direction, the concealed midriff lies in the upper direction,
Itaraṃ dvīsu disāsu jātaṃ. the other in both directions.
Okāsato paṭicchannakilomakaṃ hadayañca vakkañca paṭicchādetvā, appaṭicchannakilomakaṃ sakalasarīre cammassa heṭṭhato maṃsaṃ pariyonandhitvā ṭhitaṃ. As to location, the concealed midriff is to be found concealing the heart and kidney; the unconcealed is to be found covering the flesh under the inner skin throughout the whole body.
Paricchedato heṭṭhā maṃsena, upari cammena, tiriyaṃ kilomakabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded below by the flesh, above by the inner skin, and all round by what appertains to midriff …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
196.Pihakanti udarajivhāmaṃsaṃ. [Spleen] 116. This is the flesh of the belly’s “tongue.”
Taṃ vaṇṇato nīlaṃ nigguṇḍipupphavaṇṇaṃ. As to colour, it is blue, the colour of nigguṇḍi flowers.
Saṇṭhānato sattaṅgulappamāṇaṃ abandhanaṃ kāḷavacchakajivhāsaṇṭhānaṃ. As to shape, it is seven fingers in size, without attachments, and the shape of a black calf’s tongue.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, it lies in the upper direction.
Okāsato hadayassa vāmapasse udarapaṭalassa matthakapassaṃ nissāya ṭhitaṃ, yasmiṃ paharaṇappahārena bahinikkhante sattānaṃ jīvitakkhayo hoti. As to location, it is to be found near the upper side of the belly to the left of the heart. When it comes out through a wound a being’s life is terminated.
Paricchedato pihakabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to spleen …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
197.Papphāsanti dvattiṃsamaṃsakhaṇḍappabhedaṃ papphāsamaṃsaṃ. [Lungs] 117. The flesh of the lungs is divided up into two or three pieces of flesh.
Taṃ vaṇṇato rattaṃ nātipakkaudumbaraphalavaṇṇaṃ. As to colour, it is red, the colour of not very ripe udumbara fig fruits.
Saṇṭhānato visamacchinnabahalapūvakhaṇḍasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of an unevenly cut thick slice of cake.
Abbhantare asitapītānaṃ abhāve uggatena kammajatejusmānā abbhāhatattā saṃkhāditapalālapiṇḍamiva nirasaṃ nirojaṃ. Inside, it is insipid and lacks nutritive essence, like a lump of chewed straw, because it is affected by the heat of the kamma-born fire [element] that springs up when there is need of something to eat and drink.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, it lies in the upper direction.
Okāsato sarīrabbhantare dvinnaṃ thanānaṃ antare hadayañca yakanañca upari chādetvā olambantaṃ ṭhitaṃ. As to location, it is to be found inside the body between the two breasts, hanging above the heart and liver and concealing them.
Paricchedato papphāsabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to lungs …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
198.Antanti purisassa dvattiṃsahatthā itthiyā aṭṭhavīsatihatthā ekavīsatiyā ṭhānesu obhaggā antavaṭṭi. [Bowel] 118. This is the bowel tube; it is looped29 in twenty-one places, and in a man it is thirty-two hands long, and in a woman, twenty-eight hands. Comm. NT: 29. Obhagga—“looped”: not in this sense in PED; see obhañjati (XI.64 and PED).
Все комментарии (1)
Tadetaṃ vaṇṇato setaṃ sakkharasudhāvaṇṇaṃ. As to colour, it is white, the colour of lime [mixed] with sand.
Saṇṭhānato lohitadoṇiyaṃ ābhujitvā ṭhapitasīsacchinnasappasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of a beheaded snake coiled up and put in a trough of blood.
Disato dvīsu disāsu jātaṃ. As to direction, it lies in the two directions.
Okāsato upari galavāṭake heṭṭhā ca karīsamagge vinibandhattā galavāṭakakarīsamaggapariyante sarīrabbhantare ṭhitaṃ. As to location, it is fastened above at the gullet and below to the excrement passage (rectum), so it is to be found inside the body between the limits of the gullet and the excrement passage.
Paricchedato antabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what pertains to bowel …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
199.Antaguṇanti antabhogaṭṭhānesu bandhanaṃ. [Entrails (Mesentery)] 119. This is the fastening in the places where the bowel is coiled.
Taṃ vaṇṇato setaṃ dakasītalikamūlavaṇṇaṃ. As to colour, it is white, the colour of dakasītalika30 (white edible water lily) roots. Comm. NT: 30. Dakasītalika: not in PED; rendered in Sinhalese translation by helmaeli (white edible water lily).
Все комментарии (1)
Saṇṭhānato dakasītalikamūlasaṇṭhānameva. As to shape, it is the shape of those roots too.
Disato dvīsu disāsu jātaṃ. As to direction, it lies in the two directions.
Okāsato kuddālapharasukammādīni karontānaṃ yantākaḍḍhanakāle yantasuttakamiva yantaphalakāni antabhoge ekato agaḷante ābandhitvā pādapuñchanarajjumaṇḍalakassa antarā saṃsibbitvā ṭhitarajjukā viya ekavīsatiyā antabhogānaṃ antarā ṭhitaṃ. As to location, it is to be found inside the twenty-one coils of the bowel, like the strings to be found inside rope-rings for wiping the feet on, sewing them together, and it fastens the bowel’s coils together so that they do not slip down in those working with hoes, axes, etc., as the marionette-strings do the marionette’s wooden [limbs] at the time of the marionette’s being pulled along.
Paricchedato antaguṇabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to entrails …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
200.Udariyanti udare bhavaṃ asitapītakhāyitasāyitaṃ. [Gorge] 120. This is what has been eaten, drunk, chewed and tasted, and is present in the stomach.
Taṃ vaṇṇato ajjhohaṭāhāravaṇṇaṃ. As to colour, it is the colour of swallowed food.
Saṇṭhānato parissāvane sithilabaddhataṇḍulasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of rice loosely tied in a cloth strainer.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, it is in the upper direction.
Okāsato udare ṭhitaṃ. As to location, it is in the stomach.
Udaraṃ nāma ubhato nippīḷiyamānassa allasāṭakassa majjhe sañjātaphoṭakasadisaṃ antapaṭalaṃ, bahi maṭṭhaṃ, anto maṃsakasambupaliveṭhanakiliṭṭhapāvārakapupphakasadisaṃ, kuthitapanasatacassa abbhantarasadisantipi vattuṃ vaṭṭati, yattha takkoṭakā gaṇḍuppādakā tālahīrakā sūcimukhakā paṭatantasuttakā iccevamādidvattiṃsakulappabhedā kimayo ākulabyākulā saṇḍasaṇḍacārino hutvā nivasanti, ye pānabhojanādimhi avijjamāne ullaṅghitvā viravantā hadayamaṃsaṃ abhihananti, pānabhojanādiajjhoharaṇavelāyañca uddhaṃmukhā hutvā paṭhamajjhohaṭe dve tayo ālope turitaturitā viluppanti, yaṃ tesaṃ kimīnaṃ sūtigharaṃ vaccakuṭi gilānasālā susānañca hoti. 121. What is called the “stomach” is [a part of] the bowel-membrane, which is like the swelling [of air] produced in the middle of a length of wet cloth when it is being [twisted and] wrung out from the two ends. It is smooth outside. Inside, it is like a balloon of cloth31 soiled by wrapping up meat refuse; or it can be said to be like the inside of the skin of a rotten jack fruit. It is the place where worms dwell seething in tangles: the thirty-two families of worms, such as round worms, boil-producing worms, “palm-splinter” worms, needle-mouthed worms, tape- worms, thread worms, and the rest.32 When there is no food and drink, etc., present, they leap up shrieking and pounce upon the heart’s flesh; and when food and drink, etc., are swallowed, they wait with uplifted mouths and scramble to snatch the first two or three lumps swallowed. It is these worms’ maternity home, privy, hospital and charnel ground. Comm. NT: 31. Maṃsaka-sambupali-veṭhana-kiliṭṭha-pāvāra-pupphaka-sadisa: this is rendered into Sinhalese by kuṇu mas kasaḷa velu porõnā kaḍek pup (“an...
Все комментарии (1)
Yattha seyyathāpi nāma caṇḍālagāmadvāre candanikāya nidāghasamaye thūlaphusitake deve vassante udakena vuyhamānaṃ muttakarīsacammaaṭṭhinhārukhaṇḍakheḷasiṅghāṇikālohitappabhutinānākuṇapajātaṃ nipatitvā kaddamodakāluḷitaṃ dvīhatīhaccayena sañjātakimikulaṃ sūriyātapasantāpavegakuthitaṃ upari pheṇapupphuḷake muñcantaṃ abhinīlavaṇṇaṃ paramaduggandhajegucchaṃ neva upagantuṃ, na daṭṭhuṃ araharūpataṃ āpajjitvā tiṭṭhati, pageva ghāyituṃ vā sāyituṃ vā, evameva nānappakāraṃ pānabhojanādidantamusalasañcuṇṇitaṃ jivhāhatthaparivattitakheḷalālāpalibuddhaṃ taṅkhaṇavigatavaṇṇagandharasādisampadaṃ tantavāyakhalisuvānavamathusadisaṃ nipatitvā pittasemhavātapaliveṭhitaṃ hutvā udaraggisantāpavegakuthitaṃ kimikulākulaṃ uparūpari pheṇapupphuḷakāni muñcantaṃ paramakasambuduggandhajegucchabhāvaṃ āpajjitvā tiṭṭhati. Just as when it has rained heavily in a time of drought and what has been carried by the water into the cesspit at the gate of an outcaste village—the various kinds of ordure33 such as urine, excrement, bits of hide and bones and sinews, as well as spittle, snot, blood, etc.—gets mixed up with the mud and water already collected there; and after two or three days the families of worms appear, and it ferments, warmed by the energy of the sun’s heat, frothing and bubbling on the top, quite black in colour, and so utterly stinking and loathsome that one can scarcely go near it or look at it, much less smell or taste it, so too, [the stomach is where] the assortment of food, drink, etc., falls after being pounded up by the tongue and stuck together with spittle and saliva, losing at that moment its virtues of colour, smell, taste, etc., and taking on the appearance of weavers’ paste and dogs’ vomit, then to get soused in the bile and phlegm and wind that have collected there, where it ferments with the energy of the stomach-fire’s heat, seethes with the families of worms, frothing and bubbling on the top, till it turns into utterly stinking nauseating muck, Comm. NT: 33. Kuṇapa—“ordure”; PED only gives the meaning “corpse,” which does not fit the meaning either here or, e.g., at XI.21, where the sense of ...
Все комментарии (1)
Yaṃ sutvāpi pānabhojanādīsu amanuññatā saṇṭhāti, pageva paññācakkhunā avaloketvā. even to hear about which takes away any appetite for food, drink, etc., let alone to see it with the eye of understanding.
Yattha ca patitaṃ pānabhojanādi pañcadhā vivekaṃ gacchati, ekaṃ bhāgaṃ pāṇakā khādanti, ekaṃ bhāgaṃ udaraggi jhāpeti, eko bhāgo muttaṃ hoti, eko bhāgo karīsaṃ, eko bhāgo rasabhāvaṃ āpajjitvā soṇitamaṃsādīni upabrūhayati. And when the food, drink, etc., fall into it, they get divided into five parts: the worms eat one part, the stomach-fire bums up another part, another part becomes urine, another part becomes excrement, and one part is turned into nourishment and sustains the blood, flesh and so on.
Paricchedato udarapaṭalena ceva udariyabhāgena ca paricchinnaṃ. 122. As to delimitation, it is bounded by the stomach lining and by what appertains to gorge …
Ayamassa sabhāgaparicchedo.
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
201.Karīsanti vaccaṃ. [Dung] 123. This is excrement.
Taṃ vaṇṇato yebhuyyena ajjhohaṭāhāravaṇṇameva hoti. As to colour, it is mostly the colour of eaten food.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of its location.
Disato heṭṭhimāya disāya jātaṃ. As to direction, it is in the lower direction.
Okāsato pakkāsaye ṭhitaṃ. As to location, it is to be found in the receptacle for digested food (rectum).
Pakkāsayo nāma heṭṭhānābhi-piṭṭhikaṇṭakamūlānaṃ antare antāvasāne ubbedhena aṭṭhaṅgulamatto veḷunāḷikasadiso, yattha seyyathāpi nāma upari bhūmibhāge patitaṃ vassodakaṃ ogaḷitvā heṭṭhā bhūmibhāgaṃ pūretvā tiṭṭhati, evameva yaṃkiñci āmāsaye patitaṃ pānabhojanādikaṃ udaragginā pheṇuddehakaṃ pakkaṃ pakkaṃ nisadāya pisitamiva saṇhabhāvaṃ āpajjitvā antabilena ogaḷitvā ogaḷitvā omadditvā veḷupabbe pakkhipamānapaṇḍumattikā viya sannicitaṃ hutvā tiṭṭhati. 124. The receptacle for digested food is the lowest part at the end of the bowel, between the navel and the root of the spine. It measures eight fingerbreadths in height and resembles a bamboo tube. Just as when rain water falls on a higher level it runs down to fill a lower level and stays there, so too, the receptacle for digested food is where any food, drink, etc., that have fallen into the receptacle for undigested food, have been continuously cooked and simmered by the stomach-fire, and have got as soft as though ground up on a stone, run down to through the cavities of the bowels, and it is pressed down there till it becomes impacted like brown clay pushed into a bamboo joint, and there it stays.
Paricchedato pakkāsayapaṭalena ceva karīsabhāgena ca paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. 125.As to delimitation, it is bounded by the receptacle for digested food and by what appertains to dung …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
202.Matthaluṅganti sīsakaṭāhabbhantare ṭhitamiñjarāsi. [Brain] 126. This is the lumps of marrow to be found inside the skull.
Taṃ vaṇṇato setaṃ ahicchattakapiṇḍavaṇṇaṃ. As to colour, it is white, the colour of the flesh of a toadstool;
Dadhibhāvaṃ asampattaṃ duṭṭhakhīravaṇṇantipi vattuṃ vaṭṭati. it can also be said that it is the colour of turned milk that has not yet become curd.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of its location.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, it belongs to the upper direction.
Okāsato sīsakaṭāhabbhantare cattāro sibbinimagge nissāya samodhānetvā ṭhapitā cattāro piṭṭhapiṇḍā viya samohitaṃ tiṭṭhati. As to location, it is to be found inside the skull, like four lumps of dough put together to correspond with the [skull’s] four sutured sections.
Paricchedato sīsakaṭāhassa abbhantaratalehi ceva matthaluṅgabhāgena ca paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by the skull’s inner surface and by what appertains to brain …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
203.Pittanti dve pittāni baddhapittañca abaddhapittañca. [Bile] 127. There are two kinds of bile: local bile and free bile.
Tattha baddhapittaṃ vaṇṇato bahalamadhukatelavaṇṇaṃ. Herein as to colour, the local bile is the colour of thick madhuka oil;
Abaddhapittaṃ milātaākulipupphavaṇṇaṃ. the free bile is the colour of faded ākulī flowers.
Saṇṭhānato ubhayampi okāsasaṇṭhānaṃ. As to shape, both are the shape of their location.
Disato baddhapittaṃ uparimāya disāya jātaṃ, itaraṃ dvīsu disāsu jātaṃ. As to direction, the local bile belongs to the upper direction; the other belongs to both directions.
Okāsato abaddhapittaṃ ṭhapetvā kesalomadantanakhānaṃ maṃsavinimuttaṭṭhānañceva thaddhasukkhacammañca udakamiva telabindu avasesasarīraṃ byāpetvā ṭhitaṃ, yamhi kupite akkhīni pītakāni honti, bhamanti, gattaṃ kampati, kaṇḍūyati. As to location, the free bile spreads, like a drop of oil on water, all over the body except for the fleshless parts of the head hairs, body hairs, teeth, nails, and the hard dry skin. When it is disturbed, the eyes become yellow and twitch, and there is shivering and itching34 of the body. Comm. NT: 34. Kaṇḍūyati—“to itch”: the verb is not in PED; see kaṇḍu.
Все комментарии (1)
Baddhapittaṃ hadayapapphāsānaṃ antare yakanamaṃsaṃ nissāya patiṭṭhite mahākosātakīkosakasadise pittakosake ṭhitaṃ, yamhi kupite sattā ummattakā honti, vipallatthacittā hirottappaṃ chaḍḍetvā akātabbaṃ karonti, abhāsitabbaṃ bhāsanti, acintitabbaṃ cintenti. The local bile is situated near the flesh of the liver between the heart and the lungs. It is to be found in the bile container (gall bladder), which is like a large kosātakī (loofah) gourd pip. When it is disturbed, beings go crazy and become demented, they throw off conscience and shame and do the undoable, speak the unspeakable, and think the unthinkable.
Paricchedato pittabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to bile …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
204.Semhanti sarīrabbhantare ekapatthapūrappamāṇaṃ semhaṃ. [Phlegm] 128. The phlegm is inside the body and it measures a bowlful.
Taṃ vaṇṇato setaṃ nāgabalāpaṇṇarasavaṇṇaṃ. As to colour, it is white, the colour of the juice of nāgabalā leaves.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of its location.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, it belongs to the upper direction.
Okāsato udarapaṭale ṭhitaṃ. As to location, it is to be found on the stomach’s surface.
Yaṃ pānabhojanādiajjhoharaṇakāle seyyathāpi nāma udake sevālapaṇakaṃ kaṭṭhe vā kathale vā patante chijjitvā dvidhā hutvā puna ajjhottharitvā tiṭṭhati, evameva pānabhojanādimhi nipatante chijjitvā dvidhā hutvā puna ajjhottharitvā tiṭṭhati, yamhi ca mandībhūte pakkagaṇḍo viya pūtikukkuṭaṇḍamiva ca udaraṃ paramajegucchaṃ kuṇapagandhaṃ hoti, tato uggatena ca gandhena uddekopi mukhampi duggandhaṃ pūtikuṇapasadisaṃ hoti. Just as duckweed and green scum on the surface of water divide when a stick or a potsherd is dropped into the water and then spread together again, so too, at the time of eating and drinking, etc., when the food, drink, etc., fall into the stomach, the phlegm divides and then spreads together again. And if it gets weak the stomach becomes utterly disgusting with a smell of ordure, like a ripe boil or a rotten hen’s egg, and then the belchings and the mouth reek with a stench like rotting ordure rising from the stomach,
So ca puriso apehi duggandhaṃ vāyasīti vattabbataṃ āpajjati, yañca vaḍḍhitvā bahalattamāpannaṃ pidhānaphalakamiva vaccakuṭiyaṃ udarapaṭalassa abbhantareyeva kuṇapagandhaṃ sannirumbhitvā tiṭṭhati. so that the man has to be told, “Go away, your breath smells.” But when it grows plentiful it holds the stench of ordure beneath the surface of the stomach, acting like the wooden lid of a privy.
Paricchedato semhabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to phlegm …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
205.Pubboti pūtilohitavasena pavattapubbaṃ. [Pus] 129. Pus is produced by decaying blood.
Taṃ vaṇṇato paṇḍupalāsavaṇṇo. As to colour, it is the colour of bleached leaves;
Matasarīre pana pūtibahalācāmavaṇṇo hoti. but in a dead body it is the colour of stale thickened gruel.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhāno. As to shape, it is the shape of its location.
Disato dvīsu disāsu hoti. As to direction, it belongs to both directions.
Okāsato pana pubbassa okāso nāma nibaddho natthi, yattha so sannicito tiṭṭheyya, yatra yatra khāṇukaṇṭakapaharaṇaggijālādīhi abhihate sarīrappadese lohitaṃ saṇṭhahitvā paccati, gaṇḍapīḷakādayo vā uppajjanti, tatra tatra tiṭṭhati. As to location, however, there is no fixed location for pus where it could be found stored up. Wherever blood stagnates and goes bad in some part of the body damaged by wounds with stumps and thorns, by burns with fire, etc., or where boils, carbuncles, etc., appear, it can be found there.
Paricchedato pubbabhāgena paricchinno, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to pus …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
206.Lohitanti dve lohitāni sannicitalohitañca saṃsaraṇalohitañca. [Blood] 130.There are two kinds of blood: stored blood and mobile blood.
Tattha sannicitalohitaṃ vaṇṇato nipakkabahalalākhārasavaṇṇaṃ. Herein, as to colour, stored blood is the colour of cooked and thickened lac solution;
Saṃsaraṇalohitaṃ acchalākhārasavaṇṇaṃ. mobile blood is the colour of clear lac solution.
Saṇṭhānato ubhayampi okāsasaṇṭhānaṃ. As to shape, both are the shape of their locations.
Disato sannicitalohitaṃ uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, the stored blood belongs to the upper direction;
Itaraṃ dvisu disāsu jātaṃ. the other belongs to both directions.
Okāsato saṃsaraṇalohitaṃ ṭhapetvā kesalomadantanakhānaṃ maṃsavinimuttaṭṭhānañceva thaddhasukkhacammañca dhamanijālānusārena sabbaṃ upādiṇṇasarīraṃ pharitvā ṭhitaṃ. As to location, except for the fleshless parts of the head hairs, body hairs, teeth, nails, and the hard dry skin, the mobile blood permeates the whole of the clung-to (kammically-acquired)35 body by following the network of veins. Comm. NT: 35. Upādiṇṇa—“clung-to”: see Ch. XIV, note 23.
Все комментарии (1)
Sannicitalohitaṃ yakanaṭṭhānassa heṭṭhābhāgaṃ pūretvā ekapatthapūramattaṃ hadayavakkapapphāsānaṃ upari thokaṃ thokaṃ paggharantaṃ vakkahadayayakanapapphāse temayamānaṃ ṭhitaṃ. The stored blood fills the lower part of the liver’s site to the extent of a bowlful, and by its splashing little by little over the heart, kidney and lungs, it keeps the kidney, heart, liver and lungs moist.
Tasmiṃ hi vakkahadayādīni atemente sattā pipāsitā honti. For it is when it fails to moisten the kidney, heart, etc., that beings become thirsty.
Paricchedato lohitabhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to blood …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
207.Sedoti lomakūpādīhi paggharaṇakaāpodhātu. [Sweat] 131. This is the water element that trickles from the pores of the body hairs, and so on.
So vaṇṇato vippasannatilatelavaṇṇo. As to colour, it is the colour of clear sesame oil.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhāno. As to shape, it is the shape of its location.
Disato dvīsu disāsu jāto. As to direction, it belongs to both directions.
Okāsato sedassokāso nāma nibaddho natthi, yattha so lohitaṃ viya sadā tiṭṭheyya. As to location, there is no fixed location for sweat where it could always be found like blood.
Yadā pana aggisantāpasūriyasantāpautuvikārādīhi sarīraṃ santapati, tadā udakato abbūḷhamattavisamacchinnabhisamuḷālakumudanāḷakalāpo viya sabbakesalomakūpavivarehi paggharati, tasmā tassa saṇṭhānampi kesalomakūpavivarānaññeva vasena veditabbaṃ. But if the body is heated by the heat of a fire, by the sun’s heat, by a change of temperature, etc., then it trickles from all the pore openings of the head hairs and body hairs, as water does from a bunch of unevenly cut lily-bud stems and lotus stalks pulled up from the water. So its shape should also be understood to correspond to the pore-openings of the head hairs and body hairs.
Sedapariggaṇhakena ca yoginā kesalomakūpavivare pūretvā ṭhitavaseneva sedo manasi kātabbo. And the meditator who discerns sweat should only give his attention to it as it is to be found filling the pore-openings of the head hairs and body hairs.
Paricchedato sedabhāgena paricchinno, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to sweat …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
Medoti thinasineho. [Fat] 132. This is a thick unguent.
So vaṇṇato phālitahaliddivaṇṇo. As to colour, it is the colour of sliced turmeric.
Saṇṭhānato thūlasarīrassa tāva cammamaṃsantare ṭhapitahaliddivaṇṇadukūlapilotikasaṇṭhāno hoti. As to shape, firstly in the body of a stout man it is the shape of turmeric-coloured dukūla (muslin) rags placed between the inner skin and the flesh.
Kisasarīrassa jaṅghamaṃsaṃ ūrumaṃsaṃ piṭṭhikaṇṭakanissitaṃ piṭṭhimaṃsaṃ udaravaṭṭimaṃsanti etāni nissāya diguṇatiguṇaṃ katvā ṭhapitahaliddivaṇṇadukūlapilotikasaṇṭhāno. In the body of a lean man it is the shape of turmeric-coloured dukūla (muslin) rags placed in two or three thicknesses on the shank flesh, thigh flesh, back flesh near the spine, and belly-covering flesh.
Disato dvīsu disāsu jāto. As to direction, it belongs to both directions.
Okāsato thūlassa sakalasarīraṃ pharitvā kisassa jaṅghamaṃsādīni nissāya ṭhito, yaṃ sinehasaṅkhaṃ gatampi paramajegucchattā neva muddhani telatthāya, na nāsatelādīnamatthāya gaṇhanti. As to location, it permeates the whole of a stout man’s body; it is to be found on a lean man’s shank flesh, and so on. And though it was described as “unguent” above, still it is neither used as oil on the head nor as oil for the nose, etc., because of its utter disgustingness.
Paricchedato heṭṭhā maṃsena, upari cammena, tiriyaṃ medabhāgena paricchinno, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded below by the flesh, above by the inner skin, and all round by what appertains to fat …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
208.Assūti akkhīhi paggharaṇakaāpodhātu. [Tears] 133. These are the water element that trickles from the eye.
Taṃ vaṇṇato vippasannatilatelavaṇṇaṃ. As to colour, they are the colour of clear sesame oil.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhānaṃ. As to shape, they are the shape of their location.
Disato uparimāya disāya jātaṃ. As to direction, they belong to the upper direction.
Okāsato akkhikūpakesu ṭhitaṃ. As to location, they are to be found in the eye sockets.
Na cetaṃ pittakosake pittamiva akkhikūpakesu sadā sannicitaṃ tiṭṭhati. But they are not stored in the eye sockets all the while as the bile is in the bile container.
Yadā pana sattā somanassajātā mahāhasitaṃ hasanti, domanassajātā rodanti paridevanti, tathārūpaṃ vā visamāhāraṃ āhārenti, yadā ca nesaṃ akkhīni dhūmarajapaṃsukādīhi abhihaññanti. But when beings feel joy and laugh uproariously, or feel grief and weep and lament, or eat particular kinds of wrong food, or when their eyes are affected by smoke, dust, dirt, etc.,
Tadā etehi somanassadomanassavisabhāgāhārautūhi samuṭṭhahitvā akkhikūpake pūretvā tiṭṭhati vā paggharati vā. then being originated by the joy, grief, wrong food, or temperature, they fill up the eye sockets or trickle out.
Assupariggaṇhakena ca yoginā akkhikūpake pūretvā ṭhitavaseneva pariggaṇhitabbaṃ. And the meditator who discerns tears should discern them only as they are to be found filling the eye sockets.
Paricchedato assubhāgena paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, they are bounded by what appertains to tears …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
209.Vasāti vilīnasineho. [Grease] 134. This is a melted unguent.
Sā vaṇṇato nāḷikeratelavaṇṇā. As to colour, it is the colour of coconut oil.
Ācāme āsittatelavaṇṇātipi vattuṃ vaṭṭati. Also it can be said to be the colour of oil sprinkled on gruel.
Saṇṭhānato nhānakāle pasannaudakassa upari paribbhamantasinehabinduvisaṭasaṇṭhānā. As to shape, it is a film the shape of a drop of unguent spread out over still water at the time of bathing.
Disato dvīsu disāsu jātā. As to direction, it belongs to both directions.
Okāsato yebhuyyena hatthatalahatthapiṭṭhipādatalapādapiṭṭhināsapuṭanalāṭaaṃsakūṭesu ṭhitā. As to location, it is to be found mostly on the palms of the hands, backs of the hands, soles of the feet, backs of the feet, tip of the nose, forehead, and points of the shoulders.
Na cesā etesu okāsesu sadā vilīnāva hutvā tiṭṭhati. And it is not always to be found in the melted state in these locations,
Yadā pana aggisantāpasūriyasantāpautuvisabhāgadhātuvisabhāgehi te padesā usmājātā honti, tadā tattha nhānakāle pasannaudakūpari sinehabinduvisaṭo viya ito cito ca sañcarati. but when these parts get hot with the heat of a fire, the sun’s heat, upset of temperature or upset of elements, then it spreads here and there in those places like the film from the drop of unguent on the still water at the time of bathing.
Paricchedato vasābhāgena paricchinnā, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to grease …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisoyeva.
210.Kheḷoti antomukhe pheṇamissā āpodhātu. [Spittle] 135. This is water element mixed with froth inside the mouth.
So vaṇṇato seto pheṇavaṇṇo. As to colour, it is white, the colour of the froth.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhāno. As to shape, it is the shape of its location,
Pheṇasaṇṭhānotipi vattuṃ vaṭṭati. or it can be called “the shape of froth.”
Disato uparimāya disāya jāto. As to direction, it belongs to the upper direction.
Okāsato ubhohi kapolapassehi oruyha jivhāya ṭhito. As to location, it is to be found on the tongue after it has descended from the cheeks on both sides.
Na cesa ettha sadā sannicito hutvā tiṭṭhati. And it is not always to be found stored there;
Yadā pana sattā tathārūpamāhāraṃ passanti vā saranti vā, uṇhatittakaṭukaloṇambilānaṃ vā kiñci mukhe ṭhapenti, yadā vā nesaṃ hadayaṃ āgilāyati, kismiñci deva vā jigucchā uppajjati, tadā kheḷo uppajjitvā ubhohi kapolapassehi oruyha jivhāya saṇṭhāti. but when beings see particular kinds of food, or remember them, or put something hot or bitter or sharp or salty or sour into their mouths, or when their hearts are faint, or nausea arises on some account, then spittle appears and runs down from the cheeks on both sides to settle on the tongue.
Aggajivhāya cesa tanuko hoti, mūlajivhāya bahalo, mukhe pakkhittañca puthukaṃ vā taṇḍulaṃ vā aññaṃ vā kiñci khādanīyaṃ nadīpuline khatakūpakasalilaṃ viya parikkhayaṃ agacchantova temetuṃ samattho hoti. It is thin at the tip of the tongue, and thick at the root of the tongue. It is capable, without getting used up, of wetting unhusked rice or husked rice or anything else chewable that is put into the mouth, like the water in a pit scooped out in a river sand bank.
Paricchedato kheḷabhāgena paricchinno, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to spittle …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisova.
211.Siṅghāṇikāti matthaluṅgato paggharaṇakaasuci. [Snot] 136. This is impurity that trickles out from the brain. Из мозга... хи!
Все комментарии (1)
Sā vaṇṇato taruṇatālaṭṭhimiñjavaṇṇā. As to colour, it is the colour of a young palmyra kernel.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhānā. As to shape, it is the shape of its location.
Disato uparimāya disāya jātā. As to direction, it belongs to the upper direction.
Okāsato nāsāpuṭe pūretvā ṭhitā. As to location, it is to be found filling the nostril cavities.
Na cesā ettha sadā sannicitā hutvā tiṭṭhati, atha kho yathā nāma puriso paduminipatte dadhiṃ bandhitvā heṭṭhā kaṇṭakena vijjheyya, athānena chiddena dadhimuttaṃ gaḷitvā bahi pateyya, evameva yadā sattā rodanti, visabhāgāhārautuvasena vā sañjātadhātukhobhā honti, tadā anto sīsato pūtisemhabhāvamāpannaṃ matthaluṅgaṃ gaḷitvā tālumatthakavivarena otaritvā nāsāpuṭe pūretvā tiṭṭhati vā paggharati vā. And it is not always to be found stored there; but rather, just as though a man tied up curd in a lotus leaf, which he then pricked with a thorn underneath, and whey oozed out and dripped, so too, when beings weep or suffer a disturbance of elements produced by wrong food or temperature, then the brain inside the head turns into stale phlegm, and it oozes out and comes down by an opening in the palate, and it fills the nostrils and stays there or trickles out.
Siṅghāṇikā pariggaṇhakena ca yoginā nāsāpuṭe pūretvā ṭhitavaseneva pariggaṇhitabbā. And the meditator who discerns snot should discern it only as it is to be found filling the nostril cavities.
Paricchedato siṅghāṇikābhāgena paricchinnā, ayamassā sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to snot …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisova.
212.Lasikāti sarīrasandhīnaṃ abbhantare picchilakuṇapaṃ. [Oil of the Joints] 137. This is the slimy ordure inside the joints in the body.
Sā vaṇṇato kaṇikāraniyyāsavaṇṇā. As to colour, it is the colour of kaṇikāra gum.
Saṇṭhānato okāsasaṇṭhānā. As to shape, it is the shape of its location.
Disato dvīsu disāsu jātā. As to direction, it belongs to both directions.
Okāsato aṭṭhisandhīnaṃ abbhañjanakiccaṃ sādhayamānā asītisatasandhīnaṃ abbhantare ṭhitā. As to location, it is to be found inside the hundred and eighty joints, serving the function of lubricating the bones’ joints.
Yassa cesā mandā hoti, tassa uṭṭhahantassa nisīdantassa abhikkamantassa paṭikkamantassa samiñjantassa pasārentassa aṭṭhikāni kaṭakaṭāyanti, accharāsaddaṃ karonto viya sañcarati. If it is weak, when a man gets up or sits down, moves forward or backward, bends or stretches, then his bones creak, and he goes about making a noise like the snapping of fingers,
Ekayojanadviyojanamattaṃ addhānaṃ gatassa vāyodhātu kuppati, gattāni dukkhanti. and when he has walked only one or two leagues’ distance, his air element gets upset and his limbs pain him.
Yassa pana bahukā honti, tassa uṭṭhānanisajjādīsu na aṭṭhīni kaṭakaṭāyanti, dīghampi addhānaṃ gatassa na vāyodhātu kuppati, na gattāni dukkhanti. But if a man has plenty of it, his bones do not creak when he gets up, sits down, etc., and even when he has walked a long distance, his air element does not get upset and his limbs do not pain him.
Paricchedato lasikābhāgena paricchinnā, ayamassā sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is bounded by what appertains to oil of the joints …
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisova.
213.Muttanti muttarasaṃ. [Urine] 138. This is the urine solution.
Taṃ vaṇṇato māsakhārodakavaṇṇaṃ. As to colour, it is the colour of bean brine.
Saṇṭhānato adhomukhaṭṭhapitaudakakumbhaabbhantaragataudakasaṇṭhānaṃ. As to shape, it is the shape of water inside a water pot placed upside down.
Disato heṭṭhimāya disāya jātaṃ. As to direction, it belongs to the lower direction.
Okāsato vatthissa abbhantare ṭhitaṃ. As to location, it is to be found inside the bladder.
Vatthi nāma vatthi puṭo vuccati. For the bladder sack is called the bladder.
Yattha seyyathāpi candanikāya pakkhitte amukhe ravaṇaghaṭe candanikāraso pavisati, na cassa pavisanamaggo paññāyati, evameva sarīrato muttaṃ pavisati, na cassa pavisanamaggo paññāyati, nikkhamanamaggo pana pākaṭo hoti. Just as when a porous pot with no mouth is put into a cesspool, then the solution from the cesspool gets into the porous pot with no mouth even though no way of entry is evident, so too, while the urinary secretion from the body enters the bladder its way of entry is not evident. Its way of exit, however, is evident.
Yamhi ca muttassa bharite passāvaṃ karomāti sattānaṃ āyūhanaṃ hoti. And when the bladder is full of urine, beings feel the need to make water.
Paricchedato vatthiabbhantarena ceva muttabhāgena ca paricchinnaṃ, ayamassa sabhāgaparicchedo. As to delimitation, it is delimited by the inside of the bladder and by what is similar to urine. This is the delimitation by the similar.
Visabhāgaparicchedo pana kesasadisova. But its delimitation by the dissimilar is like that for the head hairs (see note at end of §90).
214.Evañhi kesādike koṭṭhāse vaṇṇasaṇṭhānadisokāsaparicchedavasena vavatthapetvā anupubbato nātisīghatotiādinā nayena vaṇṇasaṇṭhānagandhāsayokāsavasena pañcadhā paṭikkūlā paṭikkūlāti manasikaroto paṇṇattisamatikkamāvasāne seyyathāpi cakkhumato purisassa dvattiṃsavaṇṇānaṃ kusumānaṃ ekasuttakaganthitaṃ mālaṃ olokentassa sabbapupphāni apubbāpariyamiva pākaṭāni honti, evameva atthi imasmiṃ kāye kesāti imaṃ kāyaṃ olokentassa sabbe te dhammā apubbāpariyāva pākaṭā honti. [The Arising of Absorption] 139. When the meditator has defined the parts beginning with the head hairs in this way by colour, shape, direction, location and delimitation (§58), and he gives his attention in the ways beginning with “following the order, not too quickly” (§61) to their repulsiveness in the five aspects of colour, shape, smell, habitat, and location (§84f.), then at last he surmounts the concept (§66). Then just as when a man with good sight is observing a garland of flowers of thirty- two colours knotted on a single string and all the flowers become evident to him simultaneously, so too, when the meditator observes this body thus, “There are in this body head hairs,” then all these things become evident to him, as it were, simultaneously. Когда практикующий определил части тела начиная с волос головы таким образом по параметрам цвета, формы, направления, места и границ, и он направляет внимание тем способом, начинающимся с "следуя порядку, не слишком быстро" к их отвратительности в пяти аспектах (цвет, форма, запах, обитание и место), то он наконец выходит за пределы концепции. Затем как человек с хорошим зрением наблюдает гирлянду цветов из 32 цветов, нанизанных на одну нить и все цветы становятся видны ему одновременно, так и когда практикующий наблюдает это тело таким образом "в этом теле волосы тела", то все эти вещи становятся очевидны ему как они есть одновременно.
Tena vuttaṃ manasikārakosallakathāyaṃ "ādikammikassa hi kesāti manasikaroto manasikāro gantvā muttanti imaṃ pariyosānakoṭṭhāsameva āhacca tiṭṭhatī"ti. Hence it was said above in the explanation of skill in giving attention: “For when a beginner gives his attention to head hairs, his attention carries on till it arrives at the last part, that is, urine, and stops there” (§67). Поэтому выше в навыке направления внимания было сказано: "Потому что когда начинающий направляет внимание на волосы головы, его внимание затем продолжается до момента, когда оно останавливается на последней части, т.е. моче".
Sace pana bahiddhāpi manasikāraṃ upasaṃharati, athassa evaṃ sabbakoṭṭhāsesu pākaṭībhūtesu āhiṇḍantā manussatiracchānādayo sattākāraṃ vijahitvā koṭṭhāsarāsivaseneva upaṭṭhahanti, tehi ca ajjhohariyamānaṃ pānabhojanādi koṭṭhāsarāsimhi pakkhipamānamiva upaṭṭhāti. 140. If he applies his attention externally as well when all the parts have become evident in this way, then human beings, animals, etc., as they go about are divested of their aspect of beings and appear as just assemblages of parts. And when drink, food, etc., is being swallowed by them, it appears as though it were being put in among the assemblage of parts. Если он направляет внимание также и вовне, когда все части стали таким образом очевидны, то с проходящих поблизости людей, животных и проч. срывается пелена аспекта существ и они выглядят просто как собрание частей. А когда они поглощают напитки, еду и прочее, оно выглядит как будто это всё помещают в собрание частей.
Athassa anupubbamuñcanādivasena paṭikkūlā paṭikkūlāti punappunaṃ manasikaroto anukkamena appanā uppajjati. 141. Then, as he gives his attention to them again and again as “Repulsive, repulsive,” employing the process of “successive leaving,” etc. (§67), eventually absorption arises in him. Затем, по мере того как он снова и снова направляет на них внимание мыслями "отвратительные, отвратительные", с использованием процесса "последовательного оставления", со временем в нём возникает поглощённость.
Tattha kesādīnaṃ vaṇṇasaṇṭhānadisokāsaparicchedavasena upaṭṭhānaṃ uggahanimittaṃ. Herein, the appearance of the head hairs, etc., as to colour, shape, direction, location, and delimitation is the learning sign; Здесь вид волос головы и прочее в части цвета, формы, направления, места и границ является представлением обучения,
Sabbākārato paṭikkūlavasena upaṭṭhānaṃ paṭibhāganimittaṃ. their appearance as repulsive in all aspects is the counterpart sign. а их представление как отвратительных во всех аспектах является представлением-двойником.
Taṃ āsevato bhāvayato vuttanayena asubhakammaṭṭhānesu viya paṭhamajjhānavaseneva appanā uppajjati. As he cultivates and develops that counterpart sign, absorption arises in him, but only of the first jhāna, in the same way as described under foulness as a meditation subject (VI.64f.). По мере развития и совершенствования представления-двойника в нём развивается поглощённость, но только первой джханы, таким же образом как описывается в 6 главе, где рассматривается непривлекательность в качестве предмета медитации.
Sā yassa ekova koṭṭhāso pākaṭo hoti, ekasmiṃ vā koṭṭhāse appanaṃ patvā puna aññasmiṃ yogaṃ na karoti, tassa ekāva uppajjati. And it arises singly in one to whom only one part has become evident, or who has reached absorption in one part and makes no further effort about another. И он появляется однократно у того, у кого только одна часть тела стала очевидной или у того, кто достиг поглощённости на одной части тела и не прилагает усилий на других.
Yassa pana aneke koṭṭhāsā pākaṭā honti, ekasmiṃ vā jhānaṃ patvā puna aññasmiṃpi yogaṃ karoti, tassa mallakattherassa viya koṭṭhāsagaṇanāya paṭhamajjhānāni nibbattanti. 142. But several first jhānas, according to the number of parts, are produced in one to whom several parts have become evident, or who has reached jhāna in one and also makes further effort about another. As in the case of the Elder Mallaka. Но несколько первых уровней поглощённости в соответствии с количеством частей тела, возникают у тех, у кого стали очевидными несколько частей или кто достиг поглощённости в одной и также прилагает дополнительные усилия в отношении другой. Как было в случае монаха Маллаки.
So kirāyasmā dīghabhāṇakaabhayattheraṃ hatthe gahetvā "āvuso abhaya, imaṃ tāva pañhaṃ uggaṇhāhī"ti vatvā āha – "mallakatthero dvattiṃsakoṭṭhāsesu dvattiṃsāya paṭhamajjhānānaṃ lābhī. The elder, it seems, took the Elder Abhaya, the Dīgha reciter, by the hand,36 and after saying “Friend Abhaya, first learn this matter,” he went on: “The Elder Mallaka is an obtainer of thirty-two jhānas in the thirty-two parts. Этот монах взял за руку монаха Абхаю, который был одним из декламаторов Дигха Никаи, и сказав "Друг Абхая, сначала изучите этот вопрос", он продолжил: "Монах Маллака - обладатель 32 поглощённостей в 32 частях тела. Comm. NT: 36. Reference is sometimes made to the “hand-grasping question” (hattha-gahaka pañhā). It may be to this; but there is another mentioned at ...
Все комментарии (1)
Sace rattiṃ ekaṃ, divā ekaṃ samāpajjati, atirekaddhamāsena puna sampajjati, sace pana devasikaṃ ekaṃ samāpajjati, atirekamāsena puna sampajjatī"ti. If he enters upon one by night and one by day, he goes on entering upon them for over a fortnight; but if he enters upon one each day, he goes on entering upon them for over a month.” Если он входит в одну поглощённость ночью и в одну днём, он продолжает входить в них в течение двух недель, но если он входит в одну из них каждый день, он продолжает входить в них в течение месяца."
Evaṃ paṭhamajjhānavasena ijjhamānampi cetaṃ kammaṭṭhānaṃ vaṇṇasaṇṭhānādīsu satibalena ijjhanato kāyagatāsatīti vuccati. 143. And although this meditation is successful in this way with the first jhāna, it is nevertheless called “mindfulness occupied with the body” because it is successful through the influence of the mindfulness of the colour, shape, and so on. И хотя эта медитация успешна таким образом с первой поглощённостью, она всё равно называется "памятованием, направленным на тело", потому что она успешна благодаря влиянию памятования о цвете, форме и прочем.
Imañca kāyagatāsatimanuyutto bhikkhu aratiratisaho hoti, na ca naṃ arati sahati, uppannaṃ aratiṃ abhibhuyya abhibhuyya viharati. 144. And the bhikkhu who is devoted to this mindfulness occupied with the body “is a conqueror of boredom and delight, and boredom does not conquer him; he dwells transcending boredom as it arises. А монах, приверженный этому памятованию, направленному на тело, является "победителем скуки и наслаждения и скука не одолевает его. Он живёт преодолевая скуку когда она возникает.
Bhayabheravasaho hoti, na ca naṃ bhayabheravaṃ sahati, uppannaṃ bhayabheravaṃ abhibhuyya abhibhuyya viharati. He is a conqueror of fear and dread, and fear and dread do not conquer him; he dwells transcending fear and dread as they arise. Он победитель страха и ужаса, а страх и ужас не одолевают его. Он живёт, преодолевая страх и ужас, когда они возникают.
Khamo hoti sītassa uṇhassa - pe - pāṇaharānaṃ adhivāsakajātiko hoti (ma. ni. 3.159). He is one who bears cold and heat … who endures … arisen bodily feelings that are … menacing to life” (M III 97); Он из тех, кто терпит холод и жару... кто переносит... возникшие телесные ощущения, которые... опасны для жизни. Comm. NT: 37. The allusion seems to be to the bases of mastery (abhibhāyatana—or better, bases for transcendence); see M II l3 and M-a III 257f.; but ...
Все комментарии (1)
Kesādīnaṃ vaṇṇabhedaṃ nissāya catunnaṃ jhānānaṃ lābhī hoti. he becomes an obtainer of the four jhānas based on the colour aspect of the head hairs,37 etc.; Он становится обладателем четырёх поглощённостей, основанных на аспекте цвета волос головы,
Cha abhiññā paṭivijjhati (ma. ni. 3.159). and he comes to penetrate the six kinds of direct-knowledge (see MN 6). и он осуществляет шесть видов сверхзнания"
Tasmā have appamatto, anuyuñjetha paṇḍito; So let a man, if he is wise, Untiringly devote his days И пусть тот муж, коли он мудр Безустанно дни свои проводит
Evaṃ anekānisaṃsaṃ, imaṃ kāyagatāsatinti. To mindfulness of body which Rewards him in so many ways. Памятованию о теле посвящая Что награждает его многообразно.
Idaṃ kāyagatāsatiyaṃ vitthārakathāmukhaṃ. This is the section dealing with mindfulness occupied with the body in the detailed treatise.

Памятование о дыхании Таблица Палийский оригинал

215.Idāni yaṃ taṃ bhagavatā "ayampi kho, bhikkhave, ānāpānassatisamādhi bhāvito bahulīkato santo ceva paṇīto ca asecanako ca sukho ca vihāro, uppannuppanne ca pāpake akusale dhamme ṭhānaso antaradhāpeti vūpasametī"ti evaṃ pasaṃsitvā – It has been recommended by the Blessed One thus: “And, bhikkhus, this concentration through mindfulness of breathing, when developed and practiced much, is both peaceful and sublime, it is an unadulterated blissful abiding, and it banishes at once and stills evil unprofitable thoughts as soon as they arise” (S V 321; Vin III 70). Благословенный восхвалял его так: "Монахи, эта собранность ума при памятовании о дыхании, когда её развивают и много практикуют, является умиротворённой и возвышенной, это непорочное счастливое местопребывание и оно сразу изгоняет дурные неблаготворные виды (умственного) поведения как только они возникают".
"Kathaṃ bhāvito ca, bhikkhave, ānāpānassatisamādhi kathaṃ bahulīkato santo ceva paṇīto ca asecanako ca sukho ca vihāro, uppannuppanne ca pāpake akusale dhamme ṭhānaso antaradhāpeti vūpasameti? It has been described by the Blessed One as having sixteen bases thus: “And how developed, bhikkhus, how practiced much, is concentration through mindfulness of breathing both peaceful and sublime, an unadulterated blissful abiding, banishing at once and stilling evil unprofitable thoughts as soon as they arise?
Idha, bhikkhave, bhikkhu araññagato vā rukkhamūlagato vā suññāgāragato vā nisīdati pallaṅkaṃ ābhujitvā ujuṃ kāyaṃ paṇidhāya parimukhaṃ satiṃ upaṭṭhapetvā, so satova assasati sato passasati. “Here, bhikkhus, a bhikkhu, gone to the forest or to the root of a tree or to an empty place, sits down; having folded his legs crosswise, set his body erect, established mindfulness in front of him, [267] ever mindful he breathes in, mindful he breathes out.
Dīghaṃ vā assasanto dīghaṃ assasāmīti pajānāti. “(i) Breathing in long, he knows: ‘I breathe in long;’ or breathing out long, he knows: ‘I breathe out long.
Dīghaṃ vā passasanto - pe - rassaṃ vā assasanto - pe - rassaṃ vā passasanto rassaṃ passasāmīti pajānāti. ’ (ii) Breathing in short, he knows: ‘I breathe in short;’ or breathing out short, he knows: ‘I breathe out short.
Sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmīti sikkhati. ’ (iii) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing the whole body;’
Sabbakāyapaṭisaṃvedī passasissāmīti sikkhati. he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing the whole body.’
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti sikkhati. (iv) He trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ passasissāmīti sikkhati. he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation.’
Pītipaṭisaṃvedī… sukhapaṭisaṃvedī… cittasaṅkhārapaṭisaṃvedī… passambhayaṃ cittasaṅkhāraṃ… cittapaṭisaṃvedī… abhippamodayaṃ cittaṃ… samādahaṃ cittaṃ… vimocayaṃ cittaṃ … aniccānupassī… virāgānupassī… nirodhānupassī. “(v) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing happiness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing happiness. ’ (vi) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing bliss;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing bliss. ’ (vii) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing the mental formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing the mental formation. ’ (viii) He trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the mental formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the mental formation. ’ “(ix) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing the [manner of] consciousness. ’ (x) He trains thus: ‘I shall breathe in gladdening the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out gladdening the [manner of] consciousness. ’ (xi) He trains thus: ‘I shall breathe in concentrating the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out concentrating the [manner of] consciousness. ’ (xii) He trains thus: ‘I shall breathe in liberating the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out liberating the [manner of] consciousness. ’ “(xiii) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating impermanence;’ he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating impermanence. ’ (xiv) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating fading away;’ he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating fading away. ’ (xv) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating cessation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating cessation.
Paṭinissaggānupassī assasissāmīti sikkhati. ’ (xvi) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating relinquishment;’
Paṭinissaggānupassī passasissāmīti sikkhatī"ti – he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating relinquishment’ (S V 321–22).
Evaṃ soḷasavatthukaṃ ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ niddiṭṭhaṃ.
Tassa bhāvanānayo anuppatto. 146. The description [of development] is complete in all respects,
So pana yasmā pāḷivaṇṇanānusāreneva vuccamāno sabbākāraparipūro hoti. however, only if it is given in due course after a commentary on the text.
Tasmā ayamettha pāḷivaṇṇanāpubbaṅgamo niddeso. So it is given here (§186) introduced by a commentary on the [first part of the] text.
216.Kathaṃ bhāvito ca, bhikkhave, ānāpānassati samādhīti ettha tāva kathanti ānāpānassatisamādhibhāvanaṃ nānappakārato vitthāretukamyatāpucchā. And how developed, bhikkhus, how practiced much, is concentration through mindfulness of breathing: here in the first place how is a question showing desire to explain in detail the development of concentration through mindfulness of breathing in its various forms.
Bhāvito ca bhikkhave ānāpānassatisamādhīti nānappakārato vitthāretukamyatāya puṭṭhadhammanidassanaṃ. Developed, bhikkhus, … is concentration through mindfulness of breathing: this shows the thing that is being asked about out of desire to explain it in its various forms.
Kathaṃ bahulīkato - pe - vūpasametīti etthāpi eseva nayo. How practiced much … as soon as they arise?: here too the same explanation applies.
Tattha bhāvitoti uppādito vaḍḍhito vā. 147. Herein, developed means aroused or increased, Здесь развитие означает зарождение или увеличение.
Ānāpānassatisamādhīti ānāpānapariggāhikāya satiyā saddhiṃ sampayutto samādhi. concentration through mindfulness of breathing (lit. “breathing-mindfulness concentration”) is either concentration associated with mindfulness that discerns breathing, Собранность ума через памятование о дыхании является или собранностью связанной с памятованием, которое постигает дыхание
Ānāpānassatiyaṃ vā samādhi ānāpānassatisamādhi. or it is concentration on mindfulness of breathing. либо это собирание ума на памятовании о дыхании.
Bahulīkatoti punappunaṃ kato. Practiced much: practiced again and again. "Много практикуют" - практикуют снова и снова.
Santoceva paṇīto cāti santo ceva paṇīto ceva. 148. Both peaceful and sublime (santo c’ eva paṇīto ca): it is peaceful in both ways and sublime in both ways;
Ubhayattha eva saddena niyamo veditabbo. the two words should each be understood as governed by the word “both” (eva).
Kiṃ vuttaṃ hoti? What is meant?
Ayañhi yathā asubhakammaṭṭhānaṃ kevalaṃ paṭivedhavasena santañca paṇītañca, oḷārikārammaṇattā pana paṭikkūlārammaṇattā ca ārammaṇavasena neva santaṃ na paṇītaṃ, na evaṃ kenaci pariyāyena asanto vā apaṇīto vā, atha kho ārammaṇasantatāyapi santo vūpasanto nibbuto, paṭivedhasaṅkhātaaṅgasantatāyapi. Unlike foulness, which as a meditation subject is peaceful and sublime only by penetration, but is neither (n’ eva) peaceful nor sublime in its object since its object [in the learning stage] is gross, and [after that] its object is repulsiveness—unlike that, this is not unpeaceful or unsublime in any way, but on the contrary it is peaceful, stilled and quiet both on account of the peacefulness of its object and on account of the peacefulness of that one of its factors called penetration.
Ārammaṇapaṇītatāyapi paṇīto atittikaro, aṅgapaṇītatāyapīti. And it is sublime, something one cannot have enough of, both on account of the sublimeness of its object and on [268] account of the sublimeness of the aforesaid factor.
Tena vuttaṃ "santo ceva paṇīto cā"ti. Hence it is called “both peaceful and sublime.”
Asecanako ca sukho ca vihāroti ettha pana nāssa secananti asecanako, anāsittako abbokiṇṇo pāṭiyekko āveṇiko. 149. It is an unadulterated blissful abiding: it has no adulteration, thus it is unadulterated; it is unalloyed, unmixed, particular, special.
Natthi ettha parikammena vā upacārena vā santatā. Here it is not a question of peacefulness to be reached through preliminary work [as with the kasiṇas] or through access [as with foulness, for instance].
Ādisamannāhārato pabhuti attano sabhāveneva santo ca paṇīto cāti attho. It is peaceful and sublime in its own individual essence too starting with the very first attention given to it.
Keci pana asecanakoti anāsittako ojavanto sabhāveneva madhuroti vadanti. But some38 say that it is “unadulterated” because it is unalloyed, possessed of nutritive value and sweet in its individual essence too. Comm. NT: 38.
Все комментарии (1)
Evaṃ ayaṃ asecanako ca, appitappitakkhaṇe kāyikacetasikasukhapaṭilābhāya saṃvattanato sukho ca vihāroti veditabbo. So it should be understood to be “unadulterated” and a “blissful abiding” since it leads to the obtaining of bodily and mental bliss with every moment of absorption.
Uppannuppanneti avikkhambhite avikkhambhite. 150. As soon as they arise: whenever they are not suppressed.
Pāpaketi lāmake. Evil: bad.
Akusale dhammeti akosallasambhūte dhamme. Unprofitable (akusala) thoughts: thoughts produced by unskilfulness (akosalla).
Ṭhānaso antaradhāpetīti khaṇeneva antaradhāpeti vikkhambheti. It banishes at once: it banishes, suppresses, at that very moment.
Vūpasametīti suṭṭhu upasameti. Stills (vūpasameti): it thoroughly calms (suṭṭhu upasameti);
Nibbedhabhāgiyattā vā anupubbena ariyamaggavuddhippatto samucchindati, paṭippassambhetīti vuttaṃ hoti. or else, when eventually brought to fulfilment by the noble path, it cuts off, because of partaking of penetration; it tranquilizes, is what is meant.
Ayaṃ panettha saṅkhepattho. 151. In brief, however, the meaning here is this: Однако краткое объяснение следующее.
Bhikkhave, kena pakārena kenākārena kena vidhinā bhāvito ānāpānassatisamādhi kena pakārena bahulīkato santo ceva - pe - vūpasametīti. “Bhikkhus, in what way, in what manner, by what system, is concentration through mindfulness of breathing developed, in what way is it practiced much, that it is both peaceful … as soon as they arise?” "Монахи, каким образом, в какой манере, посредством какой системы развивается собранность ума с помощью памятования о дыхании, каким образом оно много практикуется, что становится умиротворённым... как только они появляются?"
217.Idāni tamatthaṃ vitthārento "idha, bhikkhave"tiādimāha. 152. He now said, “Here, bhikkhus,” etc., giving the meaning of that in detail. Далее он сказал: "Здесь, монахи..." и т.д. объясняя смысл этого подробно.
Tattha idha bhikkhave bhikkhūti bhikkhave, imasmiṃ sāsane bhikkhu. Herein, here, bhikkhus, a bhikkhu means: bhikkhus, in this dispensation a bhikkhu. "Здесь, монахи" означает "монахи, в этой системе монах..." фрагмент переведён тут https://tipitaka.theravada.su/node/table/19296
Все комментарии (1)
Ayañhi ettha idhasaddo sabbappakāraānāpānassatisamādhinibbattakassa puggalassa sannissayabhūtasāsanaparidīpano aññasāsanassa tathābhāvapaṭisedhano ca. For this word here signifies the [Buddha’s] dispensation as the prerequisite for a person to produce concentration through mindfulness of breathing in all its modes,39 and it denies that such a state exists in any other dispensation. Слово "здесь" означает систему Будды как необходимое условие для человека, желающего породить собранность ума с помощью памятования о дыхании во всех его видах и оно отрицает существование подобного состояния в какой-либо другой системе обучения. Comm. NT: 39.
Все комментарии (1)
Vuttañhetaṃ – idheva, bhikkhave, samaṇo - pe - suññā parappavādā samaṇebhi aññehī"ti (ma. ni. 1.139). For this is said: “Bhikkhus, only here is there an ascetic, here a second ascetic, here a third ascetic, here a fourth ascetic; other dispensations are devoid of ascetics” (M I 63; A II 238).40 Ведь сказано: "Монахи, только здесь есть первый отшельник... другие системы практики лишены отшельников". Comm. NT: 40. “‘The ascetic’ is a stream-enterer, the ‘second ascetic’ is a once-returner, the ‘third ascetic’ is a non-returner, the ‘fourth ascetic’...
Все комментарии (1)
Tena vuttaṃ "imasmiṃ sāsane bhikkhū"ti. That is why it was said above “in this dispensation a bhikkhu.”
Araññagato vā - pe - suññāgāragato vāti idamassa ānāpānassatisamādhibhāvanānurūpasenāsanapariggahaparidīpanaṃ. 153. Gone to the forest … or to an empty place: this signifies that he has found an abode favourable to the development of concentration through mindfulness of breathing. Уходит в лес ... в пустое место (жилище): это означает, что он нашёл местопребывание, подходящее для развития собранности ума с помощью памятования о дыхании.
Imassa hi bhikkhuno dīgharattaṃ rūpādīsu ārammaṇesu anuvisaṭaṃ cittaṃ ānāpānassatisamādhiārammaṇaṃ abhiruhituṃ na icchati, kūṭagoṇayuttaratho viya uppathameva dhāvati. For this bhikkhu’s mind has long been dissipated among visible data, etc., as its object, and it does not want to mount the object of concentration- through-mindfulness-of-breathing; it runs off the track like a chariot harnessed to a wild ox.41 Ведь ум этого монаха длительное время был рассеян среди образного и других опор и не желает оседлать предмет собирания ума через памятование о дыхании. Подобно дикому быку, запряжённому в повозку, убегает прочь с дороги. Comm. NT: 41. Kūṭa—“wild”: PED, this ref. gives “useless,” which misses the point. Cf. M-a II 82; IV 198.
Все комментарии (1)
Tasmā seyyathāpi nāma gopo kūṭadhenuyā sabbaṃ khīraṃ pivitvā vaḍḍhitaṃ kūṭavacchaṃ dametukāmo dhenuto apanetvā ekamante mahantaṃ thambhaṃ nikhaṇitvā tattha yottena bandheyya, athassa so vaccho ito cito ca vipphanditvā palāyituṃ asakkonto tameva thambhaṃ upanisīdeyya vā upanipajjeyya vā, evameva imināpi bhikkhunā dīgharattaṃ rūpārammaṇādirasapānavaḍḍhitaṃ duṭṭhacittaṃ dametukāmena rūpādiārammaṇato apanetvā araññaṃ vā - pe - suññāgāraṃ vā pavesetvā tattha assāsapassāsathambhe satiyottena bandhitabbaṃ. Now, suppose a cowherd [269] wanted to tame a wild calf that had been reared on a wild cow’s milk, he would take it away from the cow and tie it up apart with a rope to a stout post dug into the ground; then the calf might dash to and fro, but being unable to get away, it would eventually sit down or lie down by the post. So too, when a bhikkhu wants to tame his own mind which has long been spoilt by being reared on visible data, etc., as object for its food and drink, he should take it away from visible data, etc., as object and bring it into the forest or to the root of a tree or to an empty place and tie it up there to the post of in-breaths and out-breaths with the rope of mindfulness. Пастух, желающий укротить дикого телёнка, выкормленного исключительно молоком дикой коровы, привязывает его, уведя прочь от коровы, к толстому столбу, вбитому в землю в специально отведённом для этого месте. Этот телёнок, прыгая там и тут, и поняв, что оттуда не убежать, присядет или ляжет у того самого столба. Так и монах, желающий укротить дикий ум, долго откармливаемый вкусными напитками образного и других опор, привязывает этот ум к столбу опоры памятования с помощью верёвки памятования, уведя ум от образного и других опор и отведя его в лес, к подножию дерева или пустое место.
Evamassa taṃ cittaṃ ito cito ca vipphanditvāpi pubbe āciṇṇārammaṇaṃ alabhamānaṃ satiyottaṃ chinditvā palāyituṃ asakkontaṃ tamevārammaṇaṃ upacārappanāvasena upanisīdati ceva upanipajjati ca. And so his mind may then dash to and fro when it no longer gets the objects it was formerly used to, but being unable to break the rope of mindfulness and get away, it sits down, lies down, by that object under the influence of access and absorption. Ум этого монаха также будет прыгать там и тут. Не получив опор, к которым он давно привык и поняв невозможность разорвать верёвку памятования и убежать, он наконец сядет или ляжет у той самой опоры путём сосредоточения доступа и полной поглощённости.
Tenāhu porāṇā – Hence the Ancients said:
"Yathā thambhe nibandheyya, vacchaṃ damaṃ naro idha; 154. “Just as a man who tames a calf Would tie it to a post, so here
Bandheyyevaṃ sakaṃ cittaṃ, satiyārammaṇe daḷha"nti. (pārā. aṭṭha. 2.165; dī. ni. aṭṭha. 3.374; ma. ni. aṭṭha. 1.107); Should his own mind by mindfulness Be firmly to the object tied.”
Evamassetaṃ senāsanaṃ bhāvanānurūpaṃ hoti. This is how an abode is favourable to his development.
Tena vuttaṃ "idamassa ānāpānassatisamādhibhāvanānurūpasenāsanapariggahaparidīpana"nti. Hence it was said above: “This signifies that he has found an abode favourable to the development of concentration through mindfulness of breathing. ”
Atha vā yasmā idaṃ kammaṭṭhānappabhede muddhabhūtaṃ sabbaññubuddhapaccekabuddhabuddhasāvakānaṃ visesādhigamadiṭṭhadhammasukhavihārapadaṭṭhānaṃ ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ itthipurisahatthiassādisaddasamākulaṃ gāmantaṃ apariccajitvā na sukaraṃ bhāvetuṃ, saddakaṇṭakattā jhānassa. 155.Or alternatively, this mindfulness of breathing as a meditation subject— which is foremost among the various meditation subjects of all Buddhas, [some] Paccekabuddhas and [some] Buddhas’ disciples as a basis for attaining distinction and abiding in bliss here and now—is not easy to develop without leaving the neighbourhood of villages, which resound with the noises of women, men, elephants, horses, etc., noise being a thorn to jhāna (see A V 135),
Agāmake pana araññe sukaraṃ yogāvacarena idaṃ kammaṭṭhānaṃ pariggahetvā ānāpānacatutthajjhānaṃ nibbattetvā tadeva pādakaṃ katvā saṅkhāre sammasitvā aggaphalaṃ arahattaṃ sampāpuṇituṃ. whereas in the forest away from a village a meditator can at his ease set about discerning this meditation subject and achieve the fourth jhāna in mindfulness of breathing; and then, by making that same jhāna the basis for comprehension of formations [with insight] (XX.2f.), he can reach Arahantship, the highest fruit.
Tasmāssa anurūpasenāsanaṃ dassento bhagavā "araññagato vā"tiādimāha. That is why the Blessed One said “gone to the forest,” etc., in pointing out a favourable abode for him.
Vatthuvijjācariyo viya hi bhagavā, so yathā vatthuvijjācariyo nagarabhūmiṃ passitvā suṭṭhu upaparikkhitvā "ettha nagaraṃ māpethā"ti upadisati, sotthinā ca nagare niṭṭhite rājakulato mahāsakkāraṃ labhati, evameva yogāvacarassa anurūpasenāsanaṃ upaparikkhitvā "ettha kammaṭṭhānaṃ anuyuñjitabba"nti upadisati, tato tattha kammaṭṭhānaṃ anuyuttena yoginā kamena arahatte patte "sammāsambuddho vata so bhagavā"ti mahantaṃ sakkāraṃ labhati. 156. For the Blessed One is like a master of the art of building sites (see D I 9, 12; II 87). [270] As the master of the art of building sites surveys the proposed site for a town, thoroughly examines it, and then gives his directions, “Build the town here,” and when the town is safely finished, he receives great honour from the royal family, so the Blessed One examines an abode as to its suitability for the meditator, and he directs, “Devote yourself to the meditation subject here,” and later on, when the meditator has devoted himself to the meditation subject and has reached Arahantship and says, “The Blessed One is indeed fully enlightened,” the Blessed One receives great honour.
Ayaṃ pana bhikkhu dīpisadisoti vuccati. 157. And this bhikkhu is compared to a leopard.
Yathā hi mahādīpirājā araññe tiṇagahanaṃ vā vanagahanaṃ vā pabbatagahanaṃ vā nissāya nilīyitvā vanamahiṃsagokaṇṇasūkarādayo mige gaṇhāti, evameva ayaṃ araññādīsu kammaṭṭhānaṃ anuyuñjanto bhikkhu yathākkamena sotāpattisakadāgāmianāgāmiarahattamagge ceva ariyaphalañca gaṇhatīti veditabbo. For just as a great leopard king lurks in a grass wilderness or a jungle wilderness or a rock wilderness in the forest and seizes wild beasts—the wild buffalo, wild ox, boar, etc.—so too, the bhikkhu who devotes himself to his meditation subject in the forest, etc., should be understood to seize successively the paths of stream-entry, once-return, non-return, and Arahantship; and the noble fruitions as well.
Tenāhu porāṇā – Hence the Ancients said:
"Yathāpi dīpiko nāma, nilīyitvā gaṇhatī mige; “For as the leopard by his lurking [in the forest] seizes beasts
Tathevāyaṃ buddhaputto, yuttayogo vipassako; So also will this Buddhas’ son, with insight gifted, strenuous,
Araññaṃ pavisitvāna, gaṇhāti phalamuttama"nti. (pārā. aṭṭha. 2.165; dī. ni. aṭṭha. 2.374; ma. ni. aṭṭha. 1.107); By his retreating to the forest seize the highest fruit of all” (Mil 369).
Tenassa parakkamajavayoggabhūmiṃ araññasenāsanaṃ dassento bhagavā "araññagato vā"tiādimāha. So the Blessed One said “gone to the forest,” etc., to point out a forest abode as a place likely to hasten his advancement. Поэтому благословенный сказал "уходит в лес" и т.д. чтобы показать лесное жилище как место, способное ускорить его продвижение.
218.Tattha araññagatoti "araññanti nikkhamitvā bahi indakhīlā sabbametaṃ arañña"nti (vibha. 529) ca, "āraññakaṃ nāma senāsanaṃ pañcadhanusatikaṃ pacchima"nti (pārā. 654) ca evaṃ vuttalakkhaṇesu araññesu yaṃkiñci pavivekasukhaṃ araññaṃ gato. 158. Herein, gone to the forest is gone to any kind of forest possessing the bliss of seclusion among the kinds of forests characterized thus: “Having gone out beyond the boundary post, all that is forest” (Paṭis I 176; Vibh 251), and “A forest abode is five hundred bow lengths distant” (Vin IV 183). Здесь "уходит в лес" означает любой тип леса, дающий блаженство уединения среди различных видов лесов, определяемых следующим образом: "Выйдя за пределы граничного столба [населённого пункта] - всё это считается лесом" и также "Лесное жилище - это жилище, удалённое на 500 луков".
Rukkhamūlagatoti rukkhasamīpaṃ gato. To the root of a tree: gone to the vicinity of a tree. "К подножию дерева" - вблизи дерева.
Suññāgāragatoti suññaṃ vivittokāsaṃ gato. To an empty place: gone to an empty, secluded space. "В пустое место" - в пустое, уединённое место.
Ettha ca ṭhapetvā araññañca rukkhamūlañca avasesasattavidhasenāsanagatopi suññāgāragatoti vattuṃ vaṭṭati. And here he can be said to have gone to an “empty place” if he has gone to any of the remaining seven kinds of abode (resting place). 42 [271] И здесь можно сказать, что он ушёл в свободное [от людей] место, если вместо леса или подножия дерева он ушёл в одно из оставшихся семи мест. Comm. NT: 42. The nine kinds of abode (resting place) are the forest and the root of a tree already mentioned, and a rock, a hill cleft, a mountain ca...
Все комментарии (1)
Evamassa ututtayānukūlaṃ dhātucariyānukūlañca ānāpānassatibhāvanānurūpaṃ senāsanaṃ upadisitvā alīnānuddhaccapakkhikaṃ santaṃ iriyāpathaṃ upadisanto nisīdatīti āha. 159. Having thus indicated an abode that is suitable to the three seasons, suitable to humour and temperament,43 and favourable to the development of mindfulness of breathing, he then said sits down, etc., indicating a posture that is peaceful and tends neither to idleness nor to agitation. Так показав подходящее место для трёх времён года, для склонностей, для темперамента и подходящее для развития памятования о дыхании, он затем говорит "садится" и т.п., указывая позу, являющуюся умиротворённой и не склоняющей ни к лени ни к возбуждению. Comm. NT: 43.
Все комментарии (2)
Athassa nisajjāya daḷhabhāvaṃ assāsapassāsānaṃ pavattanasukhataṃ ārammaṇapariggahūpāyañca dassento pallaṅkaṃ ābhujitvātiādimāha. Then he said having folded his legs crosswise, etc., to show firmness in the sitting position, easy occurrence of the in-breaths and out-breaths, and the means for discerning the object. Затем он говорит "скрестив ноги" и т.д., чтобы показать жёсткость в положении сидя, лёгкое течение входов и выдохов и средство улавливания опоры.
Tattha pallaṅkanti samantato ūrubaddhāsanaṃ. 160. Herein, crosswise is the sitting position with the thighs fully locked. Здесь "скрещивает" означает сидячее положение с полностью закреплёнными бёдрами.
Ābhujitvāti bandhitvā. Folded: having locked. "Cложив [ноги]" означает зафиксировав.
Ujuṃ kāyaṃ paṇidhāyāti uparimasarīraṃ ujukaṃ ṭhapetvā. Set his body erect: having placed the upper part of the body erect "Держит тело прямо" держит верхнюю часть тела выпрямленной,
Aṭṭhārasapiṭṭhikaṇṭake koṭiyā koṭiṃ paṭipādetvā. with the eighteen backbones resting end to end. 18 позвонков один к одному
Evañhi nisīdantassa cammamaṃsanhārūni na paṇamanti. For when he is seated like this, his skin, flesh and sinews are not twisted, Потому что кожа, плоть и сухожилия сидящего так человека не согнуты,
Athassa yā tesaṃ paṇamanappaccayā khaṇe khaṇe vedanā uppajjeyyuṃ, tā na uppajjanti. and so the feelings that would arise moment by moment if they were twisted do not arise. и ощущения, которые могли бы возникнуть в любой момент, если бы они были согнуты, не возникают.
Tāsu anuppajjamānāsu cittaṃ ekaggaṃ hoti, kammaṭṭhānaṃ na paripatati, vuddhiṃ phātiṃ upagacchati. That being so, his mind becomes unified, and the meditation subject, instead of collapsing, attains to growth and increase. При этом ум становится однонаправленным; предмет медитации не рушится и приходит к росту и увеличению.
Parimukhaṃ satiṃ upaṭṭhapetvāti kammaṭṭhānābhimukhaṃ satiṃ ṭhapayitvā. 161. Established mindfulness in front of him (parimukhaṃ satiṃ upaṭṭhapetvā) = having placed (ṭhapayitvā) mindfulness (satiṃ) facing the meditation subject (kammaṭṭhānābhimukhaṃ). Устанавливает точку памятования перед собой - установив памятование в направлении предмета медитации.
Atha vā parīti pariggahaṭṭho. Or alternatively, the meaning can be treated here too according to the method of explanation given in the Paṭisambhidā, which is this: Pari has the sense of control (pariggaha), Альтернативный вариант: смысл здесь также можно понимать согласно методу объяснения, даваемому в Патисамбхидамагге: pari имеет смысл управления. В лекции опускаем.
Все комментарии (1)
Mukhanti niyyānaṭṭho. mukhaṃ (lit. mouth) has the sense of outlet (niyyāna), mukhaṃ (досл. рот) имеет смысл выхода,
Satīti upaṭṭhānaṭṭho. sati has the sense of establishment (upaṭṭhāna); sati имеет смысл установки, .
Tena vuccati "parimukhaṃ sati"nti evaṃ paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.164) vuttanayenapettha attho daṭṭhabbo. that is why parimukhaṃ satiṃ (‘mindfulness as a controlled outlet’) is said” (Paṭis I 176). вот почему это можно понимать как "памятование как управляемое средство выхода"
Tatrāyaṃ saṅkhepo, pariggahitaniyyānaṃ satiṃ katvāti. The meaning of it in brief is: Having made mindfulness the outlet (from opposition, forgetfulness being thereby] controlled.44 Краткий смысл этого следующий: сделав памятование управляемым средством ухода (от противника, которым здесь является забывчивость). Comm NT: 44. The amplification is from Vism-mhṭ 258.
Все комментарии (1)
219.Sosatova assasati sato passasatīti so bhikkhu evaṃ nisīditvā evañca satiṃ upaṭṭhapetvā taṃ satiṃ avijahanto sato eva assasati sato passasati, satokārī hotīti vuttaṃ hoti. 162. Ever mindful he breathes in, mindful he breathes out: having seated himself thus, having established mindfulness thus, the bhikkhu does not abandon that mindfulness; ever mindful he breathes in, mindful he breathes out; he is a mindful worker, is what is meant. "Постоянно памятуя он вдыхает, памятуя выдыхает": усевшись таким образом и установив памятование, не оставляя это памятование он постоянно памятуя вдыхает и памятуя выдыхает - он памятующий работник. Таково объяснение. Не совсем ясно какое место в самой практике занимает этот пункт - So satova assasati sato passasatī? В 16 шагов он не входит. Это типа основа для всех...
Все комментарии (1)
Idāni yehākārehi satokārī hoti, te dassetuṃ dīghaṃ vā assasantotiādimāha. 163.(i) Now, breathing in long, etc., is said in order to show the different ways in which he is a mindful worker. Чтобы показать способы, которыми он является памятующим работником, говорится "Он делает длинный вдох" и так далее.
Vuttañhetaṃ paṭisambhidāyaṃ "so satova assasati sato passasatī"ti etasseva vibhaṅge – For in the Paṭisambhidā, in the exposition of the clause, “Ever mindful he breathes in, mindful he breathes out,” this is said:
"Bāttiṃsāya ākārehi sato kārī hoti. “He is a mindful worker in thirty-two ways:
Dīghaṃ assāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. (1) when he knows unification of mind and non-distraction by means of a long in-breath, mindfulness is established in him;
Tāya satiyā tena ñāṇena sato kārī hoti. owing to that mindfulness and that knowledge he is a mindful worker.
Dīghaṃ passāsavasena - pe - paṭinissaggānupassī assāsavasena. (2) When he knows unification of mind and non-distraction by means of a long out-breath …
Paṭinissaggānupassī passāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. (31) by means of breathing in contemplating relinquishment … (32) When he knows unification of mind and non-distraction by means of breathing out contemplating relinquishment, mindfulness is established in him;
Tāya satiyā tena ñāṇena sato kārī hotī"ti (paṭi. ma. 1.165). owing to that mindfulness and that knowledge he is a mindful worker” (Paṭis I 176).
Tattha dīghaṃ vā assasantoti dīghaṃ vā assāsaṃ pavattayanto. 164. Herein, breathing in long (assasanto) is producing a long in-breath.[272] Здесь длинный вдох означает сделать вдох длинным.
Assāsoti bahi nikkhamanavāto. “Assāsa is the wind issuing out; Assāsa - это выходящее дыхание,
Passāsoti anto pavisanavātoti vinayaṭṭhakathāyaṃ vuttaṃ. passāsa is the wind entering in” is said in the Vinaya Commentary. passāsa - это входящее дыхание, так оно объясняется в комментарии к Виная Питаке,
Suttantaṭṭhakathāsu pana uppaṭipāṭiyā āgataṃ. But in the Suttanta Commentaries it is given in the opposite sense. но в комментариях к Сутта Питаке даётся объяснение наоборот.
Tattha sabbesampi gabbhaseyyakānaṃ mātukucchito nikkhamanakāle paṭhamaṃ abbhantaravāto bahi nikkhamati. Herein, when any infant comes out from the mother’s womb, first the wind from within goes out
Pacchā bāhiravāto sukhumarajaṃ gahetvā abbhantaraṃ pavisanto tāluṃ āhacca nibbāyati. and subsequently the wind from without enters in with fine dust, strikes the palate and is extinguished [with the infant’s sneezing].
Evaṃ tāva assāsapassāsā veditabbā. This, firstly, is how assāsa and passāsa should be understood.
Yā pana tesaṃ dīgharassatā, sā addhānavasena veditabbā. 165. But their length and shortness should be understood by extent (addhāna). Но их большую и маленькую длину следует понимать с помощью протяжённости.
Yathā hi okāsaddhānaṃ pharitvā ṭhitaṃ udakaṃ vā vālikā vā "dīghamudakaṃ dīghā vālikā, rassamudakaṃ rassā vālikā"ti vuccati, evaṃ cuṇṇavicuṇṇāpi assāsapassāsā hatthisarīre ca ahisarīre ca tesaṃ attabhāvasaṅkhātaṃ dīghaṃ addhānaṃ saṇikaṃ pūretvā saṇikameva nikkhamanti. For just as water or sand that occupies an extent of space is called a “long water,” a “long sand,” a “short water,” a “short sand,” so in the case of elephants’ and snakes’ bodies the in-breaths and out-breaths regarded as particles45 slowly fill the long extent, in other words, their persons, and slowly go out again. Как вода или песок, распределённые в пространственном протяжении называются "длинный водоём" - "длинный участок песка" или "короткий водоём" - "короткий участок песка", так в случае тел слонов или змей, вдохи и выдохи рассматриваемые как частицы, медленно заполняют длинный участок, называемый их физическими телами и медленно выходят из них. Comm. NT: 45.
Все комментарии (1)
Tasmā dīghāti vuccanti. That is why they are called “long.” Вот почему их называют длинными.
Sunakhasasādīnaṃ attabhāvasaṅkhātaṃ rassaṃ addhānaṃ sīghaṃ pūretvā sīghameva nikkhamanti, tasmā rassāti vuccanti. They rapidly fill a short extent, in other words, the person of a dog, a hare, etc., and rapidly go out again. That is why they are called “short. ” Они быстро заполняют участки малой протяжённости, называемые физическим телом собаки, зайца или подобных существ и быстро выходят, вот почему они называются короткими.
Manussesu pana keci hatthiahiādayo viya kāladdhānavasena dīghaṃ assasanti ca passasanti ca. 166. And in the case of human beings some breathe in and breathe out long, by extent of time, as elephants, snakes, etc., do, Что касается людей, то некоторые делают долгие вдохи и выдохи посредством времени как слоны, змеи и т.д.
Keci sunakhasasādayo viya rassaṃ, tasmā tesaṃ kālavasena dīghamaddhānaṃ nikkhamantā ca pavisantā ca te "dīghā" ittaramaddhānaṃ nikkhamantā ca pavisantā ca "rassā"ti veditabbā. while others breathe in and breathe out short in that way as dogs, hares, etc., do. Of these, therefore, the breaths that travel over a long extent in entering in and going out are to be understood as long in time; and the breaths that travel over a little extent in entering in and going out, as short in time. А некоторые делают короткие как собаки, зайцы и прочие. Поэтому среди них вдохи и выдохи, которые входят и выходят через участки пространства с большой протяжённостью называются длинными по времени и те, которые входят и выходят через участки пространства малой протяжённости называются короткими по времени.
Tatrāyaṃ bhikkhu navahākārehi dīghaṃ assasanto passasanto ca "dīghaṃ assasāmi, passasāmī"ti pajānāti. 167. Now, this bhikkhu knows “I breathe in, I breathe out, long” while breathing in and breathing out long in nine ways. Этот монах знает "я делаю длинный вдох, я делаю длинный выдох" делая длинный вдох и выдох девятью способами.
Evaṃ pajānato cassa ekenākārena kāyānupassanāsatipaṭṭhānabhāvanā sampajjatīti veditabbā. And the development of the foundation of mindfulness consisting in contemplation of the body should be understood to be perfected in one aspect in him who knows thus, И развитие установления памятования, состоящего в отслеживании тела, следует понимать как развитие в одном аспекте в том, кто знает следующим образом:
Yathāha paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.166) – according as it is said in the Paṭisambhidā: Согласно сказанному в Патисамбхида магге:
"Kathaṃ dīghaṃ assasanto dīghaṃ assasāmīti pajānāti. 168. “How, breathing in long, does he know: ‘I breathe in long,’ "Как делая длинный вдох он познаёт "я делаю длинный вдох"
Dīghaṃ passasanto dīghaṃ passasāmīti pajānāti. breathing out long, does he know: ‘I breathe out long?’ а делая длинный выдох он познаёт "я делаю длинный выдох"?
Dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte assasati. (1) He breathes in a long in-breath reckoned as an extent. (1) Он делает длинный вдох с точки зрения протяжённости.
Dīghaṃ passāsaṃ addhānasaṅkhāte passasati. (2) He breathes out a long out-breath reckoned as an extent. (2) Он делает длинный выдох с точки зрения протяжённости.
Dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatipi passasatipi. (3) He breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths reckoned as an extent. (3) Он делает длинные вдохи и выдохи с точки зрения протяжённости.
Dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatopi passasatopi chando uppajjati. As he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths reckoned as an extent, zeal arises.46 По мере того, как он делает длинные вдохи и выдохи с точки зрения протяжённости, возникает энтузиазм. Comm. NT: 46.
Все комментарии (1)
Chandavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte assasati. (4) Through zeal he breathes in a long in-breath more subtle than before reckoned as an extent. (4) Благодаря энтузиазму его длинный вдох становится более утончённым, чем ранее с точки зрения протяжённости.
Chandavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ passāsaṃ - pe - dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatipi passasatipi. (5) Through zeal he breathes out a long out-breath more subtle than before reckoned as an extent. (6) Through zeal he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent. (5) Благодаря энтузиазму его длинный выдох становится более уточнённым, чем ранее с точки зрения протяжённости. (6) Благодаря энтузиазму длинные вдохи и выдохи становятся более утончёнными чем ранее с точки зрения участка.
Chandavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatopi passasatopi pāmojjaṃ uppajjati. As, through zeal, he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent, gladness arises.[273] По мере того, как благодаря энтузиазму его длинные вдохи и выдохи становятся более утончёнными, чем ранее с точки зрения протяжённости, возникает радость.
Pāmojjavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte assasati. (7) Through gladness he breathes in a long in-breath more subtle than before reckoned as an extent. (7) Благодаря радости его длинный вдох становится более утончённым, чем ранее с точки зрения протяжённости.
Pāmojjavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ passāsaṃ - pe - dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatipi passasatipi. (8) Through gladness he breathes out a long out-breath more subtle than before reckoned as an extent. (9) Through gladness he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent. (8) Благодаря радости его длинный выдох становится более уточнённым, чем ранее с точки зрения протяжённости. (9) Благодаря радости его длинный вдох и выдох становятся более утончёнными чем ранее с точки зрения протяжённости.
Pāmojjavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatopi passasatopi dīghaṃ assāsapassāsā cittaṃ vivattati, upekkhā saṇṭhāti. As, through gladness, he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent, his mind turns away from the long in- breaths and out-breaths and equanimity is established. По мере того как благодаря радости его длинные вдохи и выдохи становятся более утончённым чем ранее с точки зрения протяжённости, его ум отворачивается от длинных вдохов и выдохов и устанавливается безмятежное наблюдение.
Imehi navahi ākārehi dīghaṃ assāsapassāsā kāyo. “Long in-breaths and out-breaths in these nine ways are a body. Длинные вдохи и выдохи этими девятью способами являются телом.
Upaṭṭhānaṃ sati. The establishment (foundation)47 is mindfulness. Установление является памятованием. Перевод примечания НТ: Слово satipaṭṭhāna в Патисамбхидамагге анализируется как sati + upaṭṭhāna (способ установления памятования). Но в комментариях ...
Все комментарии (2)
Anupassanā ñāṇaṃ. The contemplation is knowledge. Отслеживание является знанием.
Kāyo upaṭṭhānaṃ, no sati. The body is the establishment (foundation), but it is not the mindfulness.
Sati upaṭṭhānañceva sati ca. Mindfulness is both the establishment (foundation) and the mindfulness.
Tāya satiyā tena ñāṇena taṃ kāyaṃ anupassati. By means of that mindfulness and that knowledge he contemplates that body. С помощью этого памятования и этого знания он отслеживает тело.
Tena vuccati kāye kāyānupassanāsatipaṭṭhānabhāvanā"ti. That is why ‘development of the foundation (establishment) of mindfulness consisting in contemplation of the body as a body’ (see D II 290) is said” (Paṭis I 177). Вот почему сказано "развитие установления памятования, состоящего в отслеживания исключительно тела".
Esa nayo rassapadepi. 169. (ii) The same method of explanation applies also in the case of short breaths. Тот же метод объяснения также применим к коротким вдохам.
Ayaṃ pana viseso, yathā ettha "dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte"ti vuttaṃ, evamidha "rassaṃ assāsaṃ ittarasaṅkhāte assasatī"ti āgataṃ. But there is this difference. While in the former case “a long in-breath reckoned as an extent” is said, here “a short in-breath reckoned as a little [duration]” (Paṭis I 182) is given. Но есть отличие. Выше сказано "длинный вдох с точки зрения участка", здесь даётся "короткий вдох в смысле маленькой [продолжительности]".
Tasmā rassavasena yāva "tena vuccati kāye kāyānupassanāsatipaṭṭhānabhāvanā"ti, tāva yojetabbaṃ. So it must be construed as “short” as far as the phrase “That is why ‘development of the foundation (establishment) of mindfulness consisting in contemplation of the body as a body’ is said” (Paṭis I 183). Поэтому его следует использовать в месте "короткий" до фразы "вот почему сказано "развитие установления памятования, состоящего в отслеживании исключительно тела"".
Evaṃ ayaṃ addhānavasena ittaravasena ca imehākārehi assāsapassāse pajānanto dīghaṃ vā assasanto dīghaṃ assasāmīti pajānāti - pe - rassaṃ vā passasanto rassaṃ passasāmīti pajānātīti veditabbo. 170. So it should be understood that it is when this bhikkhu knows in-breaths and out-breaths in these nine ways as “a [long] extent” and as “a little [duration]” that “breathing in long, he knows ‘I breathe in long;’ … breathing out short, he knows ‘I breathe out short’ is said of him. Поэтому следует понимать, что когда этот монах знает вдохи и выдохи этими девятью способами в виде "длинный участок" и "маленькая [продолжительность]", о нём говорится "делая длинный вдох он распознаёт "я делаю длинный вдох"... делая длинный выдох он распознаёт "я делаю длинный выдох".
Evaṃ pajānato cassa – And when he knows thus:
Dīgho rasso ca assāso, “The long kind and the short as well,
Passāsopi ca tādiso; The in-breath and the out-breath too,
Cattāro vaṇṇā vattanti, Such then are the four kinds that happen
Nāsikaggeva bhikkhunoti. (pārā. aṭṭha. 2.165); At the bhikkhu’s nose tip here.”
220.Sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmi - pe - passasissāmīti sikkhatīti sakalassa assāsakāyassa ādimajjhapariyosānaṃ viditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto assasissāmīti sikkhati. 171.(iii) He trains thus: “I shall breathe in … I shall breathe out experiencing the whole body”: he trains thus: “I shall breathe in making known, making plain, the beginning, middle and end48 of the entire in-breath body. "Он учится "Я буду вдыхать, ощущая всё тело... я буду выдыхать..."" - он учится следующим образом: "делая известным, делая явным начало, середину и конец всего тела вдоха, я буду вдыхать" Comm. NT: 48. The beginning, middle and end are described in §197, and the way they should be treated is given in §199–201. What is meant is that the ...
Все комментарии (1)
Sakalassa passāsakāyassa ādimajjhapariyosānaṃ viditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto passasissāmīti sikkhati. I shall breathe out making known, making plain, the beginning, middle and end of the entire out- breath body,” thus he trains. "делая известным, делая явным начало, середину и конец всего тела выдоха - так он учится." - так он учится.
Evaṃ viditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto ñāṇasampayuttacittena assasati ceva passasati ca. Making them known, making them plain, in this way he both breathes in and breathes out with consciousness associated with knowledge. Делая их известными, делая их явными - так он вдыхает и выдыхает с моментом ума, связанным со знанием.
Tasmā "assasissāmi passasissāmī"ti sikkhatīti vuccati. That is why it is said, “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out …’” Вот почему сказано "Я буду вдыхать... я буду выдыхать: так он учится".
Ekassa hi bhikkhuno cuṇṇavicuṇṇavisaṭe assāsakāye passāsakāye vā ādi pākaṭo hoti, na majjhapariyosānaṃ. 172. To one bhikkhu the beginning of the in-breath body or the out-breath body, distributed in particles, [that is to say, regarded as successive arisings (see note 45)] is plain, but not the middle or the end; Потому что для одного монаха начало тела вдоха или тела выдоха, распределённого мельчайшими порциями [то есть, как последовательные явления], является явным, а середина и конец - нет;
So ādimeva pariggahetuṃ sakkoti, majjhapariyosāne kilamati. he is only able to discern the beginning and has difficulty with the middle and the end. он способен уловить только начало, а середина и конец вызывают затруднение.
Ekassa majjhaṃ pākaṭaṃ hoti, na ādipariyosānaṃ. To another the middle is plain, not the beginning or the end; he is only able to discern the middle and has difficulty with the beginning and the end. Для другого монаха середина является явной, а начало и конец нет; он может уловить только середину и имеет затруднение по поводу начала и конца.
Ekassa pariyosānaṃ pākaṭaṃ hoti, na ādimajjhaṃ. To another the end is plain, not the beginning or the middle; Для ещё одного конец явен, а начало и середина - нет;
So pariyosānaṃyeva pariggahetuṃ sakkoti, ādimajjhe kilamati. he is only able to discern the end [274] and has difficulty with the beginning and the middle. он может уловить только конец и затрудняется по поводу начала и середины.
Ekassa sabbampi pākaṭaṃ hoti, so sabbampi pariggahetuṃ sakkoti, na katthaci kilamati, tādisena bhavitabbanti dassento āha – "sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmīti - pe - passasissāmīti sikkhatī"ti. To yet another all stages are plain; he is able to discern them all and has no difficulty with any of them. Pointing out that one should be like the last-mentioned bhikkhu, he said: “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out experiencing the whole body. ’” Наконец, для четвёртого монаха все стадии явны; он может уловить их все и не беспокоится ни о чём. Показывая, что практикующий должен быть как монах последнего типа, Будда сказал: "я буду вдыхать и выдыхать испытывая всё тело - так он учится".
Tattha sikkhatīti evaṃ ghaṭati vāyamati. 173. Herein, he trains: he strives, he endeavours in this way. Здесь "он учится" означает, что он старается и устремляется таким образом.
Yo vā tathābhūtassa saṃvaro, ayamettha adhisīlasikkhā. Or else the restraint here in one such as this is training in the higher virtue, Или же сдержанность в таком человеке - это возвышенная нравственность, Рассмотрение в части тройного обучения можно опустить.
Все комментарии (1)
Yo tathābhūtassa samādhi, ayaṃ adhicittasikkhā. his consciousness is training in the higher consciousness, Собранность ума в нём является обучением возвышенному уму.
Yā tathābhūtassa paññā, ayaṃ adhipaññāsikkhāti imā tisso sikkhāyo tasmiṃ ārammaṇe tāya satiyā tena manasikārena sikkhati āsevati bhāveti bahulīkarotīti evamettha attho daṭṭhabbo. and his understanding is training in the higher understanding (see Paṭis I 184). So he trains in, repeats, develops, repeatedly practices, these three kinds of training, on that object, by means of that mindfulness, by means of that attention. This is how the meaning should be regarded here. Мудрость в нём является обучением возвышенной мудрости. Так он учится, совершенствует, развивает, часто практикует эти три направления обучения в отношении этой опоры, путём этого памятования, путём этого вспоминания. Это следует считать заложенным здесь смыслом.
Tattha yasmā purimanaye kevalaṃ assasitabbaṃ passasitabbameva, na ca aññaṃ kiñci kātabbaṃ. 174. Herein, in the first part of the system (nos. i and ii)49 he should only breathe in and breathe out and not do anything else at all, and it is only afterwards that he should apply himself to the arousing of knowledge, and so on. На первых [двух] этапах он должен только вдыхать и выдыхать и не должен вообще делать что-либо ещё и только после этого должен перейти к работе по порождению знания и так далее. Comm. NT: 49.
Все комментарии (1)
Ito paṭṭhāya pana ñāṇuppādanādīsu yogo karaṇīyo. Consequently the present tense is used here in the text, “He knows: ‘I breathe in’ … he knows: ‘I breathe out.’” Поэтому в тексте используется настоящее время: "Он распознаёт "Я делаю вдох"... он распознаёт "я делаю выдох".
Tasmā tattha assasāmīti pajānāti passasāmīti pajānāticceva vattamānakālavasena pāḷiṃ vatvā ito paṭṭhāya kattabbassa ñāṇuppādanādino ākārassa dassanatthaṃ sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmītiādinā nayena anāgatavacanavasena pāḷi āropitāti veditabbā. But the future tense in the passage beginning “I shall breathe in experiencing the whole body” should be understood as used in order to show that the aspect of arousing knowledge, etc., has to be undertaken from then on. Но в последующих фрагментах используется будущее время "он учится вдыхать, испытывая всё тело" и т.д., чтобы показать аспект развития знания и прочего, к практике которого нужно переходить с этого момента.
Passambhayaṃkāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti - pe - passasissāmīti sikkhatīti oḷārikaṃ kāyasaṅkhāraṃ passambhento paṭippassambhento nirodhento vūpasamento assasissāmi passasissāmīti sikkhati. 175.(iv) He trains thus: “I shall breathe in … shall breathe out tranquilizing the bodily formation;” he trains thus: “I shall breathe in, shall breathe out tranquilizing, completely tranquilizing, stopping, stilling, the gross bodily formation50”. "Я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования: так он учится": он учится следующим образом: "Я буду вдыхать и выдыхать успокаивая, полностью успокаивая, приводя к прекращению, утихомиривая грубое телесное конструирование". Comm. NT: 50. Эта сноска переведена на русский (см. по ссылке).
Все комментарии (1)
Tatra evaṃ oḷārikasukhumatā ca passaddhi ca veditabbā. 176. And here both the gross and subtle state and also [progressive] tranquilizing should be understood. И под этим нужно понимать как грубое, так и тонкое состояние, а также последовательное успокоение.
Imassa hi bhikkhuno pubbe apariggahitakāle kāyo ca cittañca sadarathā honti oḷārikā. For previously, at the time when the bhikkhu has still not discerned [the meditation subject], his body and his mind are disturbed and so they are gross. Ранее, когда монах не уловил [предмет медитации] их, его тело и ум были взволнованными и поэтому грубыми.
Kāyacittānaṃ oḷārikatte avūpasante assāsapassāsāpi oḷārikā honti, balavatarā hutvā pavattanti, nāsikā nappahoti, mukhena assasantopi passasantopi tiṭṭhati. And while the grossness of the body and the mind has still not subsided the in-breaths and out-breaths are gross. They get stronger; his nostrils become inadequate, and he keeps breathing in and out through his mouth. А когда грубость тела и ума не утихла, вдохи и выдохи являются грубыми. Они происходят столь сильно, что ноздрей недостаточно и он продолжает вдыхать и выдыхать через рот.
Yadā panassa kāyopi cittampi pariggahitā honti, tadā te santā honti vūpasantā. But they become quiet and still when his body and mind have been discerned. Но когда его тело и ум удаётся уловить, тогда они становятся весьма спокойными.
Tesu vūpasantesu assāsapassāsā sukhumā hutvā pavattanti, "atthi nu kho natthī"ti vicetabbatākārappattā honti. When they are still then the in-breaths and out-breaths occur so subtly that he has to investigate whether they exist or not. Когда они успокоены, вдохи и выдохи со временем становятся столь тонкими, что монах начинает гадать есть ли они или нет.
Seyyathāpi purisassa dhāvitvā, pabbatā vā orohitvā, mahābhāraṃ vā sīsato oropetvā ṭhitassa oḷārikā assāsapassāsā honti, nāsikā nappahoti, mukhena assasantopi passasantopi tiṭṭhati. 177. Suppose a man stands still after running, or descending from a hill, or putting down a big load from his head, then his in-breaths and out-breaths are gross, his nostrils become inadequate, and he keeps on breathing in and out through his mouth. Представьте человека стоящего на месте после бега, спуска с горы или снятия тяжёлого груза со своей головы. Его вдохи и выдохи грубые, ноздрей недостаточно и он дышит через рот.
Yadā panesa taṃ parissamaṃ vinodetvā nhatvā ca pivitvā ca allasāṭakaṃ hadaye katvā sītāya chāyāya nipanno hoti, athassa te assāsapassāsā sukhumā honti "atthi nu kho natthī"ti vicetabbatākārappattā, evameva imassa bhikkhuno pubbe apariggahitakāle kāyo ca - pe - vicetabbatākārappattā honti. But when he has rid himself of his fatigue and has bathed and drunk [275] and put a wet cloth on his heart, and is lying in the cool shade, then his in-breaths and out-breaths eventually occur so subtly that he has to investigate whether they exist or not; so too, previously, at the time when the bhikkhu has still not discerned, … he has to investigate whether they exist or not. Но когда он избавился от своей усталости, помылся, попил, положил влажную ткань себе на тело и лежит в прохладной тени, его дыхание со временем станет столь утончённым, что ему приходится искать есть оно или нет. Поэтому ранее, когда монах не улавливал их, ему приходится искать есть они или нет.
Taṃ kissa hetu? 178. Why is that? По какой причине?
Tathā hissa pubbe apariggahitakāle "oḷārikoḷārike kāyasaṅkhāre passambhemī"ti ābhogasamannāhāramanasikārapaccavekkhaṇā natthi, pariggahitakāle pana atthi. Because previously, at the time when he has still not discerned, there is no concern in him, no reaction, no attention, no reviewing, to the effect that “I am [progressively] tranquilizing each grosser bodily formation. ” But when he has discerned, there is. Потому что ранее, когда он их не улавливал, он не имел понятия, не был осведомлён, не осознавал и не думал "Я [постепенно] успокаиваю каждую грубую телесную конструкцию", но когда он распознал их, ему это удалось.
Tenassa apariggahitakālato pariggahitakāle kāyasaṅkhāro sukhumo hoti. So his bodily formation at the time when he has discerned is subtle in comparison with that at the time when he has not. Так его телесное конструирование является тонким в то время, когда он уловил его, по сравнению с тем временем, когда он не уловил.
Tenāhu porāṇā – Hence the Ancients said:
"Sāraddhe kāye citte ca, adhimattaṃ pavattati; “The mind and body are disturbed, And then in excess it occurs;
Asāraddhamhi kāyamhi, sukhumaṃ sampavattatī"ti. (pārā. aṭṭha. 2.165); But when the body is undisturbed, Then it with subtlety occurs.”
221.Pariggahepi oḷāriko, paṭhamajjhānupacāre sukhumo. 179.In discerning [the meditation subject the formation] is gross, and it is subtle [by comparison] in the first-jhāna access; При улавливании [предмета медитации конструирование] является грубым и оно является тонким в сосредоточении доступа первой джханы;
Tasmimpi oḷāriko, paṭhamajjhāne sukhumo. also it is gross in that, and subtle [by comparison] in the first jhāna; также оно является грубым в состоянии доступа первой джханы и тонкой в самой первой джхане;
Paṭhamajjhāne ca dutiyajjhānupacāre ca oḷāriko, dutiyajjhāne sukhumo. in the first jhāna and second-jhāna access it is gross, and in the second jhāna subtle; в первой джхане и сосредоточении доступа второй джханы оно грубое, а во второй джхане оно тонкое;
Dutiyajjhāne ca tatiyajjhānupacāre ca oḷāriko, tatiyajjhāne sukhumo. in the second jhāna and third-jhāna access it is gross, and in the third jhāna subtle; во второй джхане и сосредоточении доступа третьей джханы оно грубое, а в третьей джхане - тонкое;
Tatiyajjhāne ca catutthajjhānupacāre ca oḷāriko, catutthajjhāne atisukhumo appavattimeva pāpuṇātīti. in the third jhāna and fourth-jhāna access it is gross, and in the fourth jhāna it is so exceedingly subtle that it even reaches cessation. в третьей джхане и сосредоточении доступа четвёртой джханы оно грубое, а в четвёртой джхане оно в высшей мере тонкое и даже достигает прекращения.
Idaṃ tāva dīghabhāṇakasaṃyuttabhāṇakānaṃ mataṃ. This is the opinion of the Dīgha and Saṃyutta reciters. Таково мнение хранителей Дигха Никаи и Саньютта Никаи. Идущий до конца раздела флейм в лекции можно опустить.
Все комментарии (1)
Majjhimabhāṇakā pana paṭhamajjhāne oḷāriko, dutiyajjhānupacāre sukhumoti evaṃ heṭṭhimaheṭṭhimajjhānato uparūparijjhānupacārepi sukhumataramicchanti. But the Majjhima reciters have it that it is subtler in each access than in the jhāna below too in this way: In the first jhāna it is gross, and in the second-jhāna access it is subtle [by comparison, and so on]. Но хранители Маджджхима никаи утверждают, что оно более тонкое в сосредоточении доступа, чем в джхане ниже его, говоря: в первой джхане оно грубое, а в сосредоточении доступа второй джханы оно тонкое и так далее.
Sabbesaññeva pana matena apariggahitakāle pavattakāyasaṅkhāro pariggahitakāle paṭippassambhati. It is, however, the opinion of all that the bodily formation occurring before the time of discerning becomes tranquilized at the time of discerning, Но общим мнением является то, что телесное конструирование, возникающее во время не улавливания становится спокойным во время улавливания;
Pariggahitakāle pavattakāyasaṅkhāro paṭhamajjhānupacāre - pe - catutthajjhānupacāre pavattakāyasaṅkhāro catutthajjhāne paṭippassambhati. and the bodily formation at the time of discerning becomes tranquilized in the first-jhāna access … and the bodily formation occurring in the fourth-jhāna access becomes tranquilized in the fourth jhāna. телесное конструирование во время улавливания становится спокойным в сосредоточении доступа первой джханы... телесное конструирование во время улавливания становится спокойным в сосредоточении доступа первой джханы...
Ayaṃ tāva samathe nayo. This is the method of explanation in the case of serenity. Это первый метод, относящийся к успокоению.
Vipassanāyaṃ pana apariggahe pavatto kāyasaṅkhāro oḷāriko, mahābhūtapariggahe sukhumo. 180. But in the case of insight, the bodily formation occurring at the time of not discerning is gross, and in discerning the primary elements it is [by comparison] subtle; Что касается прозрения, телесное конструирование, происходящее во время не улавливания, является грубым, а во время улавливания четырёх первоэлементов оно является тонким;
Sopi oḷāriko, upādārūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning derived materiality it is subtle; оно также является грубым и при распознавании производной материи оно является тонким;
Sopi oḷāriko, sakalarūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning all materiality it is subtle; оно также является грубым и при улавливании всего материального оно является тонким;
Sopi oḷāriko, arūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning the immaterial it is subtle; оно также является грубым и при улавливании нематериального оно является тонким;
Sopi oḷāriko, rūpārūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning the material and immaterial it is subtle; оно также является грубым и при улавливании материального и нематериального оно является тонким;
Sopi oḷāriko, paccayapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning conditions it is subtle; оно также является грубыми при улавливании причин оно является тонким;
Sopi oḷāriko, sappaccayanāmarūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in seeing mentality-materiality with its conditions it is subtle; оно также является грубым и при улавливании умственно-материального с её условиями оно является тонким
Sopi oḷāriko, lakkhaṇārammaṇikavipassanāya sukhumo. that also is gross, and in insight that has the characteristics [of impermanence, etc.,] as its object it is subtle; оно также является грубым и в практике прозрения, чьей опорой являются характеристики [изменчивости и прочего] оно является тонким.
Sopi dubbalavipassanāya oḷāriko, balavavipassanāya sukhumo. that also is gross in weak insight while in strong insight it is subtle. оно также является грубым в слабом прозрении и в сильном прозрении оно является тонким.
Tattha pubbe vuttanayeneva purimassa purimassa pacchimena pacchimena paṭippassaddhi veditabbā. Herein, the tranquilizing should be understood as [the relative tranquillity] of the subsequent compared with the previous. Здесь успокоение следует понимать как [относительное спокойствие] последующего в сравнении с предыдущим.
Evamettha oḷārikasukhumatā ca passaddhi ca veditabbā. Thus should the gross and subtle state, and the [progressive] tranquilizing, be understood here. [276] Вот так нужно понимать грубое и тонкое состояние, а также [последовательное] успокоение.
Paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.171) panassa saddhiṃ codanāsodhanāhi evamattho vutto – 181. But the meaning of this is given in the Paṭisambhidā together with the objection and clarification thus: Но в Патисамбхидамагге его значение объясняется следующим образом с возражением и ответом.
"Kathaṃ passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmi - pe - passasissāmīti sikkhati? “How is it that he trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out tranquilizing the bodily formation? "Как он учится вдыхать и выдыхать успокаивая процессы телесного конструирования?
Katame kāyasaṅkhārā? What are the bodily formations? Что такое процессы телесного конструирования?
Dīghaṃ assāsapassāsā kāyikā ete dhammā kāyapaṭibaddhā kāyasaṅkhārā. Long in- breaths … out-breaths [experiencing the whole body] belong to the body; these things, being bound up with the body, are bodily formations;’ Длинные вдохи... выдохи [которые делаются ощущая всё тело] принадлежат телу; все эти связанные с телом явления являются процессами телесного конструирования.
Te kāyasaṅkhāre passambhento nirodhento vūpasamento sikkhati - pe - yathārūpehi kāyasaṅkhārehi kāyassa ānamanā, vinamanā, sannamanā, paṇamanā, iñjanā, phandanā, calanā, kampanā passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti sikkhati, passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ passasissāmīti sikkhati. he trains in tranquilizing, stopping, stilling, those bodily formations. “When there are such bodily formations whereby there is bending backwards, sideways in all directions, and forwards, and perturbation, vacillation, moving and shaking of the body, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation.’ Он учится успокаивать, утихомиривать, приводить к прекращению эти процессы телесного конструирования. "Когда имеют место такие процессы телесного конструирования, посредством которых есть наклон назад, в бок, во все стороны, вперёд, тряска, дрожь и движения тела он учится так: "Я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования" и "Я буду выдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования".
Yathārūpehi kāyasaṅkhārehi kāyassa na ānamanā, na vinamanā, na sannamanā, na paṇamanā, aniñjanā, aphandanā, acalanā, akampanā santaṃ sukhumaṃ passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhati. When there are such bodily formations whereby there is no bending backwards, sideways in all directions, and forwards, and no perturbation, vacillation, moving and shaking of the body, quietly, subtly, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation.’ Когда имеют место такие процессы телесного конструирования, посредством которых нет наклона назад, в бок, во все стороны, вперёд, нет тряски, дрожи и движения тела, тихо и утончённо он учится так: "Я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования" и "Я буду выдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования".
"Iti kira passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti sikkhati. 182. “[Objection:] So then, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ [Делается возражение, что] "если он учится следующим образом "я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ passasissāmīti sikkhati. he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation’: и выдыхать успокаивая процессы телесного конструирования",
Evaṃ sante vātūpaladdhiyā ca pabhāvanā na hoti. that being so, there is no production of awareness of wind, то нет порождения отслеживания воздуха,
Assāsapassāsānañca pabhāvanā na hoti. and there is no production of in-breaths and out-breaths, нет порождения вдохов и выдохов,
Ānāpānassatiyā ca pabhāvanā na hoti, ānāpānassatisamādhissa ca pabhāvanā na hoti, na ca naṃ taṃ samāpattiṃ paṇḍitā samāpajjantipi vuṭṭhahantipi. and there is no production of mindfulness of breathing, and there is no production of concentration through mindfulness of breathing, and consequently the wise neither enter into nor emerge from that attainment. нет порождения памятования о дыхании и нет порождения собранности ума через памятование о дыхании, и тогда мудрые никогда не входят и не выходят из этого достижения.
"Iti kira passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhati. 183. “[Clarification:] So then, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation’: [Даётся ответ:] раз "он учится вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования и выдыхать успокаивая процессы телесного конструирования",
Evaṃ sante vātūpaladdhiyā ca pabhāvanā hoti, assāsapassāsānañca pabhāvanā hoti, ānāpānassatiyā ca pabhāvanā hoti, ānāpānassatisamādhissa ca pabhāvanā hoti, tañca naṃ samāpattiṃ paṇḍitā samāpajjantipi vuṭṭhahantipi. that being so, there is production of awareness of wind, and there is production of in-breaths and out-breaths, and there is production of mindfulness of breathing, and there is production of concentration through mindfulness of breathing, and consequently the wise enter into and emerge from that attainment. существует порождение отслеживания воздуха, существует порождение вдохов и выдохов, существует порождение памятования о дыхании и существует порождение сосредоточения через памятование о дыхании, и поэтому мудрые входят и выходят из этого достижения.
Yathā kathaṃ viya? 184. “Like what? Подобно чему?
"Seyyathāpi kaṃse ākoṭite paṭhamaṃ oḷārikā saddā pavattanti. Just as when a gong is struck. Подобно тому, когда ударяют в железный гонг.
Oḷārikānaṃ saddānaṃ nimittaṃ sugahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi oḷārike sadde atha pacchā sukhumakā saddā pavattanti. At first gross sounds occur and consciousness [occurs] because the sign of the gross sounds is well apprehended, well attended to, well observed; and when the gross sounds have ceased, then afterwards faint sounds occur Сначала слышны грубые звуки и возникает сознание, потому что представление грубых звуков хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается. Когда грубые звуки стихли, то после этого слышны тихие звуки
Sukhumakānaṃ saddānaṃ nimittaṃ suggahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi sukhumake sadde atha pacchā sukhumasaddanimittārammaṇatāpi cittaṃ pavattati, evameva paṭhamaṃ oḷārikā assāsapassāsā pavattanti. and [consciousness occurs] because the sign of the faint sounds is well apprehended, well attended to, well observed; and when the faint sounds have ceased, then [277] afterwards consciousness occurs because it has the sign of the faint sounds as its object51—so too, at first gross in-breaths and out-breaths occur and [consciousness does not become distracted] и возникает сознание, потому что представление тихих звуков хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается. Когда тихие звуки стихли, после этого возникает сознание, потому что его опорой является представление тихих звуков. В случае дыхания если первые вдохи и выдохи и сознание не начинает отвлекаться, Comm. NT: 51.
Все комментарии (1)
Oḷārikānaṃ assāsapassāsānaṃ nimittaṃ suggahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi oḷārike assāsapassāse atha pacchā sukhumakā assāsapassāsā pavattanti. because the sign of the gross in-breaths and out-breaths is well apprehended, well attended to, well observed; and when the gross in-breaths and out-breaths have ceased, then afterwards faint in-breaths and out-breaths occur and [consciousness does not become distracted] потому что представление грубых вдохов и выдохов хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается; и когда грубые вдохи и выдохи стихают, то начинаются тихие вдохи и выдохи и сознание не начинает отвлекаться,
Sukhumakānaṃ assāsapassāsānaṃ nimittaṃ suggahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi sukhumake assāsapassāse atha pacchā sukhumaassāsapassāsanimittārammaṇatāpi cittaṃ na vikkhepaṃ gacchati. because the sign of the faint in-breaths and out-breaths is well apprehended, well attended to, well observed; and when the faint in-breaths and out-breaths have ceased, then afterwards consciousness does not become distracted because it has the sign of the faint in-breaths and out-breaths as its object.“ потому что представление тихих вдохов и выдохов хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается; и когда тихие вдохи и выдохи стихают, сознание не начинает отвлекаться, потому что его опорой является представление тихих вдохов и выдохов.
"Evaṃ sante vātūpaladdhiyā ca pabhāvanā hoti, assāsapassāsānañca pabhāvanā hoti, ānāpānassatiyā ca pabhāvanā hoti, ānāpānassatisamādhissa ca pabhāvanā hoti, tañca naṃ samāpattiṃ paṇḍitā samāpajjantipi vuṭṭhahantipi. That being so, there is production of awareness of wind, and there is production of in-breaths and out-breaths, and there is production of mindfulness of breathing, and there is production of concentration through mindfulness of breathing, and consequently the wise enter into and emerge from that attainment. Раз так, существует порождение отслеживания воздуха, существует порождение вдохов и выдохов, существует порождение памятования о дыхании и существует порождение сосредоточения через памятование о дыхании, и, следовательно, мудрые входят и выходят из этого достижения.
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assāsapassāsā kāyo, upaṭṭhānaṃ sati, anupassanā ñāṇaṃ, kāyo upaṭṭhānaṃ, no sati, sati upaṭṭhānañceva sati ca, tāya satiyā tena ñāṇena taṃ kāyaṃ anupassati. 185. “In-breaths and out-breaths tranquilizing the bodily formation are a body. The establishment (foundation) is mindfulness. The contemplation is knowledge. The body is the establishment (foundation), but it is not the mindfulness. Mindfulness is both the establishment (foundation) and the mindfulness. By means of that mindfulness and that knowledge he contemplates that body. Вдохи и выдохи, успокаивающие процессы телесного конструирования являются "телом": постановкой (основой) является памятование, а отслеживание является знанием; тело является постановкой (основой), но это не памятование; памятование является как постановкой (основой), так и памятованием. Путём этого памятования и знания он отслеживает это "тело".
Tena vuccati kāye kāyānupassanā satipaṭṭhānabhāvanā"ti. That is why ‘development of the foundation (establishment) of mindfulness consisting in contemplation of the body as a body’ is said” (Paṭis I 184–186). Поэтому оно называется развитием установления памятования, состоящего в отслеживании исключительно тела.
Ayaṃ tāvettha kāyānupassanāvasena vuttassa paṭhamacatukkassa anupubbapadavaṇṇanā. This, in the first place, is the consecutive word commentary here on the first tetrad, which deals with contemplation of the body. Таков здесь пословный комментарий, следующий порядку первой четвёрки, представляющей собой отслеживание тела.
222.Yasmā panettha idameva catukkaṃ ādikammikassa kammaṭṭhānavasena vuttaṃ. 186. The first tetrad is set forth as a meditation subject for a beginner;52 Первая четвёрка даётся в качестве предмета медитации для начинающих, Comm. NT: 52.
Все комментарии (1)
Itarāni pana tīṇi catukkāni ettha pattajjhānassa vedanācittadhammānupassanāvasena vuttāni. but the other three tetrads are [respectively] set forth as the contemplations of feeling, of [the manner of] consciousness, and of mental objects, for one who has already attained jhāna in this tetrad. но остальные три четвёрки, представляющие собой отслеживание ощущений, ума и явлений, предназначены для тех, кто достиг первой джханы в этой четвёрке.
Tasmā idaṃ kammaṭṭhānaṃ bhāvetvā ānāpānacatutthajjhānapadaṭṭhānāya vipassanāya saha paṭisambhidāhi arahattaṃ pāpuṇitukāmena ādikammikena kulaputtena pubbe vuttanayeneva sīlaparisodhanādīni sabbakiccāni katvā vuttappakārassa ācariyassa santike pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggahetabbaṃ. So if a clansman who is a beginner wants to develop this meditation subject, and through insight based on the fourth jhāna produced in breathing, to reach Arahantship together with the discriminations, he should first do all the work connected with the purification of virtue, etc., in the way already described, after which he should learn the meditation subject in five stages from a teacher of the kind already described. Поэтому если начинающий практикующий желает развивать этот предмет медитации и достичь архатства с толкующими знаниями через прозрение, основой которого является четвёртая джхана, порождённая памятованием о дыхании, он должен сначала выполнить всю работу, начиная с очищения нравственности, как это было описано ранее и он должен в 5 этапов изучить предмет медитации от учителя описанного ранее вида.
Tatrime pañca sandhayo uggaho, paripucchā, upaṭṭhānaṃ, appanā, lakkhaṇanti. 187. Here are the five stages: learning, questioning, establishing, absorption, characteristic. Здесь пять этапов: изучение, спрашивание, установка, поглощённость, характеристика. Я подозреваю, что эти пять этапов относятся к шагу, который в стандартной формуле предшествует 16 шагам: "Постоянно памятуя, он вдыхает, и памятуя, он...
Все комментарии (1)
Tattha uggaho nāma kammaṭṭhānassa uggaṇhanaṃ. Herein, learning is learning the meditation subject. Здесь изучение является изучением предмета медитации.
Paripucchā nāma kammaṭṭhānassa paripucchanā. Questioning is questioning about the meditation subject. Спрашивание - это задавание вопросов о предмете медитации.
Upaṭṭhānaṃ nāma kammaṭṭhānassa upaṭṭhānaṃ. Establishing is establishing the meditation subject. Установление - это установление предмета медитации.
Appanā nāma kammaṭṭhānassa appanā. Absorption [278] is the absorption of the meditation subject. Поглощённость - это поглощённость предметом медитации.
Lakkhaṇaṃ nāma kammaṭṭhānassa lakkhaṇaṃ. Characteristic is the characteristic of the meditation subject; Характеристика - это характеристика предмета медитации.
"Evaṃlakkhaṇamidaṃ kammaṭṭhāna"nti kammaṭṭhānasabhāvūpadhāraṇanti vuttaṃ hoti. what is meant is that it is the ascertaining of the meditation subject’s individual essence thus: “This meditation subject has such a characteristic. ” Это означает уточнение конкретной сущности предмета медитации следующим образом: "этот предмет медитации имеет такую характеристику."
Evaṃ pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggaṇhanto attanāpi na kilamati, ācariyampi na viheseti. 188. Learning the meditation subject in the five stages in this way, he neither tires himself nor worries the teacher. Изучив таким образом предмет медитации в пяти этапах он ни изнуряет себя ни беспокоит учителя.
Tasmā thokaṃ uddisāpetvā bahukālaṃ sajjhāyitvā evaṃ pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggahetvā ācariyassa santike vā aññatra vā pubbe vuttappakāre senāsane vasantena upacchinnakhuddakapalibodhena katabhattakiccena bhattasammadaṃ paṭivinodetvā sukhanisinnena ratanattayaguṇānussaraṇena cittaṃ sampahaṃsetvā ācariyuggahato ekapadampi asammuyhantena idaṃ ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ manasi kātabbaṃ. So in giving this meditation subject consisting in mindfulness of breathing attention, he can live either with the teacher or elsewhere in an abode of the kind already described, learning the meditation subject in the five stages thus, getting a little expounded at a time and taking a long time over reciting it. He should sever the minor impediments. After finishing the work connected with the meal and getting rid of any dizziness due to the meal, he should seat himself comfortably. Then, making sure he is not confused about even a single word of what he has learned from the teacher, he should cheer his mind by recollecting the special qualities of the Three Jewels. Уделяя внимание этому предмету медитации, состоящему в памятовании о дыхании, он может жить как вместе с учителем, так и где-либо в другом жилище описанного вида, изучая таким образом предмет медитации по пяти этапам, когда ему объясняют понемногу за раз и он посвящает много времени устному воспроизведению услышанного. Он должен устранить малые препятствия. Завершив дела, связанные с приёмом пищи и устранив сонливость после еды, он должен удобно сесть. Затем, убедившись, что в нём отсутствует недопонимание в отношении всех слов, услышанных от учителя, он должен вдохновить свой ум воспоминанием благих качеств трёх драгоценностей.
Tatrāyaṃ manasikāravidhi – 189. Here are the stages in giving attention to it: Таковы этапы направления внимания:
223.
Gaṇanā anubandhanā, phusanā ṭhapanā sallakkhaṇā; (1) counting, (2) connection, (3) touching, (4) fixing, (5) observing, (1) счёт, (2) соединение, (3) касание, (4) фиксация, (5) наблюдение
Vivaṭṭanā pārisuddhi, tesañca paṭipassanāti. (6) turning away, (7) purification, and (8) looking back on these. (6) отворачивание, (7) очищение, (8) пересмотр пройденного.
Tattha gaṇanāti gaṇanāyeva. Herein, counting is just counting, Здесь "счёт" - это просто счёт.
Anubandhanāti anuvahanā. connection is carrying on, Соединение - это продолжение.
Phusanāti phuṭṭhaṭṭhānaṃ. touching is the place touched [by the breaths], Касание - это место, с которым соприкасаются дыхания.
Ṭhapanāti appanā. fixing is absorption, Фиксация - это поглощённость.
Sallakkhaṇāti vipassanā. observing is insight, Наблюдение - это прозрение.
Vivaṭṭanāti maggo. turning away is the path, Отворачивание - это путь.
Pārisuddhīti phalaṃ. purification is fruition, Очищение - это плод.
Tesañca paṭipassanāti paccavekkhaṇā. looking back on these is reviewing. Пересмотр пройденного - это пересмотр.
Tattha iminā ādikammikena kulaputtena paṭhamaṃ gaṇanāya idaṃ kammaṭṭhānaṃ manasi kātabbaṃ. 190. 1. Herein, this clansman who is a beginner should first give attention to this meditation subject by counting. Здесь выходец из [благородной] семьи, являющийся начинающим практикующим, сперва должен направить внимание на этот предмет медитации путём счёта.
Gaṇentena ca pañcannaṃ heṭṭhā na ṭhapetabbaṃ. And when counting, he should not stop short of five И во время счёта, он не должен считать меньше пяти.
Dasannaṃ upari na netabbaṃ. or go beyond ten Выше десяти заходить также не следует.
Antarā khaṇḍaṃ na dassetabbaṃ. or make any break in the series. Не нужно делать разрывов в порядке счёта.
Pañcannaṃ heṭṭhā ṭhapentassa hi sambādhe okāse cittuppādo vipphandati sambādhe vaje sanniruddhagogaṇo viya. By stopping short of five his thoughts get excited in the cramped space, like a herd of cattle shut in a cramped pen. Останавливаясь на числе дыханий меньше пяти его мысли возбуждаются как в переполненном пространстве, подобно стаду домашних животных, запертых в переполненном загоне.
Dasannampi upari nentassa gaṇananissitako cittuppādo hoti. By going beyond ten his thoughts take the number [rather than the breaths] for their support. При превышении десяти мысли в качестве опоры принимают число (вместо дыханий).
Antarā khaṇḍaṃ dassentassa "sikhāppattaṃ nu kho me kammaṭṭhānaṃ, no"ti cittaṃ vikampati. By making a break in the series he wonders if the meditation subject has reached completion or not. Делая перерыв в порядке счёта он гадает достиг ли предмет медитации завершения или нет.
Tasmā ete dose vajjetvā gaṇetabbaṃ. So he should do his counting without those faults. Он должен выполнять счёт без этих недостатков.
Gaṇentena ca paṭhamaṃ dandhagaṇanāya dhaññamāpakagaṇanāya gaṇetabbaṃ. 191. When counting, he should at first do it slowly [that is, late] as a grain measurer does. В процессе счёта он сначала должен считать медленно (т.е. поздно) как это делает счетовод зерна.
Dhaññamāpako hi nāḷiṃ pūretvā "eka"nti vatvā okirati. For a grain measurer, having filled his measure, says “One,” and empties it, Потому что счетовод зерна, наполнив мерку, говорит "один" и опрокидывает её.
Puna pūrento kiñci kacavaraṃ disvā taṃ chaḍḍento "ekaṃ eka"nti vadati. and then refilling it, he goes on saying ‘”One, one” while removing any rubbish he may have noticed. Затем, наполняя её, он продолжает говорить "один, один", удаляя весь мусор, который он заметил.
Esa nayo dve dvetiādīsu. And the same with “Two, two” and so on. То же самое с "два, два" и т.д.
Evameva imināpi assāsapassāsesu yo upaṭṭhāti, taṃ gahetvā "ekaṃ eka"nti ādiṃ katvā yāva "dasa dasā"ti pavattamānaṃ pavattamānaṃ upalakkhetvāva gaṇetabbaṃ. So, taking the in-breath or the out-breath, whichever appears [most plainly], he should begin with “One, one” [279] and count up to “Ten, ten,” noting each as it occurs. Поэтому, взяв вдох или выдох, что из этого оказалось [наиболее явным], он должен начинать с "один, один" и дальше считать "десять, десять", отмечая каждый раз как происходит [выбранное событие]. В современной литературе это объясняется как просто отмечание один раз после события: (вдох закончился) "один", (следующий вдох закончился) "один". Ил...
Все комментарии (2)
Tassa evaṃ gaṇayato nikkhamantā ca pavisantā ca assāsapassāsā pākaṭā honti. 192. As he does his counting in this way, the in-breaths and out-breaths become evident to him as they enter in and issue out. По мере того как он этим способом считает, вдохи и выдохи становятся для него заметны по мере того, как они входят и выходят. Выше сказано "выбрать вдох ИЛИ выдох", но здесь сказано, очевидны вдохи И выдохи. Следовательно тут речь о схеме (вдох закончился) "один", (выдох зако...
Все комментарии (1)
Athānena taṃ dandhagaṇanaṃ dhaññamāpakagaṇanaṃ pahāya sīghagaṇanāya gopālakagaṇanāya gaṇetabbaṃ. Then he can leave off counting slowly (late), like a grain measurer, and he can count quickly [that is, early] as a cowherd does. Затем он может оставить медленный (поздний счёт), подобно счетоводу зерна, и начать считать быстро (т.е. рано) как пастух.
Cheko hi gopālako sakkharādayo ucchaṅgena gahetvā rajjudaṇḍahattho pātova vajaṃ gantvā gāvo piṭṭhiyaṃ paharitvā palighatthambhamatthake nisinno dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva gāviṃ ekā dveti sakkharaṃ khipitvā gaṇeti. For a skilled cowherd takes pebbles in his pocket and goes to the cow pen in the morning, whip in hand; sitting on the bar of the gate, prodding the cows in the back, he counts each one as it reaches the gate, saying “One, two,” dropping a pebble for each. Ведь умелый пастух наполняет карман камешками и поутру идёт в загон для коров с хлыстом в руке. Сидя на перекладине ворот, шлёпая коров по спине он считает каждую в момент, когда она доходит до ворот, говоря "один, два", бросая камушек по мере прохождения каждой.
Tiyāmarattiṃ sambādhe okāse dukkhaṃ vutthagogaṇo nikkhamanto nikkhamanto aññamaññaṃ upanighaṃsanto vegena vegena puñjapuñjo hutvā nikkhamati. And the cows of the herd, which have been spending the three watches of the night uncomfortably in the cramped space, come out quickly in parties, jostling each other as they escape. И коровы в стаде, проведшие три ночные стражи в неудобстве скученного пространства, быстро выходят группами, давясь друг с другом по мере выхода из загона.
So vegena vegena "tīṇi cattāri pañca dasā"ti gaṇetiyeva, evamimassāpi purimanayena gaṇayato assāsapassāsā pākaṭā hutvā sīghaṃ sīghaṃ punappunaṃ sañcaranti. So he counts quickly (early) “Three, four, five” and so up to ten. In this way the in-breaths and out-breaths, which had already become evident to him while he counted them in the former way, now keep moving along quickly. Поэтому он считает быстро (рано) "три, четыре, пять". Таким образом вдохи и выдохи, уже ставшие для него очевидными, когда он считал их первым способом, теперь продолжают идти быстро.
Tatonena "punappunaṃ sañcarantī"ti ñatvā anto ca bahi ca agahetvā dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva gahetvā "eko dve tīṇi cattāri pañca cha. 193. Then, knowing that they keep moving along quickly, not apprehending them either inside or outside [the body], but apprehending them just as they reach the [nostril] door, Затем, зная, что они идут быстро, не отслеживая их внутри или снаружи [тела], но отслеживая их как только они достигают врат [ноздрей],
Eko dve tīṇi cattāri pañca cha satta - pe - aṭṭha, nava, dasā"ti sīghaṃ sīyaṃ gaṇetabbameva. he can do his counting quickly (early): “One, two, three, four, five; one, two, three, four, five, six … seven … eight … nine … ten.” он может считать быстро (рано) "один, два, три, четыре, пять, один, два, три, четыре, пять, шесть... семь... восемь... девять... десять."
Gaṇanapaṭibaddhe hi kammaṭṭhāne gaṇanabaleneva cittaṃ ekaggaṃ hoti, arittupatthambhanavasena caṇḍasote nāvāṭṭhapanamiva. For as long as the meditation subject is connected with counting it is with the help of that very counting that the mind becomes unified, just as a boat in a swift current is steadied with the help of a rudder. Ведь по мере того как предмет медитации связан со счётом, именно с помощью этого самого счёта ум собирается, подобно кораблю в быстром течении, который удерживают с помощью руля.
Tassevaṃ sīghaṃ sīghaṃ gaṇayato kammaṭṭhānaṃ nirantaraṃ pavattaṃ viya hutvā upaṭṭhāti. 194. When he counts quickly, the meditation subject becomes apparent to him as an uninterrupted process. Когда он считает быстро, предмет медитации становится для него очевидным как непрерывный процесс.
Atha nirantaraṃ pavattatīti ñatvā anto ca bahi ca vātaṃ apariggahetvā purimanayeneva vegena vegena gaṇetabbaṃ. Then, knowing that it is proceeding uninterruptedly, he can count quickly (early) in the way just described, not discerning the wind either inside or outside [the body]. Затем, зная, что он идёт непрерывно, он может считать быстро уже описанным способом, не отслеживая воздух вне или внутри [тела].
Anto pavisanavātena hi saddhiṃ cittaṃ pavesayato abbhantaraṃ vātabbhāhataṃ medapūritaṃ viya hoti. For by bringing his consciousness inside along with the incoming breath, it seems as if it were buffeted by the wind inside or filled with fat.53 Потому что привнося свой ум внутрь вместе с входящим дыханием, он выглядит как будто потрясаем ветром внутри или наполнен жиром. Comm. NT: 53. No further explanation is given.
Все комментарии (1)
Bahi nikkhamanavātena saddhiṃ cittaṃ nīharato bahiddhā puthuttārammaṇe cittaṃ vikkhipati. By taking his consciousness outside along with the outgoing breath, it gets distracted by the multiplicity of objects outside. Перенося свой ум наружу с выходящим дыханием, он страдает от отвлечений, создаваемых множеством внешних опор.
Phuṭṭhaphuṭṭhokāse pana satiṃ ṭhapetvā bhāventasseva bhāvanā sampajjati. However, his development is successful when he fixes his mindfulness on the place touched [by the breaths]. Однако его практика достигает успеха, когда он фиксирует своё памятование на месте касания [дыханий с телом].
Tena vuttaṃ "anto ca bahi ca vātaṃ apariggahetvā purimanayeneva vegena vegena gaṇetabba"nti. That is why it was said above: “He can count quickly (early) in the way just described, not discerning the wind either inside or outside. ” Вот почему выше было сказано: "Он может считать быстро (рано) вышеописанным образом, не отслеживая воздух внутри или снаружи".
Kīvaciraṃ panetaṃ gaṇetabbanti? 195. But how long is he to go on counting? Но как долго он должен продолжать счёт?
Yāva vinā gaṇanāya assāsapassāsārammaṇe sati santiṭṭhati. Until, without counting, [280] mindfulness remains settled on the in-breaths and out-breaths as its object. До момента, когда без счёта памятование удерживается на вдохах и выдохах как опоре.
Bahivisaṭavitakkavicchedaṃ katvā assāsapassāsārammaṇe satisaṇṭhāpanatthaṃyeva hi gaṇanāti. For counting is simply a device for setting mindfulness on the in-breaths and out- breaths as object by cutting off the external dissipation of applied thoughts. Ведь счёт является лишь средством для установления памятования на вдохах и выдохах как опоре, путём отсечения внешнего рассеивания мышления.
224.Evaṃ gaṇanāya manasi katvā anubandhanāya manasi kātabbaṃ. 196. 2. Having given attention to it in this way by counting, he should now do so by connection. Направив на него внимание таким образом путём счёта, он теперь должен направлять внимание путём соединения.
Anubandhanā nāma gaṇanaṃ paṭisaṃharitvā satiyā nirantaraṃ assāsapassāsānaṃ anugamanaṃ. Connection is the uninterrupted following of the in-breaths and out-breaths with mindfulness after counting has been given up. Соединение - это непрерывное следование с памятованием за вдохами и выдохами после того, как счёт был отброшен.
Tañca kho na ādimajjhapariyosānānugamanavasena. And that is not by following after the beginning, the middle and the end. 54 И это не является следованием за началом, серединой и концом. Comm. NT: 54. Эта сноска переведена на русский, см. по ссылке.
Все комментарии (1)
Bahinikkhamanavātassa hi nābhi ādi, hadayaṃ majjhaṃ, nāsikaggaṃ pariyosānaṃ. 197. The navel is the beginning of the wind issuing out, the heart is its middle and the nose-tip is its end. Пупок является началом исходящего воздуха, сердце является его серединой и кончик носа концом. Это вроде бы как и есть "тело дыхания", о котором речь на третьем шаге.
Все комментарии (1)
Abbhantaraṃ pavisanavātassa nāsikaggaṃ ādi, hadayaṃ majjhaṃ nābhi pariyosānaṃ. The nose-tip is the beginning of the wind entering in, the heart is its middle and the navel is its end. Кончик носа является началом входящего воздуха, сердце - серединой, а пупок - концом.
Tañcassa anugacchato vikkhepagataṃ cittaṃ sāraddhāya ceva hoti iñjanāya ca. And if he follows after that, his mind is distracted by disquiet and perturbation И если он следует за этим, его ум отвлекается беспокойством и волнением.
Yathāha – according as it is said:
"Assāsādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchato ajjhattaṃ vikkhepagatena cittena kāyopi cittampi sāraddhā ca honti iñjitā ca phanditā ca. “When he goes in with mindfulness after the beginning, middle, and end of the in- breath, his mind being distracted internally, both his body and his mind are disquieted and perturbed and shaky.
Passāsādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchato bahiddhā vikkhepagatena cittena kāyopi cittampi sāraddhā ca honti iñjitā ca phanditā cā"ti (paṭi. ma. 1.157). When he goes out with mindfulness after the beginning, middle and end of the out-breath, his mind being distracted externally, both his body and his mind are disquieted and perturbed and shaky” (Paṭis I 165).
Tasmā anubandhanāya manasikarontena ādimajjhapariyosānavasena na manasi kātabbaṃ. 3–4. So when he gives his attention to it by connection, he should do so not by the beginning, middle and end, Поэтому когда он направляет своё внимание них путём соединения, он не должен прибегать к началу, середине и концу.
Apica kho phusanāvasena ca ṭhapanāvasena ca manasi kātabbaṃ. but rather by touching and by fixing. Он должен направлять внимание посредством касания и фиксации.
Gaṇanānubandhanāvasena viya hi phusanāṭhapanāvasena visuṃ manasikāro natthi. 198. There is no attention to be given to it by touching separate from fixing as there is by counting separate from connection. Не следует направлять на него внимание путём касания отдельного от фиксации, как практикуется счёт отдельно от соединения.
Phuṭṭhaphuṭṭhaṭṭhāneyeva pana gaṇento gaṇanāya ca phusanāya ca manasi karoti. But when he is counting the breaths in the place touched by each, he is giving attention to them by counting and touching. Но когда он считает дыхания в месте, где касаются оба, он направляет внимание на них путём счёта и касания.
Tattheva gaṇanaṃ paṭisaṃharitvā te satiyā anubandhanto, appanāvasena ca cittaṃ ṭhapento anubandhanāya ca phusanāya ca ṭhapanāya ca manasi karotīti vuccati. When he has given up counting and is connecting them by means of mindfulness in that same place and fixing consciousness by means of absorption, then he is said to be giving his attention to them by connection, touching and fixing. Когда он оставил счёт и соединяет их путём памятования в том же месте и фиксации ума путём поглощённости, тогда он называется практикующим, направляющим внимание на них путём соединения, касания и фиксации.
Svāyamattho aṭṭhakathāsu vuttapaṅguḷadovārikūpamāhi paṭisambhidāyaṃ vuttakakacūpamāya ca veditabbo. And the meaning of this may be understood through the similes of the man who cannot walk and the gatekeeper given in the commentaries, and through the simile of the saw given in the Paṭisambhidā. И смысл этого можно понять с помощью метафор о человеке, не способном ходить, и привратнике, даваемом в комментариях, а также с помощью метафоры с пилой, даваемой в Патисамбхидамагге.
225.Tatrāyaṃ paṅguḷopamā – seyyathāpi paṅguḷo dolāya kīḷataṃ mātāputtānaṃ dolaṃ khipitvā tattheva dolāthambhamūle nisinno kamena āgacchantassa ca gacchantassa ca dolāphalakassa ubho koṭiyo majjhañca passati, na ca ubhokoṭimajjhānaṃ dassanatthaṃ byāvaṭo hoti, evamevāyaṃ bhikkhu sativasena upanibandhanathambhamūle ṭhatvā assāsapassāsadolaṃ khipitvā tattheva nimitte satiyā nisīdanto kamena āgacchantānañca gacchantānañca phuṭṭhaṭṭhāne assāsapassāsānaṃ ādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchanto tattha ca cittaṃ ṭhapento passati, na ca tesaṃ dassanatthaṃ byāvaṭo hoti, ayaṃ paṅguḷopamā. 199. Here is the simile of the man who cannot walk: Just as a man unable to walk, who is rocking a swing for the amusement of his children and their mother, sits at the foot of the swing post and sees both ends and the middle of the swing plank successively coming and going, [281] yet does not move from his place in order to see both ends and the middle, so too, when a bhikkhu places himself with mindfulness, as it were, at the foot of the post for anchoring [mindfulness] and rocks the swing of the in-breaths and out-breaths; he sits down with mindfulness on the sign at that same place, and follows with mindfulness the beginning, middle and end of the in-breaths and out-breaths at the place touched by them as they come and go; keeping his mind fixed there, he then sees them without moving from his place in order to see them. This is the simile of the man who cannot walk. Вот что представляет собой метафора с человеком, не способным ходить: Подобно человеку, не способному ходить, раскачивающему качели для развлечения своих детей и их матери, который сидит у подножия столба качелей и видит оба края и середину сиденья качелей, последовательно уходящего и приходящего, при всём при этом не сходя со своего места, чтобы увидеть оба конца и середину, так и монах, ставит себя с памятованием к подножию столба для закрепления памятования и раскачивает качели вдохов и выдохов. Он садится с памятованием о представлении в том самом месте и с памятованием следует за началом, серединой и концом вдохов и выдохов в том месте, где они касаются по мере прихода и ухода. Удерживая ум зафиксированным в том месте, он затем видит их без ухода со своего места, чтобы разглядеть их. Такова метафора с человеком, не способным ходить. Здесь не совсем понятно. Выше на этапе "соединение" сказано, что за началом, серединой и концом следовать не нужно. А здесь нужно. Получается, это нек...
Все комментарии (1)
226.Ayaṃ pana dovārikūpamā – seyyathāpi dovāriko nagarassa anto ca bahi ca purise "ko tvaṃ, kuto vā āgato, kuhiṃ vā gacchasi, kiṃ vā te hatthe"ti na vīmaṃsati. 200. This is the simile of the gatekeeper: Just as a gatekeeper does not examine people inside and outside the town, asking, “Who are you? Where have you come from? Where are you going? What have you got in your hand?” Такова метафора с привратником: подобно тому, как привратник не допрашивает людей внутри и вне города вопросами "Ты кто? Ты откуда? Куда идёшь? Что у тебя в руке?".
Na hi tassa te bhārā, dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva pana vīmaṃsati, evameva imassa bhikkhuno antopaviṭṭhavātā ca bahinikkhantavātā ca na bhārā honti, dvārappattā dvārappattāyeva bhārāti ayaṃ dovārikūpamā. —for those people are not his concern—but he does examine each man as he arrives at the gate, so too, the incoming breaths that have gone inside and the outgoing breaths that have gone outside are not this bhikkhu’s concern, but they are his concern each time they arrive at the [nostril] gate itself. Ведь до этих людей ему нет дела, но он допрашивает каждого человека, когда он входит в ворота. Так и здесь, вдохи, вошедшие внутрь и выдохи, вышедшие наружу, не являются предметом заботы монаха, но монаху есть до них дело каждый раз, когда они приходят к вратам [ноздрей].
227.Kakacūpamā pana ādito paṭṭhāya evaṃ veditabbā. 201. Then the simile of the saw should be understood from its beginning. Затем метафору с пилой следует понимать с самого начала.
Vuttañhetaṃ – For this is said: Ведь сказано так:
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Ajānato ca tayo dhamme, bhāvanā nupalabbhati. By one who knows not these three things Development is not obtained.
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Jānato ca tayo dhamme, bhāvanā upalabbhatī"ti. (paṭi. ma. 1.159); By one who does know these three things Development can be obtained. ”
"Kathaṃ ime tayo dhammā ekacittassa ārammaṇā na honti, na cime tayo dhammā aviditā honti, na ca cittaṃ vikkhepaṃ gacchati, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhi gacchati? 202. “How is it that these three things are not the object of a single consciousness, that they are nevertheless not unknown, that the mind does not become distracted, that he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect?“ "Как так может быть, что та тройка не является опорой одного момента ума, и тем не менее они не являются неизвестными, ум не рассеивается, он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата? Тройка: соединение, касание и фиксация. Всё это объяснение можно опустить.
Все комментарии (1)
Seyyathāpi rukkho same bhūmibhāge nikkhitto, tamenaṃ puriso kakacena chindeyya. Suppose there were a tree trunk placed on a level piece of ground, and a man cut it with a saw. Представим, что есть ствол дерева, положенный на ровную землю, и человек пилит его пилой.
Rukkhe phuṭṭhakakacadantānaṃ vasena purisassa sati upaṭṭhitā hoti, na āgate vā gate vā kakacadante manasi karoti, na āgatā vā gatā vā kakacadantā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati. The man’s mindfulness is established by the saw’s teeth where they touch the tree trunk, without his giving attention to the saw’s teeth as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so; and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. Памятование человека установлено на зубья пилы, где они касаются ствола, он не уделяет внимание зубьям пилы как они приближаются и уходят, хотя такое их движение не является для него неизвестным. Он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата.
"Yathā rukkho same bhūmibhāge nikkhitto, evaṃ upanibandhanānimittaṃ. As the tree trunk placed on the level piece of ground, so the sign for the anchoring of mindfulness. Как ствол дерева лежит на ровной поверхности земли, так и представление для закрепления памятования.
Yathā kakacadantā, evaṃ assāsapassāsā. As the saw’s teeth, so the in-breaths and out-breaths. Как у пилы есть зубья, так и вдохи и выдохи.
Yathā rukkhe phuṭṭhakakacadantānaṃ vasena purisassa sati upaṭṭhitā hoti, na āgate vā gate vā kakacadante manasi karoti, na āgatā vā gatā vā kakacadantā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati, evameva bhikkhu nāsikagge vā mukhanimitte vā satiṃ upaṭṭhapetvā nisinno hoti, na āgate vā gate vā assāsapassāse manasi karoti, na ca āgatā vā gatā vā assāsapassāsā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati. As the man’s mindfulness, established by the saw’s teeth where they touch the tree trunk, without his giving attention to the saw’s teeth as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so, and so he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect, [282] so too, the bhikkhu sits, having established mindfulness at the nose tip or on the upper lip, without giving attention to the in-breaths and out-breaths as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so, and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. Как у человека памятование, установленное у зубьев пилы, где они касаются ствола дерева, не направляя внимание на зубья пилы, как они подходят и уходят, хотя такие их движение не является для него неизвестным, и так он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата. Так и монах садится, устанавливает памятование на кончике носа или верхней губе, не направляя внимание на вдохи и выдохи, как они подходят и уходят, хотя такое их движение не является для него неизвестным, и так он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата.
"Padhānanti katamaṃ padhānaṃ? 203.“‘Effort’: what is the effort? "Усилие" - что это за усилие?
Āraddhavīriyassa kāyopi cittampi kammaniyaṃ hoti, idaṃ padhānaṃ. The body and the mind of one who is energetic become wieldy—this is the effort. Тело и ум того, кто обладает безустанным усердием, становится податливым, об этом усилии речь.
Katamo payogo? What is the task? Что за задача?
Āraddhavīriyassa upakkilesā pahīyanti, vitakkā vūpasamanti, ayaṃ payogo. Imperfections come to be abandoned in one who is energetic, and his applied thoughts are stilled—this is the task. В том, кто обладает безустанным усердием, загрязнения устраняются и его рассуждение успокаивается - такова задача.
Katamo viseso? What is the effect? Каков результат?
Āraddhavīriyassa saṃyojanā pahīyanti, anusayā byantī honti, ayaṃ viseso. Fetters come to be abandoned in one who is energetic, and his inherent tendencies come to be done away with—this is the effect. В том, кто обладает безустанным усердием, устраняются оковы и с его предрасположенностями становится покончено - таков результат.
Evaṃ ime tayo dhammā ekacittassa ārammaṇā na honti, na cime tayo dhammā aviditā honti, na ca cittaṃ vikkhepaṃ gacchati, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati (paṭi. ma. 1.159). “So these three things are not the object of a single consciousness, and they are nevertheless not unknown, and the mind does not become distracted, and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. "Поэтому эти три вещи не являются опорой одного момента ума и они тем не менее не являются неизвестными и ум не рассеивается и он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата.
"Ānāpānassati yassa, paripuṇṇā subhāvitā; “Whose mindfulness of breathing in And out is perfect, well developed,
Anupubbaṃ paricitā, yathā buddhena desitā; And gradually brought to growth According as the Buddha taught,
So imaṃ lokaṃ pabhāseti, abbhā muttova candimā"ti. (paṭi. ma. 1.160); ’Tis he illuminates the world Just like the full moon free from cloud”55 Comm. NT: 55. Paṭis I 170–72; last line Dhp 172; whole verse Th 548.
Все комментарии (1)
Ayaṃ kakacūpamā. This is the simile of the saw. Такова метафора с пилой. Отсюда продолжаем.
Все комментарии (1)
Idha panassa āgatāgatavasena amanasikāramattameva payojananti veditabbaṃ. But here it is precisely his not giving attention [to the breaths] as [yet to] come and [already] gone56 that should be understood as the purpose. Но здесь целью следует понимать именно то, что он не направляет внимание на те [дыхания], которые ещё не пришли и уже ушли. Comm. NT: 56. Reading āgata-gata-vasena with Vism-mhṭ 271.
Все комментарии (1)
228.Idaṃ kammaṭṭhānaṃ manasikaroto kassaci na cireneva nimittañca uppajjati, avasesajhānaṅgapaṭimaṇḍitā appanāsaṅkhātā ṭhapanā ca sampajjati. 204. When someone gives his attention to this meditation subject, sometimes it is not long before the sign arises in him, and then the fixing, in other words, absorption adorned with the rest of the jhāna factors, is achieved. Когда некто направляет своё внимание на предмет медитации иногда через недолгий период времени у него появляется представление и тогда достигается фиксация, другими словами поглощённость с остальными её факторами.
Kassaci pana gaṇanāvaseneva manasikārakālato pabhuti anukkamato oḷārikaassāsapassāsanirodhavasena kāyadarathe vūpasante kāyopi cittampi lahukaṃ hoti, sarīraṃ ākāse laṅghanākārappattaṃ viya hoti. 205. After someone has given his attention to counting, both body and mind become light as though the body would leap up into the air. После того, как некто направил внимание на счёт, тело и ум становятся лёгкими как будто тело готово взлететь в воздух. В Висуддхимагге дост. Нянамоли часть этого предложения опущена. Я дополнил недостающее из книги "памятование о дыхании" того же автора.
Все комментарии (1)
Yathā sāraddhakāyassa mañce vā pīṭhe vā nisīdato mañcapīṭhaṃ onamati, vikūjati, paccattharaṇaṃ valiṃ gaṇhāti. Just as when a body that is disturbed sits down on a bed or chair, the bed or chair sags down and creaks and the cover gets rumpled, Подобно тому, как возбуждённое тело садится на кровать или стул и кровать или стул сгибаются вниз, скрипят и покрывало сминается
Asāraddhakāyassa pana nisīdato neva mañcapīṭhaṃ onamati, na vikūjati, na paccattharaṇaṃ valiṃ gaṇhāti, tūlapicupūritaṃ viya mañcapīṭhaṃ hoti. but when a body that is not disturbed sits down, the bed or chair neither sags down nor creaks, the cover does not get rumpled, and it is as though filled with cotton wool— но когда невозбуждённое тело садится, кровать или стул ни сгибаются ни скрипят, покрывало не сминается и это как будто оно (тело) наполнено хлопковой пряжей.
Kasmā? why? Почему?
Yasmā asāraddho kāyo lahuko hoti. because a body that is not disturbed is light— Потому что невозбуждённое тело - лёгкое.
Evameva gaṇanāvasena manasikārakālato pabhuti anukkamato oḷārikaassāsapassāsanirodhavasena kāyadarathe vūpasante kāyopi cittampi lahukaṃ hoti, sarīraṃ ākāse laṅghanākārappattaṃ viya hoti. so too, after he has given his attention to counting, when the bodily disturbance has been stilled by the gradual cessation of gross in-breaths and out-breaths, then both the body and the mind become light: the physical body is as though it were ready to leap up into the air. [283] Поэтому когда он направил внимание на счёт, когда телесное возбуждение успокоено постепенным прекращением грубых вдохов и выдохов, тело и ум становятся лёгкими, физическое тело становится как будто оно готово взлететь в воздух.
Tassa oḷārike assāsapassāse niruddhe sukhumassāsapassāsanimittārammaṇaṃ cittaṃ pavattati. 206. When his gross in-breaths and out breaths have ceased, his consciousness occurs with the sign of the subtle in-breaths and out-breaths as its object. Когда грубые вдохи выдохи прекратились, возникает момент ума с представлением тонких вдохов и выдохов в качестве опоры.
Tasmimpi niruddhe aparāparaṃ tato sukhumataraṃ sukhumataraṃ nimittārammaṇaṃ pavattatiyeva. And when that has ceased, it goes on occurring with the successively subtler signs as its object. И когда они прекратились, он продолжает возникать с постепенно более тонкими представлениями в качестве опоры.
Kathaṃ? How? Как?
Yathā puriso mahatiyā lohasalākāya kaṃsathālaṃ ākoṭeyya, ekappahārena mahāsaddo uppajjeyya, tassa oḷārikasaddārammaṇaṃ cittaṃ pavatteyya. 207. Suppose a man stuck a bronze bell with a big iron bar and at once a loud sound arose, his consciousness would occur with the gross sound as its object; Как человек ударил бронзовый колокол большой железной палкой и сразу возник громкий звук, его момент ума возникнет вместе с грубым звуком в качестве опоры.
Niruddhe oḷārike sadde atha pacchā sukhumasaddanimittārammaṇaṃ, tasmimpi niruddhe aparāparaṃ tato sukhumataraṃ sukhumataraṃ saddanimittārammaṇaṃ pavattateva, evanti veditabbaṃ. then, when the gross sound had ceased, it would occur afterwards with the sign of the subtle sound as its object; and when that had ceased, it would go on occurring with the sign of the successively subtler sounds as its object. This is how it should be understood. Затем, когда грубый звук прекратился, он возникнет в дальнейшем с представлением утончённого звука в качестве опоры, а когда и тот прекратился, он будет возникать с представлением постепенно более тонких звуков в качестве опоры.
Vuttampicetaṃ – "seyyathāpi kaṃse ākoṭite"ti (paṭi. ma. 1.171) vitthāro. And this is given in detail in the passage beginning, “Just as when a metal gong is struck” (§184). И это подробно объясняется во фрагменте, начинающемся с "подобно тому, как ударили по железному гонгу".
229.Yathā hi aññāni kammaṭṭhānāni uparūpari vibhūtāni honti, na tathā idaṃ. 208.For while other meditation subjects become clearer at each higher stage, this one does not: Ведь хотя остальные предметы медитации становятся яснее на каждой более высокой стадии, этот не становится.
Idaṃ pana uparūpari bhāventassa sukhumattaṃ gacchati, upaṭṭhānampi na upagacchati, evaṃ anupaṭṭhahante pana tasmiṃ tena bhikkhunā uṭṭhāyāsanā cammakhaṇḍaṃ papphoṭetvā na gantabbaṃ. in fact, as he goes on developing it, it becomes more subtle for him at each higher stage, and it even comes to the point at which it is no longer manifest. However, when it becomes unmanifest in this way, the bhikkhu should not get up from his seat, shake out his leather mat, and go away. Фактически, по мере совершенствования он становится для него всё более утончённым на каждой последующей стадии и даже доходит до момента, когда более не проявляется. Однако когда он становится непроявленным таким образом, монах не должен вставать со своего места, трясти свой кожаный коврик и уходить.
Kiṃ kātabbaṃ? What should be done? Что нужно делать?
"Ācariyaṃ pucchissāmī"ti vā, "naṭṭhaṃ dāni me kammaṭṭhāna"nti vā na vuṭṭhātabbaṃ. He should not get up with the idea “Shall I ask the teacher? ” or “Is my meditation subject lost?”; Он не должен вставать с места с мыслью "Пойду-ка я спрошу учителя" или "Мой предмет медитации утерян".
Iriyāpathaṃ vikopetvā gacchato hi kammaṭṭhānaṃ navanavameva hoti. for by going away, and so disturbing his posture, the meditation subject has to be started anew. Ведь из-за ухода и нарушения своей позы предмет медитации придётся начинать развивать заново.
Tasmā yathānisinneneva desato āharitabbaṃ. So he should go on sitting as he was and [temporarily] substitute the place [normally touched for the actual breaths as the object of contemplation]. 57 Поэтому он должен продолжать сидеть как раньше и [временно] изменить место [обычно касаемое реальными дыханиями как предмет медитации]. Comm. NT: 57. The point made here is that if the breaths themselves get temporarily too faint to be observed, he should carry on by observing the tip ...
Все комментарии (1)
Tatrāyaṃ āharaṇūpāyo, tena hi bhikkhunā kammaṭṭhānassa anupaṭṭhānabhāvaṃ ñatvā iti paṭisañcikkhitabbaṃ, ime assāsapassāsā nāma kattha atthi, kattha natthi. 209. These are the means for doing it. The bhikkhu should recognize the unmanifest state of the meditation subject and consider thus: “Where do these in-breaths and out-breaths exist? Where do they not? Таков способ сделать это. Монах должен осознать непроявляющееся состояние предмета медитации и подумать: "Где присутствуют эти вдохи и выдохи? Где их нет?
Kassa vā atthi, kassa vā natthīti. In whom do they exist? In whom not?” В ком они присутствуют? В ком нет?
Athevaṃ paṭisañcikkhatā ime antomātukucchiyaṃ natthi, udake nimuggānaṃ natthi, tathā asaññībhūtānaṃ, matānaṃ, catutthajjhānasamāpannānaṃ, rūpārūpabhavasamaṅgīnaṃ, nirodhasamāpannānanti ñatvā evaṃ attanāva attā paṭicodetabbo "nanu tvaṃ, paṇḍita, neva mātukucchigato, na udake nimuggo, na asaññībhūto, na mato, na catutthajjhānasamāpanno, na rūpārūpabhavasamaṅgī, na nirodhasamāpanno. Then, as he considers thus, he finds that they do not exist in one inside the mother’s womb, or in those drowned in water, or likewise in unconscious beings,58 or in the dead, or in those attained to the fourth jhāna, or in those born into a fine-material or immaterial existence, or in those attained to cessation [of perception and feeling]. So he should apostrophize himself thus: “You with all your wisdom are certainly not inside a mother’s womb or drowned in water or in the unconscious existence or dead or attained to the fourth jhāna or born into the fine-material or immaterial existence or attained to cessation. Затем, когда он так думает, он обнаруживает, что они не существуют в утробе матери или у тех, кто погрузился в воду или также у существ, не имеющих распознавания, у мёртвых, у вошедших в четвёртый уровень поглощённости или у тех, кто родился в мире тонких форм или бесформенном мире, или у тех, кто вошёл в состояние прекращения [распознавания и ощущения]. Поэтому он должен себя подстегнуть: "Ты со своей мудростью уж точно не в чреве матери, не погрузился в воду, не находишься не уровне нераспознающих [брахм], не мёртв, ни вошёл в четвёртую поглощённость, ни родился в мире тонких форм или в бесформенном мире, не вошёл в состояние прекращения. Comm. NT: 58. Those born in the world of unconscious beings in the fine-material Brahmā world (D I 28).
Все комментарии (1)
Atthiyeva te assāsapassāsā, mandapaññatāya pana pariggahetuṃ na sakkosī"ti. Those in-breaths and out-breath are actually existent in you, only you are not able to discern them because your understanding is dull.” Эти вдохи и выдохи в реальности существуют в тебе, ты лишь только не способен различить, поскольку твоё понимание затемнено."
Athānena pakatiphuṭṭhavasena cittaṃ ṭhapetvā manasikāro pavattetabbo. Then, fixing his mind on the place normally touched [by the breaths], he should proceed to give his attention to that. Затем, фиксируя ум на месте, в котором обычно дыхания касаются [носа] он должен продолжать направлять на это внимание.
Ime hi dīghanāsikassa nāsāpuṭaṃ ghaṭṭentā pavattanti. 210. These in-breaths and out-breaths occur striking the tip of the nose in a long-nosed man [284] Эти вдохи и выдохи происходят ударяя кончик носа у человека с длинным носом
Rassanāsikassa uttaroṭṭhaṃ. and the upper lip in a short-nosed man. и верхнюю губу у человека с коротким носом.
Tasmānena imaṃ nāma ṭhānaṃ ghaṭṭentīti nimittaṃ ṭhapetabbaṃ. So he should fix the sign thus: “This is the place where they strike.” Поэтому он должен зафиксировать представление следующим образом: "Это место, где они ударяют". также см. тут https://tipitaka.theravada.su/view.php?ContentID=271108
Все комментарии (1)
Imameva hi atthavasaṃ paṭicca vuttaṃ bhagavatā – "nāhaṃ, bhikkhave, muṭṭhasatissa asampajānassa ānāpānassatibhāvanaṃ vadāmī"ti (ma. ni. 3.149; saṃ. ni. 5.992). This was why the Blessed One said: “Bhikkhus, I do not say of one who is forgetful, who is not fully aware, [that he practices] development of mindfulness of breathing” (M III 84). Вот почему Благословенный сказал: "Монахи, я не знаю ни одного забывчивого и не осознающего, который практикует развитие памятования о дыхании".
230.Kiñcāpi hi yaṃkiñci kammaṭṭhānaṃ satassa sampajānasseva sampajjati. 211. Although any meditation subject, no matter what, is successful only in one who is mindful and fully aware, Хотя любой предмет медитации, не важно какой, практикуется успешно только тем, кто памятующ и осознаёт.
Ito aññaṃ pana manasikarontassa pākaṭaṃ hoti. yet any meditation subject other than this one gets more evident as he goes on giving it his attention. Однако любой предмет медитации помимо этого становится более очевиден по мере того, как практикующий продолжает направлять своё внимание.
Idaṃ pana ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ garukaṃ garukabhāvanaṃ buddhapaccekabuddhabuddhaputtānaṃ mahāpurisānaṃyeva manasikārabhūmibhūtaṃ, na ceva ittaraṃ, na ca ittarasattasamāsevitaṃ. But this mindfulness of breathing is difficult, difficult to develop, a field in which only the minds of Buddhas, Paccekabuddhas, and Buddhas’ sons are at home. It is no trivial matter, nor can it be cultivated by trivial persons. Но это памятование о дыхании является трудным, трудным для развития, это сфера, в которой только ум Будд, Паччекабудд и сыновей Будд чувствует себя как дома. Это не простая вещь и обычные люди не могут её развивать.
Yathā yathā manasi karīyati, tathā tathā santañceva hoti sukhumañca. In proportion as continued attention is given to it, it becomes more peaceful and more subtle. В той мере, в которой на него направляется продолжительное внимание, оно становится более умиротворённым и утончённым.
Tasmā ettha balavatī sati ca paññā ca icchitabbā. So strong mindfulness and understanding are necessary here. Поэтому здесь необходимо сильное памятование и мудрость.
Yathā hi maṭṭhasāṭakassa tunnakaraṇakāle sūcipi sukhumā icchitabbā. 212. Just as when doing needlework on a piece of fine cloth a fine needle is needed, Подобно тому как при шитье тонкой ткани нужна тонкая игла
Sūcipāsavedhanampi tato sukhumataraṃ, evameva maṭṭhasāṭakasadisassa imassa kammaṭṭhānassa bhāvanākāle sūcipaṭibhāgā satipi, sūcipāsavedhanapaṭibhāgā taṃsampayuttā paññāpi balavatī icchitabbā. and a still finer instrument for boring the needle’s eye, so too, when developing this meditation subject, which resembles fine cloth, both the mindfulness, which is the counterpart of the needle, and the understanding associated with it, which is the counterpart of the instrument for boring the needle’s eye, need to be strong. и ещё более тонкий инструмент для продевания в ушко иглы, так и при развитии этого предмета медитации, напоминающего тонкую ткань, требуется сильное памятование, соответствующее игле и сильная мудрость, соответствующая приспособлению для продеванию в ушко.
Tāhi ca pana satipaññāhi samannāgatena bhikkhunā na te assāsapassāsā aññatra pakatiphuṭṭhokāsā pariyesitabbā. A bhikkhu must have the necessary mindfulness and understanding and must look for the in-breaths and out-breaths nowhere else than the place normally touched by them. Монах должен обладать требуемым памятованием и мудростью и должен следить за вдохами и выдохами исключительно в том месте, где они обычно касаются тела.
Yathā pana kassako kasiṃ kasitvā balībadde muñcitvā gocaramukhe katvā chāyāya nisinno vissameyya, athassa te balībaddā vegena aṭaviṃ paviseyyuṃ. 213.Suppose a ploughman, after doing some ploughing, sent his oxen free to graze and sat down to rest in the shade, then his oxen would soon go into the forest. Подобно пахарю, проделавшему часть пахотной работы и отпустившему своих волов пастись - если он сядет отдохнуть в тени, его волы вскоре зайдут в лес.
Yo hoti cheko kassako, so puna te gahetvā yojetukāmo na tesaṃ anupadaṃ gantvā aṭaviṃ āhiṇḍahi, atha kho rasmiñca patodañca gahetvā ujukameva tesaṃ nipātanatitthaṃ gantvā nisīdati vā nipajjati vā, atha te goṇe divasabhāgaṃ caritvā nipātanatitthaṃ otaritvā nhatvā ca pivitvā ca paccuttaritvā ṭhite disvā rasmiyā bandhitvā patodena vijjhanto ānetvā yojetvā puna kammaṃ karoti, evameva tena bhikkhunā na te assāsapassāsā aññatra pakatiphuṭṭhokāsā pariyesitabbā. Now, a skilled ploughman who wants to catch them and yoke them again does not wander through the forest following their tracks, but rather he takes his rope and goad and goes straight to the drinking place where they meet, and he sits or lies there. Then after the oxen have wandered about for a part of the day, they come to the drinking place where they meet and they bathe and drink, and when he sees that they have come out and are standing about, he secures them with the rope, and prodding them with the goad, he brings them back, yokes them, and goes on with his ploughing. So too, the bhikkhu should not look for the in-breaths and out- breaths anywhere else than the place normally touched by them. Тогда умелый пахарь, желающий поймать их и снова запрячь не бродит по лесу, следуя по их следам. Он берёт вожжи и хлыст и прямиком ижёт к водопою, где они собрались и садится там или ложится. Затем, после того, как волы побродили часть дня, они приходят к месту водопоя, где они встречаются, купаются и пьют. И когда он видит, что они вышли и стоят неподалёку, он привязывает их вожжами и погоняя их хлыстом, ведёт их обратно, запрягает их и продолжает пахать. Так и монах не должен искать вдохи и выдохи где-либо ещё помимо место, где они обычно касаются тела.
Satirasmiṃ pana paññāpatodañca gahetvā pakatiphuṭṭhokāse cittaṃ ṭhapetvā manasikāro pavattetabbo. And he should take the rope of mindfulness and the goad of understanding, and fixing his mind on the place normally touched by them, he should go on giving his attention to that.[285] И он должен взять вожжи памятования и хлыст мудрости и закрепляя свой ум на месте, где они обычно касаются тела, он должен продолжить направлять на них своё внимание.
Evañhissa manasikaroto na cirasseva te upaṭṭhahanti nipātanatitthe viya goṇā. For as he gives his attention in this way they reappear after no long time, as the oxen did at the drinking place where they met. Ведь по мере того, как он направляет на них своё внимание, то через небольшой период они появляются снова, подобно волам на водопое, где они встретились.
Tatonena satirasmiyā bandhitvā tasmiṃyeva ṭhāne yojetvā paññāpatodena vijjhantena punappunaṃ kammaṭṭhānaṃ anuyuñjitabbaṃ. So he can secure them with the rope of mindfulness, and yoking them in that same place and prodding them with the goad of understanding, he can keep on applying himself to the meditation subject. Поэтому он может привязать их вожжами памятования, запрячь их в том самом месте и погнать их хлыстом мудрости. Так он сможет продолжать развивать этот предмет медитации.
231.Tassevamanuyuñjato na cirasseva nimittaṃ upaṭṭhāti. 214. When he does so in this way, the sign59 soon appears to him. Когда он занимается этим, вскоре ему является представление. Comm. NT: 59. Сноска переведена на русский, см. по ссылке.
Все комментарии (1)
Taṃ panetaṃ na sabbesaṃ ekasadisaṃ hoti. But it is not the same for all; Но оно не одинаково для всех.
Apica kho kassaci sukhasamphassaṃ uppādayamāno tūlapicu viya kappāsapicu viya vātadhārā viya ca upaṭṭhātīti ekacce āhu. on the contrary, some say that when it appears it does so to certain people producing a light touch like cotton or silk-cotton or a draught. Напротив, одни утверждают что для некоторых оно проявляется с лёгким ощущением, подобным хлопку, шёлку или сквозняку.
Ayaṃ pana aṭṭhakathāsu vinicchayo, idañhi kassaci tārakarūpaṃ viya maṇiguḷikā viya muttāguḷikā viya ca, kassaci kharasamphassaṃ hutvā kappāsaṭṭhi viya dārusārasūci viya ca, kassaci dīghapāmaṅgasuttaṃ viya kusumadāmaṃ viya dhūmasikhā viya ca, kassaci vitthataṃ makkaṭakasuttaṃ viya valāhakapaṭalaṃ viya padumapupphaṃ viya rathacakkaṃ viya candamaṇḍalaṃ viya sūriyamaṇḍalaṃ viya ca upaṭṭhāti. 215. But this is the exposition given in the commentaries: It appears to some like a star or a cluster of gems or a cluster of pearls, to others with a rough touch like that of silk-cotton seeds or a peg made of heartwood, to others like a long braid string or a wreath of flowers or a puff of smoke, to others like a stretched-out cobweb or a film of cloud or a lotus flower or a chariot wheel or the moon’s disk or the sun’s disk. Но таково объяснение, даваемое в комментариях: для некоторых оно проявляется как звезда или горсть драгоценных камней или горсть жемчужин. Для некоторых как грубое ощущение, подобное семенам шёлкового хлопка или клина из сердцевины дерева. Для некоторых как тесьма или цветочный венок или клуб дыма. Для некоторых как развешенная паутина или плёнка из покрова или цветок лотоса или колесо повозки или диск луны или диск солнца.
Tañca panetaṃ yathā sambahulesu bhikkhūsu suttantaṃ sajjhāyitvā nisinnesu ekena bhikkhunā "tumhākaṃ kīdisaṃ hutvā idaṃ suttaṃ upaṭṭhātī"ti vutte eko "mayhaṃ mahatī pabbateyyā nadī viya hutvā upaṭṭhātī"ti āha. 216. In fact this resembles an occasion when a number of bhikkhus are sitting together reciting a suttanta. When a bhikkhu asks, “What does this sutta appear like to you?” one says, “It appears to me like a great mountain torrent,” Фактически это напоминает случай, когда множество монахов сидели вместе и декламировали сутту. Когда монах спросил: "На что эта сутта похоже в вашем понимании?" один сказал "Для меня это как огромная горная гряда"
Aparo "mayhaṃ ekā vanarāji viya". another “To me it is like a line of forest trees,” другой сказал "Для меня это как ряд лесных деревьев"
Añño "mayhaṃ eko sītacchāyo sākhāsampanno phalabhārabharitarukkho viyā"ti. another “To me it is like a spreading fruit tree giving cool shade.” другой сказал "Для меня это как раскидистое фруктовое дерево, дающее прохладную тень".
Tesaṃ hi taṃ ekameva suttaṃ saññānānatāya nānato upaṭṭhāti. For the one sutta appears to them differently because of the difference in their perception. Ведь они одну сутту представляют по-разному из-за различий в их распознавании.
Evaṃ ekameva kammaṭṭhānaṃ saññānānatāya nānato upaṭṭhāti. Similarly this single meditation subject appears differently because of difference in perception.60 Аналогично этому этот один предмет оказывается разным из-за разницы в распознавании. Comm. NT: 60.
Все комментарии (1)
Saññajañhi etaṃ saññānidānaṃ saññāpabhavaṃ. It is born of perception, its source is perception, it is produced by perception. Он рождён распознаванием, распознавание является его источником, он порождён распознаванием.
Tasmā saññānānatāya nānato upaṭṭhātīti veditabbaṃ. Therefore it should be understood that when it appears differently it is because of difference in perception. Поэтому следует понимать, что когда он проявляется по разному, это по причине различий в распознавании.
Ettha ca aññameva assāsārammaṇaṃ cittaṃ, aññaṃ passāsārammaṇaṃ, aññaṃ nimittārammaṇaṃ. 217. And here, the consciousness that has in-breath as its object is one, the consciousness that has out-breath as its object is another, and the consciousness that has the sign as its object is another. И здесь момент ума, чьей опорой является вдох, - один, момент ума, чьей опорой является выдох - другой, и момент ума, чьей опорой является представление - третий.
Yassa hi ime tayo dhammā natthi, tassa kammaṭṭhānaṃ neva appanaṃ, na upacāraṃ pāpuṇāti. For the meditation subject reaches neither absorption nor even access in one who has not got these three things [clear]. Ведь предмет медитации не доходит ни до поглощённости ни даже до сосредоточения доступа у того, кто не прояснил эти три вещи.
Yassa pana ime tayo dhammā atthi, tasseva kammaṭṭhānaṃ upacārañca appanañca pāpuṇāti. But it reaches access and also absorption in one who has got these three things [clear]. Но у того, кто прояснил эти три вещи, он приходит к сосредоточению доступа и поглощённости.
Vuttañhetaṃ – For this is said:
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Ajānato tayo dhamme, bhāvanā nupalabbhati. By one who knows not these three things Development is not obtained.
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Jānatova tayo dhamme, bhāvanā upalabbhatī"ti. (pārā. aṭṭha. 2.165); By one who does know these three things Development can be obtained” (Paṭis I 170). [286]
232.Evaṃ upaṭṭhite pana nimitte tena bhikkhunā ācariyassa santikaṃ gantvā ārocetabbaṃ "mayhaṃ, bhante, evarūpaṃ nāma upaṭṭhātī"ti. 218. And when the sign has appeared in this way, the bhikkhu should go to the teacher and tell him, “Venerable sir, such and such has appeared to me.” И когда представление таким образом появилось, монах должен отправиться к учителю и сказать ему: "Почтенный, у меня возникло такое-то представление". Руководство для учителя можно опустить.
Все комментарии (1)
Ācariyena pana etaṃ nimittanti vā na vā nimittanti na vattabbaṃ. But [say the Dīgha reciters] the teacher should say neither “This is the sign” nor “This is not the sign”; Но [по словам декламаторов Дигха Никаи] учитель не должен говорить "Это представление" или "это не представление".
"Evaṃ hoti, āvuso"ti vatvā punappunaṃ manasi karohīti vattabbo. after saying “It happens like this, friend,” he should tell him, “Go on giving it attention again and again;” Сказав "Друг, так бывает" он должен сказать "Продолжай снова и снова направлять на него внимание".
Nimittanti hi vutte vosānaṃ āpajjeyya. for if he were told “It is the sign,” he might [become complacent and] stop short at that (see M I 193f.), Ведь если ему скажут "Это представление" он может [стать самодовольным и] остановится на этом.
Na nimittanti vutte nirāso visīdeyya. and if he were told “It is not the sign,” he might get discouraged and give up; А если ему скажут "Это не представление" - это может отбить у него охоту и он откажется от усилий.
Tasmā tadubhayampi avatvā manasikāreyeva niyojetabboti. so he should encourage him to keep giving it his attention without saying either. Поэтому учитель должен наставить его продолжать направлять своё внимание, не сказав ни того ни другого.
Evaṃ tāva dīghabhāṇakā. So the Dīgha reciters say, firstly. Так утверждают декламаторы Дигха Никаи.
Majjhimabhāṇakā panāhu "nimittamidaṃ, āvuso, kammaṭṭhānaṃ punappunaṃ manasi karohi sappurisāti vattabbo"ti. But the Majjhima reciters say that he should be told, “This is the sign, friend. Well done. Keep giving attention to it again and again. ” Но декламаторы Маджджхима Ниаки утверждают, что ему следует сказать: "Друг, это и есть представление. Молодец. Продолжая направлять на него внимание снова и снова".
Athānena nimitteyeva cittaṃ ṭhapetabbaṃ. 219. Then he should fix his mind on that same sign; Затем он должен зафиксировать свой ум на том самом представлении.
Evamassāyaṃ ito pabhuti ṭhapanāvasena bhāvanā hoti. and so from now on, his development proceeds by way of fixing. С этого момента его медитация продолжается путём фиксации.
Vuttañhetaṃ porāṇehi – For the Ancients said this:
"Nimitte ṭhapayaṃ cittaṃ, nānākāraṃ vibhāvayaṃ; “Fixing his mind upon the sign And putting away61 extraneous aspects, Comm. NT: 61. Vibhāvayaṃ can mean “to do away with” or “to explain.” Either is applicable here according to Vism-mhṭ 274.
Все комментарии (1)
Dhīro assāsapassāse, sakaṃ cittaṃ nibandhatī"ti. (pārā. aṭṭha. 2.165); The clever man anchors his mind Upon the breathings in and out. ”
Tassevaṃ nimittupaṭṭhānato pabhuti nīvaraṇāni vikkhambhitāneva honti, kilesā sannisinnāva. 220. So as soon as the sign appears, his hindrances are suppressed, his defilements subside, Поэтому как только возникает представление, его помехи [медитации] подавляются, его загрязнения стихают,
Sati upaṭṭhitāyeva. his mindfulness is established, памятование устанавливается и
Cittaṃ upacārasamādhinā samāhitameva. and his consciousness is concentrated in access concentration. его ум собран в сосредоточении доступа.
Athānena taṃ nimittaṃ neva vaṇṇato manasi kātabbaṃ, na lakkhaṇato paccavekkhitabbaṃ. 221. Then he should not give attention to the sign as to its colour, or review it as to its [specific] characteristic. Затем он не должен направлять внимание на представление в части его цвета или рассматривать его конкретную характеристику.
Apica kho khattiyamahesiyā cakkavattigabbho viya kassakena sāliyavagabbho viya ca āvāsādīni satta asappāyāni vajjetvā tāneva satta sappāyāni sevantena sādhukaṃ rakkhitabbaṃ. He should guard it as carefully as a king’s chief queen guards the child in her womb due to become a Wheel-turning Monarch,62 or as a farmer guards the ripening crops; and he should avoid the seven unsuitable things beginning with the unsuitable abode and cultivate the seven suitable things. Он должен защищать его столь тщательно как главная жена короля защищает ребёнка в своём чреве, который станет царём-миродержцем или как крестьянин защищает созревающие растения. И он должен избегать семи неподходящих предметов, начиная с неподходящего жилища и развивать семь подходящих аспектов. Comm. NT: 62. For the Wheel-turning Monarch (cakkavattin) see DN 26 and MN 129.
Все комментарии (1)
Atha naṃ evaṃ rakkhitvā punappunaṃ manasikāravasena vuddhiṃ virūḷhiṃ gamayitvā dasavidhaṃ appanākosallaṃ sampādetabbaṃ, vīriyasamatā yojetabbā. Then, guarding it thus, he should make it grow and improve with repeated attention, and he should practice the tenfold skill in absorption (IV.42) and bring about evenness of energy (IV.66). Затем, защищая его таким образом, он должен способствовать его росту и улучшению путём многократного внимания и должен развивать десятифакторный навык в поглощённости и прийти к равномерности усердия. (1) making the basis clean, (2) maintaining balanced faculties, (3) skill in the sign, (4) he exerts the mind on an occasion when it...
Все комментарии (1)
Tassevaṃ ghaṭentassa pathavīkasiṇe vuttānukkameneva tasmiṃ nimitte catukkapañcakajjhānāni nibbattanti. 222. As he strives thus, fourfold and fivefold jhāna is achieved by him on that same sign in the same way as described under the earth kasiṇa. По мере того, как он прилагает усилия таким образом, он достигает четырёхчастной и пятичастной поглощённости на том же представлении, аналогично тому, как было описано для касины земли.
233.Evaṃ nibbattacatukkapañcakajjhāno panettha bhikkhu sallakkhaṇāvivaṭṭanāvasena kammaṭṭhānaṃ vaḍḍhetvā pārisuddhiṃ pattukāmo tadeva jhānaṃ pañcahākārehi vasippattaṃ paguṇaṃ katvā nāmarūpaṃ vavatthapetvā vipassanaṃ paṭṭhapeti. 5–8. (See §189) However, when a bhikkhu has achieved the fourfold and fivefold jhāna and wants to reach purity by developing the meditation subject through observing and through turning away, he should make that jhāna familiar by attaining mastery in it in the five ways (IV.131), and then embark upon insight by defining mentality-materiality. Однако когда монах достиг четырёхчастной и пятичастной поглощённости и хочет достичь чистоты путём развития предмета медитации через наблюдение и отступление, он должен сделать эту поглощённость знакомой путём достижения совершенства в ней пятью способами и затем перейти к прозрению через определение умственно-материального. пять способов: mastery in adverting, mastery in attaining, mastery in resolving (steadying the duration), mastery in emerging, and maste...
Все комментарии (1)
Kathaṃ? How? Каким образом?
So hi samāpattito vuṭṭhāya assāsapassāsānaṃ samudayo karajakāyo ca cittañcāti passati. 223. On emerging from the attainment, [287] he sees that the in-breaths and out-breaths have the physical body and the mind as their origin; Выйдя из состояния он видит, что вдохи и выдохи имеют своим источником физическое тело и ум.
Yathā hi kammāragaggariyā dhamamānāya bhastañca purisassa ca tajjaṃ vāyāmaṃ paṭicca vāto sañcarati, evameva kāyañca cittañca paṭicca assāsapassāsāti. and that just as, when a blacksmith’s bellows are being blown, the wind moves owing to the bag and to the man’s appropriate effort, so too, in-breaths and out-breaths are due to the body and the mind. И это подобно тому, как при надувании мехов кузнеца воздух движется благодаря мешку и необходимому усилию со стороны человека, так и здесь вдохи и выдохи существуют благодаря телу и уму.
Tato assāsapassāse ca kāyañca rūpanti cittañca taṃsampayuttadhamme ca arūpanti vavatthapeti. Next, he defines the in-breaths and out-breaths and the body as “materiality,” and the consciousness and the states associated with the consciousness as “the immaterial [mind].” Затем он определяет вдохи, выдохи и тело как "материю", а ум и связанные с ним умственные процессы как "нематериальное" (умственное).
Ayamettha saṅkhepo. This is in brief (cf. M-a I 249); Таково краткое объяснение.
Vitthārato pana nāmarūpavavatthānaṃ parato āvibhavissati. but the details will be explained later in the defining of mentality-materiality (XVIII.3f.). Но подробное объяснение будет дано далее в описании умственно-материального.
Evaṃ nāmarūpaṃ vavatthapetvā tassa paccayaṃ pariyesati. 224.Having defined mentality-materiality in this way, he seeks its condition. Определив умственно-материальное таким образом он ищет его условие.
Pariyesanto ca naṃ disvā tīsupi addhāsu nāmarūpassa pavattiṃ ārabbha kaṅkhaṃ vitarati. With search he finds it, and so overcomes his doubts about the way of mentality- materiality’s occurrence in the three divisions of time (Ch. XIX). Благодаря поиску он находит его и благодаря этому преодолевает свои сомнения о пути проявления умственно-материального в трёх делениях времени.
Vitiṇṇakaṅkho kalāpasammasanavasena tilakkhaṇaṃ āropetvā udayabbayānupassanāya pubbabhāge uppanne obhāsādayo dasa vipassanupakkilese pahāya upakkilesavimuttaṃ paṭipadāñāṇaṃ maggoti vavatthapetvā udayaṃ pahāya bhaṅgānupassanaṃ patvā nirantaraṃ bhaṅgānupassanena vayato upaṭṭhitesu sabbasaṅkhāresu nibbindanto virajjanto vimuccanto yathākkamena cattāro ariyamagge pāpuṇitvā arahattaphale patiṭṭhāya ekūnavīsatibhedassa paccavekkhaṇāñāṇassa pariyantaṃ patto sadevakassa lokassa aggadakkhiṇeyyo hoti. His doubts being overcome, he attributes the three characteristics [beginning with that of suffering to mentality and materiality], comprehending [them] by groups (XX.2f.); he abandons the ten imperfections of insight beginning with illumination, which arise in the first stages of the contemplation of rise and fall (XX.105f.), and he defines as “the path” the knowledge of the way that is free from these imperfections (XX.126f.). He reaches contemplation of dissolution by abandoning [attention to] arising. When all formations have appeared as terror owing to the contemplation of their incessant dissolution, he becomes dispassionate towards them (Ch. XXI), his greed for them fades away, and he is liberated from them (Ch. XXII). After he has [thus] reached the four noble paths in due succession and has become established in the fruition of Arahantship, he at last attains to the nineteen kinds of reviewing knowledge (XXII.19f.), and he becomes fit to receive the highest gifts from the world with its deities. Его сомнения преодолеваются, он приписывает три характеристики [изменчивость и т.д.] к умственному и материальному, постигая их по группам. Он отбрасывает десять загрязнений прозрения, начинающихся с освещения, которые возникают на первых стадиях отслеживания возникновения и исчезновения и он определяет как "путь" знание пути, свободное от этих загрязнений. Он достигает отслеживания разрушения путём прекращения [направления внимания на] возникновение. Когда всё конструированное проявилось как ужас из-за отслеживания его постоянного разрушения, он становится бесстрастным по отношению к ним. Страсть к нему затухает и он освобождён от них. Достигнув таким образом четырёх благородных путей в должном порядке и укрепившись в плоде архатства он наконец достигает 19 видов знаний пересмотра и становится подходящим для получения высших даров от мира с его божествами.
Ettāvatā cassa gaṇanaṃ ādiṃ katvā vipassanāpariyosānā ānāpānassatisamādhibhāvanā samattā hotīti ayaṃ sabbākārato paṭhamacatukkavaṇṇanā. 225. At this point his development of concentration through mindfulness of breathing, beginning with counting and ending with looking back (§189) is completed. This is the commentary on the first tetrad in all aspects. На этот момент его развитие собранности посредством памятования о дыхании, начавшееся со счёта и закончившееся пересмотром, закончено. Таков комментарий к первой четвёрке во всех аспектах.
234.Itaresu pana tīsu catukkesu yasmā visuṃ kammaṭṭhānabhāvanānayo nāma natthi. 226. Now, since there is no separate method for developing the meditation subject in the case of the other tetrads, Поскольку для остальных четвёрок нет отдельного метода развития предмета медитации
Tasmā anupadavaṇṇanānayeneva tesaṃ evaṃ attho veditabbo. their meaning therefore needs only to be understood according to the word commentary. их смысл следует понять лишь согласно пословному комментарию.
Pītipaṭisaṃvedīti pītiṃ paṭisaṃviditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto assasissāmi passasissāmīti sikkhati. (v) He trains thus: “I shall breathe in … shall breathe out experiencing happiness,” that is, making happiness known, making it plain. Он учится "Я буду вдыхать... и выдыхать, ощущая восторг" означает, что он учится вдыхать и выдыхать, делая восторг известным, делая его явным.
Tattha dvīhākārehi pīti paṭisaṃviditā hoti ārammaṇato ca asammohato ca. Herein, the happiness is experienced in two ways: (a) with the object, and (b) with non-confusion. 63 Здесь восторг ощущается двумя способами - с опорой и с отсутствием неведения. Comm. NT: 63.
Все комментарии (1)
Kathaṃ ārammaṇato pīti paṭisaṃviditā hoti? 227. (a) How is the happiness experienced with the object? Каким образом он ощущается с опорой?
Sappītike dve jhāne samāpajjati. He attains the two jhānas in which happiness is present. Монах достигает первых двух джхан, в которых присутствует восторг.
Tassa samāpattikkhaṇe jhānapaṭilābhena ārammaṇato pīti paṭisaṃviditā hoti, ārammaṇassa paṭisaṃviditattā. At the time when he has actually entered upon them the happiness is experienced with the object owing to the obtaining of the jhāna, because of the experiencing of the object. В момент достижения этих состояний восторг ощущается с опорой благодаря достижению джханы благодаря переживанию опоры.
Kathaṃ asammohato? (b) How with non-confusion? Каким образом он ощущается с отсутствием неведения?
Sappītike dve jhāne samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttaṃ pītiṃ khayato vayato sammasati. When, after entering upon and emerging from one of the two jhānas accompanied by happiness, [288] he comprehends with insight that happiness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall, Достигнув двух джхан, в которых присутствует восторг, и выйдя из них, он с помощью прозрения постигает, что восторг, связанный с джханой, является хрупким и подверженным разрушению.
Tassa vipassanākkhaṇe lakkhaṇapaṭivedhena asammohato pīti paṭisaṃviditā hoti. then at the actual time of the insight the happiness is experienced with non-confusion owing to the penetration of its characteristics [of impermanence, and so on]. В момент прозрения он испытывает восторг с отсутствием неведения путём познания характеристик [изменчивости и прочих].
Vuttañhetaṃ paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.172) – 228. For this is said in the Paṭisambhidā: В Патисамбхидамагге сказано:
"Dīghaṃ assāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. “When he knows unification of mind and non-distraction through long in-breaths, mindfulness is established in him. "В том, кто знает однонаправленность ума и неотвлечение путём долгого вдоха, памятование устанавливается.
Tāya satiyā tena ñāṇena sā pīti paṭisaṃviditā hoti. By means of that mindfulness and that knowledge that happiness is experienced. С помощью этого памятования и этого знания ощущается восторг."
Dīghaṃ passāsavasena… rassaṃ assāsavasena… rassaṃ passāsavasena… sabbakāyapaṭisaṃvedī assāsapassāsavasena… passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assāsapassāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. When he knows unification of mind and non-distraction through long out- breaths … through short in-breaths … through short out-breaths … through in- breaths … out-breaths experiencing the whole body … through in-breaths … out-breaths tranquilizing the bodily formation, mindfulness is established in him. В том, кто знает однонаправленность ума и неотвлечение путём долгого выдоха... короткого вдоха... короткого выдоха..., вдыхания, ощущая всё тело..., выдыхания, ощущая всё тело..., вдыхания с успокоением телесного конструирования... выдыхания с успокоением телесного конструирования, устанавливается памятование.
Tāya satiyā tena ñāṇena sā pīti paṭisaṃviditā hoti. By means of that mindfulness and that knowledge that happiness is experienced. С помощью этого памятования и этого знания ощущается восторг.
Āvajjato sā pīti paṭisaṃviditā hoti.
Jānato passato paccavekkhato cittaṃ adhiṭṭhahato saddhāya adhimuccato vīriyaṃ paggaṇhato satiṃ upaṭṭhāpayato cittaṃ samādahato paññāya pajānato abhiññeyyaṃ pariññeyyaṃ pahātabbaṃ bhāvetabbaṃ sacchikātabbaṃ sacchikaroto sā pīti paṭisaṃviditā hoti. “It is experienced by him when he adverts, when he knows, sees, reviews, steadies his mind, resolves with faith, exerts energy, establishes mindfulness, concentrates his mind, understands with understanding, directly knows what is to be directly known, fully understands what is to be fully understood, abandons what is to be abandoned, develops what is to be developed, realizes what is to be realized. Он ощущается тем, кто обращается, знает, видит, пересматривает, направляет ум, устремляется с уверенностью, прилагает усилия, устанавливает памятование, сосредотачивает ум, понимает с помощью мудрости, непосредственно познаёт то, что должно быть непосредственно познано, полностью постигает то, что должно быть полностью постигнуто, отказывается от того, от чего следует отказаться, развивает то, что надлежит развивать, осуществляет то, что надлежит осуществить.
Evaṃ sā pīti paṭisaṃviditā hotī"ti. It is in this way that that happiness is experienced” (Paṭis I 187). Вот как испытывается этот восторг."
Eteneva nayena avasesapadānipi atthato veditabbāni. 229. (vi–viii) The remaining [three] clauses should be understood in the same way as to meaning; Остальные фрагменты в этой четвёрке: ["Ощущая счастье", "ощущая процессы умственного конструирования" и "успокаивая процессы умственного конструирования"] следует понимать таким же образом в плане их значения.
Idampanettha visesamattaṃ, tiṇṇaṃ jhānānaṃ vasena sukhapaṭisaṃveditā, catunnampi vasena cittasaṅkhārapaṭisaṃveditā veditabbā. but there is this difference here. The experiencing of bliss must be understood to be through three jhānas, and that of the mental formation through four. Но здесь есть отличие. "Ощущая счастье" следует понимать в отношении трёх джхан, а "ощущая процессы умственного конструирования" - в отношении четырёх.
Cittasaṅkhāroti vedanādayo dve khandhā. The mental formation consists of the two aggregates of feeling and perception. Процессы умственного конструирования состоят из совокупностей ощущений и распознаваний.
Sukhapaṭisaṃvedīpade cettha vipassanābhūmidassanatthaṃ "sukhanti dve sukhāni kāyikañca sukhaṃ cetasikañcā"ti paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.173) vuttaṃ. And in the case of the clause, experiencing bliss, it is said in the Paṭisambhidā in order to show the plane of insight here [as well]: “‘Bliss’: there are two kinds of bliss, bodily bliss and mental bliss” (Paṭis I 188). И здесь, чтобы показать область прозрения в Патисамбхидамагге в отношении слов "ощущая счастье" сказано следующее: "счастье: есть два вида счастья: телесное счастье и умственное счастье".
Passambhayaṃ cittasaṅkhāranti oḷārikaṃ oḷārikaṃ cittasaṅkhāraṃ passambhento, nirodhentoti attho. Tranquilizing the mental formation: tranquilizing the gross mental formation; stopping it, is the meaning. "Успокаивая процессы умственного конструирования" означает успокаивать грубые процессы умственного конструирования, приводя к их полному прекращению.
So vitthārato kāyasaṅkhāre vuttanayeneva veditabbo. And this should be understood in detail in the same way as given under the bodily formation (see §§176–85). И подробно это следует понимать таким же образом, как и с процессами телесного конструирования.
Apicettha pītipade pītisīsena vedanā vuttā. 230. Here, moreover, in the “happiness” clause feeling [which is actually being contemplated in this tetrad] is stated under the heading of “happiness” [which is a formation] Кроме того здесь во фразе о восторге ["ощущая восторг"] ощущение [фактически являющееся отслеживаемым явлением в этой четвёрке] приводится под именем "восторг" (который является конструированным),
Sukhapade sarūpeneva vedanā. but in the “bliss” clause feeling is stated in its own form. но во фразе "ощущая счастье" оно представлено само по себе [будучи ощущением].
Dvīsu cittasaṅkhārapadesu "saññā ca vedanā ca cetasikā ete dhammā cittapaṭibaddhā cittasaṅkhārā"ti (paṭi. ma. 1.174; ma. ni. 1.463) vacanato saññāsampayuttā vedanāti evaṃ vedanānupassanānayena idaṃ catukkaṃ bhāsitanti veditabbaṃ. In the two “mental-formation” clauses the feeling is that [necessarily] associated with perception because of the words, “Perception and feeling belong to the mind, these things being bound up with the mind are mental formations” (Paṭis I 188).[289] So this tetrad should be understood to deal with contemplation of feeling. В двух фразах о процессах умственного конструирования ощущение связано с распознаванием, что следует из фразы "распознавание и ощущение - эти явления принадлежат уму, связаны с умом, это и есть процессы умственного конструирования". Так что эту четвёрку следует понимать по схеме отслеживания ощущений.
235.Tatiyacatukkepi catunnaṃ jhānānaṃ vasena cittapaṭisaṃveditā veditabbā. 231. (ix) In the third tetrad the experiencing of the [manner of] consciousness must be understood to be through four jhānas. В третьей четвёрке "ощущая ум" следует понимать в отношении четырёх джхан.
Abhippamodayaṃ cittanti cittaṃ modento pamodento hāsento pahāsento assasissāmi passasissāmīti sikkhati. (x) Gladdening the [manner of] consciousness: he trains thus: “Making the mind glad, instilling gladness into it, cheering it, rejoicing it, I shall breathe in, shall breathe out.” "Удовлетворяя ум": воодушевляя, радуя, доставляя удовольствие, доставляя радость уму он учится вдыхать и выдыхать.
Tattha dvīhākārehi abhippamodo hoti samādhivasena ca vipassanāvasena ca. Herein, there is gladdening in two ways, through concentration and through insight. Здесь удовлетворение может быть двумя способами: путём собирания ума и путём прозрения.
Kathaṃ samādhivasena? How through concentration? Каким образом оно осуществляется путём собирания?
Sappītike dve jhāne samāpajjati. He attains the two jhānas in which happiness is present. Он достигает двух джхан, в которых присутствует восторг.
So samāpattikkhaṇe sampayuttapītiyā cittaṃ āmodeti pamodeti. At the time when he has actually entered upon them he inspires the mind with gladness, instils gladness into it, by means of the happiness associated with the jhāna. В момент достижения он вдохновляет ум удовлетворением и вселяет в него удовлетворение с помощью восторга, сопутствующего джханам.
Kathaṃ vipassanāvasena? How through insight? Каким образом оно осуществляется путём прозрения?
Sappītike dve jhāne samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttapītiṃ khayato vayato sammasati. After entering upon and emerging from one of the two jhānas accompanied by happiness, he comprehends with insight that happiness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall; Достигнув двух джхан, в которых присутствует восторг, и выйдя из них, он относится к восторгу, сопутствующему джхане как хрупкому и подверженному разрушению.
Evaṃ vipassanākkhaṇe jhānasampayuttaṃ pītiṃ ārammaṇaṃ katvā cittaṃ āmodeti pamodeti. thus at the actual time of insight he inspires the mind with gladness, instils gladness into it, by making the happiness associated with the jhāna the object. Поэтому в момент прозрения он вдохновляет ум удовлетворением и вселяет в него удовлетворение с помощью восторга, сопутствующего джханам.
Evaṃ paṭipanno "abhippamodayaṃ cittaṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti vuccati. It is of one progressing in this way that the words, “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out gladdening the [manner of] consciousness,’” are said. "Учится вдыхать и выдыхать удовлетворяя ум" сказано о практике того, кто практикует таким образом.
Samādahaṃ cittanti paṭhamajjhānādivasena ārammaṇe cittaṃ samaṃ ādahanto samaṃ ṭhapento. 232.(xi) Concentrating (samādahaṃ) the [manner of] consciousness: evenly (samaṃ) placing (ādahanto) the mind, evenly putting it on its object by means of the first jhāna and so on. "Делая ум устойчивым" означает равномерное центрирование ума, равномерное помещение ума на опору с помощью первой джханы и т. п.
Tāni vā pana jhānāni samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttaṃ cittaṃ khayato vayato sampassato vipassanākkhaṇe lakkhaṇapaṭivedhena uppajjati khaṇikacittekaggatā. Or alternatively, when, having entered upon those jhānas and emerged from them, he comprehends with insight the consciousness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall, then at the actual time of insight momentary unification of the mind64 arises through the penetration of the characteristics [of impermanence, and so on]. Альтернативный вариант: когда он достиг этих джхан и вышел из них,с помощью прозрения он отслеживает связанное с джханой состояние ума как подверженное разрушению и исчезновению, тогда в момент прозрения кратковременная собранность ума возникает путём постижения характеристик [изменчивости и прочих]. Comm. NT: 64.
Все комментарии (1)
Evaṃ uppannāya khaṇikacittekaggatāya vasenapi ārammaṇe cittaṃ samaṃ ādahanto samaṃ ṭhapento "samādahaṃ cittaṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti vuccati. Thus the words, “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out concentrating the [manner of] consciousness,’” are said also of one who evenly places the mind, evenly puts it on its object by means of the momentary unification of the mind arisen thus. Поэтому слова "он учится вдыхать и выдыхать, делая ум устойчивым" также сказаны в отношении того, кто равномерно направляет ум, равномерно помещает его на опору путём кратковременной собранности, возникшей таким образом.
Vimocayaṃ cittanti paṭhamajjhānena nīvaraṇehi cittaṃ mocento vimocento, dutiyena vitakkavicārehi, tatiyena pītiyā, catutthena sukhadukkhehi cittaṃ mocento vimocento. 233.(xii) Liberating the [manner of] consciousness: he both breathes in and breathes out delivering, liberating, the mind from the hindrances by means of the first jhāna, from applied and sustained thought by means of the second, from happiness by means of the third, from pleasure and pain by means of the fourth. "Освобождая ум": выпуская, освобождая, избавляя ум от пяти препятствий с помощью первой джханы; от рассуждения и изучения с помощью второй джханы, от восторга с помощью третьей джханы, от удовольствия и страдания с помощью четвёртой джханы.
Tāni vā pana jhānāni samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttaṃ cittaṃ khayato vayato sammasati. Or alternatively, when, having entered upon those jhānas and emerged from them, he comprehends with insight the consciousness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall, Или достигнув этих джхан и выйдя из них он постигает состояние ума, сопутствующее джхане как подверженное разрушению и исчезновению.