Что нового Оглавление Поиск Закладки Словарь Вход EN / RU
Адрес: Прочее >> Висуддхимагга (путь очищения) >> Висуддхимагга, том 1 >> 8. Воспоминание как предмет медитации >> Памятование о дыхании
<< Назад
Отображение колонок




Памятование о дыхании Палийский оригинал

пали Nyanamoli thera - english khantibalo - русский Комментарии
215.Idāni yaṃ taṃ bhagavatā "ayampi kho, bhikkhave, ānāpānassatisamādhi bhāvito bahulīkato santo ceva paṇīto ca asecanako ca sukho ca vihāro, uppannuppanne ca pāpake akusale dhamme ṭhānaso antaradhāpeti vūpasametī"ti evaṃ pasaṃsitvā – It has been recommended by the Blessed One thus: “And, bhikkhus, this concentration through mindfulness of breathing, when developed and practiced much, is both peaceful and sublime, it is an unadulterated blissful abiding, and it banishes at once and stills evil unprofitable thoughts as soon as they arise” (S V 321; Vin III 70). Благословенный восхвалял его так: "Монахи, эта собранность ума при памятовании о дыхании, когда её развивают и много практикуют, является умиротворённой и возвышенной, это непорочное счастливое местопребывание и оно сразу изгоняет дурные неблаготворные виды (умственного) поведения как только они возникают".
"Kathaṃ bhāvito ca, bhikkhave, ānāpānassatisamādhi kathaṃ bahulīkato santo ceva paṇīto ca asecanako ca sukho ca vihāro, uppannuppanne ca pāpake akusale dhamme ṭhānaso antaradhāpeti vūpasameti? It has been described by the Blessed One as having sixteen bases thus: “And how developed, bhikkhus, how practiced much, is concentration through mindfulness of breathing both peaceful and sublime, an unadulterated blissful abiding, banishing at once and stilling evil unprofitable thoughts as soon as they arise?
Idha, bhikkhave, bhikkhu araññagato vā rukkhamūlagato vā suññāgāragato vā nisīdati pallaṅkaṃ ābhujitvā ujuṃ kāyaṃ paṇidhāya parimukhaṃ satiṃ upaṭṭhapetvā, so satova assasati sato passasati. “Here, bhikkhus, a bhikkhu, gone to the forest or to the root of a tree or to an empty place, sits down; having folded his legs crosswise, set his body erect, established mindfulness in front of him, [267] ever mindful he breathes in, mindful he breathes out.
Dīghaṃ vā assasanto dīghaṃ assasāmīti pajānāti. “(i) Breathing in long, he knows: ‘I breathe in long;’ or breathing out long, he knows: ‘I breathe out long.
Dīghaṃ vā passasanto - pe - rassaṃ vā assasanto - pe - rassaṃ vā passasanto rassaṃ passasāmīti pajānāti. ’ (ii) Breathing in short, he knows: ‘I breathe in short;’ or breathing out short, he knows: ‘I breathe out short.
Sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmīti sikkhati. ’ (iii) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing the whole body;’
Sabbakāyapaṭisaṃvedī passasissāmīti sikkhati. he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing the whole body.’
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti sikkhati. (iv) He trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ passasissāmīti sikkhati. he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation.’
Pītipaṭisaṃvedī… sukhapaṭisaṃvedī… cittasaṅkhārapaṭisaṃvedī… passambhayaṃ cittasaṅkhāraṃ… cittapaṭisaṃvedī… abhippamodayaṃ cittaṃ… samādahaṃ cittaṃ… vimocayaṃ cittaṃ … aniccānupassī… virāgānupassī… nirodhānupassī. “(v) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing happiness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing happiness. ’ (vi) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing bliss;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing bliss. ’ (vii) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing the mental formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing the mental formation. ’ (viii) He trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the mental formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the mental formation. ’ “(ix) He trains thus: ‘I shall breathe in experiencing the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out experiencing the [manner of] consciousness. ’ (x) He trains thus: ‘I shall breathe in gladdening the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out gladdening the [manner of] consciousness. ’ (xi) He trains thus: ‘I shall breathe in concentrating the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out concentrating the [manner of] consciousness. ’ (xii) He trains thus: ‘I shall breathe in liberating the [manner of] consciousness;’ he trains thus: ‘I shall breathe out liberating the [manner of] consciousness. ’ “(xiii) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating impermanence;’ he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating impermanence. ’ (xiv) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating fading away;’ he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating fading away. ’ (xv) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating cessation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating cessation.
Paṭinissaggānupassī assasissāmīti sikkhati. ’ (xvi) He trains thus: ‘I shall breathe in contemplating relinquishment;’
Paṭinissaggānupassī passasissāmīti sikkhatī"ti – he trains thus: ‘I shall breathe out contemplating relinquishment’ (S V 321–22).
Evaṃ soḷasavatthukaṃ ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ niddiṭṭhaṃ.
Tassa bhāvanānayo anuppatto. 146. The description [of development] is complete in all respects,
So pana yasmā pāḷivaṇṇanānusāreneva vuccamāno sabbākāraparipūro hoti. however, only if it is given in due course after a commentary on the text.
Tasmā ayamettha pāḷivaṇṇanāpubbaṅgamo niddeso. So it is given here (§186) introduced by a commentary on the [first part of the] text.
216.Kathaṃ bhāvito ca, bhikkhave, ānāpānassati samādhīti ettha tāva kathanti ānāpānassatisamādhibhāvanaṃ nānappakārato vitthāretukamyatāpucchā. And how developed, bhikkhus, how practiced much, is concentration through mindfulness of breathing: here in the first place how is a question showing desire to explain in detail the development of concentration through mindfulness of breathing in its various forms.
Bhāvito ca bhikkhave ānāpānassatisamādhīti nānappakārato vitthāretukamyatāya puṭṭhadhammanidassanaṃ. Developed, bhikkhus, … is concentration through mindfulness of breathing: this shows the thing that is being asked about out of desire to explain it in its various forms.
Kathaṃ bahulīkato - pe - vūpasametīti etthāpi eseva nayo. How practiced much … as soon as they arise?: here too the same explanation applies.
Tattha bhāvitoti uppādito vaḍḍhito vā. 147. Herein, developed means aroused or increased, Здесь развитие означает зарождение или увеличение.
Ānāpānassatisamādhīti ānāpānapariggāhikāya satiyā saddhiṃ sampayutto samādhi. concentration through mindfulness of breathing (lit. “breathing-mindfulness concentration”) is either concentration associated with mindfulness that discerns breathing, Собранность ума через памятование о дыхании является или собранностью связанной с памятованием, которое постигает дыхание
Ānāpānassatiyaṃ vā samādhi ānāpānassatisamādhi. or it is concentration on mindfulness of breathing. либо это собирание ума на памятовании о дыхании.
Bahulīkatoti punappunaṃ kato. Practiced much: practiced again and again. "Много практикуют" - практикуют снова и снова.
Santoceva paṇīto cāti santo ceva paṇīto ceva. 148. Both peaceful and sublime (santo c’ eva paṇīto ca): it is peaceful in both ways and sublime in both ways;
Ubhayattha eva saddena niyamo veditabbo. the two words should each be understood as governed by the word “both” (eva).
Kiṃ vuttaṃ hoti? What is meant?
Ayañhi yathā asubhakammaṭṭhānaṃ kevalaṃ paṭivedhavasena santañca paṇītañca, oḷārikārammaṇattā pana paṭikkūlārammaṇattā ca ārammaṇavasena neva santaṃ na paṇītaṃ, na evaṃ kenaci pariyāyena asanto vā apaṇīto vā, atha kho ārammaṇasantatāyapi santo vūpasanto nibbuto, paṭivedhasaṅkhātaaṅgasantatāyapi. Unlike foulness, which as a meditation subject is peaceful and sublime only by penetration, but is neither (n’ eva) peaceful nor sublime in its object since its object [in the learning stage] is gross, and [after that] its object is repulsiveness—unlike that, this is not unpeaceful or unsublime in any way, but on the contrary it is peaceful, stilled and quiet both on account of the peacefulness of its object and on account of the peacefulness of that one of its factors called penetration.
Ārammaṇapaṇītatāyapi paṇīto atittikaro, aṅgapaṇītatāyapīti. And it is sublime, something one cannot have enough of, both on account of the sublimeness of its object and on [268] account of the sublimeness of the aforesaid factor.
Tena vuttaṃ "santo ceva paṇīto cā"ti. Hence it is called “both peaceful and sublime.”
Asecanako ca sukho ca vihāroti ettha pana nāssa secananti asecanako, anāsittako abbokiṇṇo pāṭiyekko āveṇiko. 149. It is an unadulterated blissful abiding: it has no adulteration, thus it is unadulterated; it is unalloyed, unmixed, particular, special.
Natthi ettha parikammena vā upacārena vā santatā. Here it is not a question of peacefulness to be reached through preliminary work [as with the kasiṇas] or through access [as with foulness, for instance].
Ādisamannāhārato pabhuti attano sabhāveneva santo ca paṇīto cāti attho. It is peaceful and sublime in its own individual essence too starting with the very first attention given to it.
Keci pana asecanakoti anāsittako ojavanto sabhāveneva madhuroti vadanti. But some38 say that it is “unadulterated” because it is unalloyed, possessed of nutritive value and sweet in its individual essence too. 38.
Все комментарии (1)
Evaṃ ayaṃ asecanako ca, appitappitakkhaṇe kāyikacetasikasukhapaṭilābhāya saṃvattanato sukho ca vihāroti veditabbo. So it should be understood to be “unadulterated” and a “blissful abiding” since it leads to the obtaining of bodily and mental bliss with every moment of absorption.
Uppannuppanneti avikkhambhite avikkhambhite. 150. As soon as they arise: whenever they are not suppressed.
Pāpaketi lāmake. Evil: bad.
Akusale dhammeti akosallasambhūte dhamme. Unprofitable (akusala) thoughts: thoughts produced by unskilfulness (akosalla).
Ṭhānaso antaradhāpetīti khaṇeneva antaradhāpeti vikkhambheti. It banishes at once: it banishes, suppresses, at that very moment.
Vūpasametīti suṭṭhu upasameti. Stills (vūpasameti): it thoroughly calms (suṭṭhu upasameti);
Nibbedhabhāgiyattā vā anupubbena ariyamaggavuddhippatto samucchindati, paṭippassambhetīti vuttaṃ hoti. or else, when eventually brought to fulfilment by the noble path, it cuts off, because of partaking of penetration; it tranquilizes, is what is meant.
Ayaṃ panettha saṅkhepattho. 151. In brief, however, the meaning here is this: Однако краткое объяснение следующее.
Bhikkhave, kena pakārena kenākārena kena vidhinā bhāvito ānāpānassatisamādhi kena pakārena bahulīkato santo ceva - pe - vūpasametīti. “Bhikkhus, in what way, in what manner, by what system, is concentration through mindfulness of breathing developed, in what way is it practiced much, that it is both peaceful … as soon as they arise?” "Монахи, каким образом, в какой манере, посредством какой системы развивается собранность ума с помощью памятования о дыхании, каким образом оно много практикуется, что становится умиротворённым... как только они появляются?"
217.Idāni tamatthaṃ vitthārento "idha, bhikkhave"tiādimāha. 152. He now said, “Here, bhikkhus,” etc., giving the meaning of that in detail. Далее он сказал: "Здесь, монахи..." и т.д. объясняя смысл этого подробно.
Tattha idha bhikkhave bhikkhūti bhikkhave, imasmiṃ sāsane bhikkhu. Herein, here, bhikkhus, a bhikkhu means: bhikkhus, in this dispensation a bhikkhu. "Здесь, монахи" означает "монахи, в этой системе монах..." фрагмент переведён тут https://www.theravada.su/node/1963/
Все комментарии (1)
Ayañhi ettha idhasaddo sabbappakāraānāpānassatisamādhinibbattakassa puggalassa sannissayabhūtasāsanaparidīpano aññasāsanassa tathābhāvapaṭisedhano ca. For this word here signifies the [Buddha’s] dispensation as the prerequisite for a person to produce concentration through mindfulness of breathing in all its modes,39 and it denies that such a state exists in any other dispensation. Слово "здесь" означает систему Будды как необходимое условие для человека, желающего породить собранность ума с помощью памятования о дыхании во всех его видах и оно отрицает существование подобного состояния в какой-либо другой системе обучения. 39.
Все комментарии (1)
Vuttañhetaṃ – idheva, bhikkhave, samaṇo - pe - suññā parappavādā samaṇebhi aññehī"ti (ma. ni. 1.139). For this is said: “Bhikkhus, only here is there an ascetic, here a second ascetic, here a third ascetic, here a fourth ascetic; other dispensations are devoid of ascetics” (M I 63; A II 238).40 Ведь сказано: "Монахи, только здесь есть первый отшельник... другие системы практики лишены отшельников". Comm nyanamoli thera: 40. “‘The ascetic’ is a stream-enterer, the ‘second ascetic’ is a once-returner, the ‘third ascetic’ is a non-returner, the ‘fou...
Все комментарии (1)
Tena vuttaṃ "imasmiṃ sāsane bhikkhū"ti. That is why it was said above “in this dispensation a bhikkhu.”
Araññagato vā - pe - suññāgāragato vāti idamassa ānāpānassatisamādhibhāvanānurūpasenāsanapariggahaparidīpanaṃ. 153. Gone to the forest … or to an empty place: this signifies that he has found an abode favourable to the development of concentration through mindfulness of breathing. Уходит в лес ... в пустое место (жилище): это означает, что он нашёл местопребывание, подходящее для развития собранности ума с помощью памятования о дыхании.
Imassa hi bhikkhuno dīgharattaṃ rūpādīsu ārammaṇesu anuvisaṭaṃ cittaṃ ānāpānassatisamādhiārammaṇaṃ abhiruhituṃ na icchati, kūṭagoṇayuttaratho viya uppathameva dhāvati. For this bhikkhu’s mind has long been dissipated among visible data, etc., as its object, and it does not want to mount the object of concentration- through-mindfulness-of-breathing; it runs off the track like a chariot harnessed to a wild ox.41 Ведь ум этого монаха длительное время был рассеян среди видимых и других объектов и не желает оседлать предмет собирания ума через памятование о дыхании. Подобно дикому быку, запряжённому в повозку, убегает прочь с дороги. Comm nyanamoli thera: 41. Kūṭa—“wild”: PED, this ref. gives “useless,” which misses the point. Cf. M-a II 82; IV 198.
Все комментарии (1)
Tasmā seyyathāpi nāma gopo kūṭadhenuyā sabbaṃ khīraṃ pivitvā vaḍḍhitaṃ kūṭavacchaṃ dametukāmo dhenuto apanetvā ekamante mahantaṃ thambhaṃ nikhaṇitvā tattha yottena bandheyya, athassa so vaccho ito cito ca vipphanditvā palāyituṃ asakkonto tameva thambhaṃ upanisīdeyya vā upanipajjeyya vā, evameva imināpi bhikkhunā dīgharattaṃ rūpārammaṇādirasapānavaḍḍhitaṃ duṭṭhacittaṃ dametukāmena rūpādiārammaṇato apanetvā araññaṃ vā - pe - suññāgāraṃ vā pavesetvā tattha assāsapassāsathambhe satiyottena bandhitabbaṃ. Now, suppose a cowherd [269] wanted to tame a wild calf that had been reared on a wild cow’s milk, he would take it away from the cow and tie it up apart with a rope to a stout post dug into the ground; then the calf might dash to and fro, but being unable to get away, it would eventually sit down or lie down by the post. So too, when a bhikkhu wants to tame his own mind which has long been spoilt by being reared on visible data, etc., as object for its food and drink, he should take it away from visible data, etc., as object and bring it into the forest or to the root of a tree or to an empty place and tie it up there to the post of in-breaths and out-breaths with the rope of mindfulness. Пастух, желающий укротить дикого телёнка, выкормленного исключительно молоком дикой коровы, привязывает его, уведя прочь от коровы, к толстому столбу, вбитому в землю в специально отведённом для этого месте. Этот телёнок, прыгая там и тут, и поняв, что оттуда не убежать, присядет или ляжет у того самого столба. Так и монах, желающий укротить дикий ум, долго откармливаемый вкусными напитками видимых и других объектов привязывает этот ум к столбу объекта установления памятования с помощью верёвки памятования, уведя ум от видимых и других объектов и отведя его в лес, к подножию дерева или пустое место.
Evamassa taṃ cittaṃ ito cito ca vipphanditvāpi pubbe āciṇṇārammaṇaṃ alabhamānaṃ satiyottaṃ chinditvā palāyituṃ asakkontaṃ tamevārammaṇaṃ upacārappanāvasena upanisīdati ceva upanipajjati ca. And so his mind may then dash to and fro when it no longer gets the objects it was formerly used to, but being unable to break the rope of mindfulness and get away, it sits down, lies down, by that object under the influence of access and absorption. Ум этого монаха также будет прыгать там и тут. Не получив объектов, к которым он давно привык и поняв невозможность разорвать верёвку памятования и убежать, он наконец сядет или ляжет у того самого объекта путём сосредоточения доступа и полной поглощённости.
Tenāhu porāṇā – Hence the Ancients said:
"Yathā thambhe nibandheyya, vacchaṃ damaṃ naro idha; 154. “Just as a man who tames a calf Would tie it to a post, so here
Bandheyyevaṃ sakaṃ cittaṃ, satiyārammaṇe daḷha"nti. (pārā. aṭṭha. 2.165; dī. ni. aṭṭha. 3.374; ma. ni. aṭṭha. 1.107); Should his own mind by mindfulness Be firmly to the object tied.”
Evamassetaṃ senāsanaṃ bhāvanānurūpaṃ hoti. This is how an abode is favourable to his development.
Tena vuttaṃ "idamassa ānāpānassatisamādhibhāvanānurūpasenāsanapariggahaparidīpana"nti. Hence it was said above: “This signifies that he has found an abode favourable to the development of concentration through mindfulness of breathing. ”
Atha vā yasmā idaṃ kammaṭṭhānappabhede muddhabhūtaṃ sabbaññubuddhapaccekabuddhabuddhasāvakānaṃ visesādhigamadiṭṭhadhammasukhavihārapadaṭṭhānaṃ ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ itthipurisahatthiassādisaddasamākulaṃ gāmantaṃ apariccajitvā na sukaraṃ bhāvetuṃ, saddakaṇṭakattā jhānassa. 155.Or alternatively, this mindfulness of breathing as a meditation subject— which is foremost among the various meditation subjects of all Buddhas, [some] Paccekabuddhas and [some] Buddhas’ disciples as a basis for attaining distinction and abiding in bliss here and now—is not easy to develop without leaving the neighbourhood of villages, which resound with the noises of women, men, elephants, horses, etc., noise being a thorn to jhāna (see A V 135),
Agāmake pana araññe sukaraṃ yogāvacarena idaṃ kammaṭṭhānaṃ pariggahetvā ānāpānacatutthajjhānaṃ nibbattetvā tadeva pādakaṃ katvā saṅkhāre sammasitvā aggaphalaṃ arahattaṃ sampāpuṇituṃ. whereas in the forest away from a village a meditator can at his ease set about discerning this meditation subject and achieve the fourth jhāna in mindfulness of breathing; and then, by making that same jhāna the basis for comprehension of formations [with insight] (XX.2f.), he can reach Arahantship, the highest fruit.
Tasmāssa anurūpasenāsanaṃ dassento bhagavā "araññagato vā"tiādimāha. That is why the Blessed One said “gone to the forest,” etc., in pointing out a favourable abode for him.
Vatthuvijjācariyo viya hi bhagavā, so yathā vatthuvijjācariyo nagarabhūmiṃ passitvā suṭṭhu upaparikkhitvā "ettha nagaraṃ māpethā"ti upadisati, sotthinā ca nagare niṭṭhite rājakulato mahāsakkāraṃ labhati, evameva yogāvacarassa anurūpasenāsanaṃ upaparikkhitvā "ettha kammaṭṭhānaṃ anuyuñjitabba"nti upadisati, tato tattha kammaṭṭhānaṃ anuyuttena yoginā kamena arahatte patte "sammāsambuddho vata so bhagavā"ti mahantaṃ sakkāraṃ labhati. 156. For the Blessed One is like a master of the art of building sites (see D I 9, 12; II 87). [270] As the master of the art of building sites surveys the proposed site for a town, thoroughly examines it, and then gives his directions, “Build the town here,” and when the town is safely finished, he receives great honour from the royal family, so the Blessed One examines an abode as to its suitability for the meditator, and he directs, “Devote yourself to the meditation subject here,” and later on, when the meditator has devoted himself to the meditation subject and has reached Arahantship and says, “The Blessed One is indeed fully enlightened,” the Blessed One receives great honour.
Ayaṃ pana bhikkhu dīpisadisoti vuccati. 157. And this bhikkhu is compared to a leopard.
Yathā hi mahādīpirājā araññe tiṇagahanaṃ vā vanagahanaṃ vā pabbatagahanaṃ vā nissāya nilīyitvā vanamahiṃsagokaṇṇasūkarādayo mige gaṇhāti, evameva ayaṃ araññādīsu kammaṭṭhānaṃ anuyuñjanto bhikkhu yathākkamena sotāpattisakadāgāmianāgāmiarahattamagge ceva ariyaphalañca gaṇhatīti veditabbo. For just as a great leopard king lurks in a grass wilderness or a jungle wilderness or a rock wilderness in the forest and seizes wild beasts—the wild buffalo, wild ox, boar, etc.—so too, the bhikkhu who devotes himself to his meditation subject in the forest, etc., should be understood to seize successively the paths of stream-entry, once-return, non-return, and Arahantship; and the noble fruitions as well.
Tenāhu porāṇā – Hence the Ancients said:
"Yathāpi dīpiko nāma, nilīyitvā gaṇhatī mige; “For as the leopard by his lurking [in the forest] seizes beasts
Tathevāyaṃ buddhaputto, yuttayogo vipassako; So also will this Buddhas’ son, with insight gifted, strenuous,
Araññaṃ pavisitvāna, gaṇhāti phalamuttama"nti. (pārā. aṭṭha. 2.165; dī. ni. aṭṭha. 2.374; ma. ni. aṭṭha. 1.107); By his retreating to the forest seize the highest fruit of all” (Mil 369).
Tenassa parakkamajavayoggabhūmiṃ araññasenāsanaṃ dassento bhagavā "araññagato vā"tiādimāha. So the Blessed One said “gone to the forest,” etc., to point out a forest abode as a place likely to hasten his advancement. Поэтому благословенный сказал "уходит в лес" и т.д. чтобы показать лесное жилище как место, способное ускорить его продвижение.
218.Tattha araññagatoti "araññanti nikkhamitvā bahi indakhīlā sabbametaṃ arañña"nti (vibha. 529) ca, "āraññakaṃ nāma senāsanaṃ pañcadhanusatikaṃ pacchima"nti (pārā. 654) ca evaṃ vuttalakkhaṇesu araññesu yaṃkiñci pavivekasukhaṃ araññaṃ gato. 158. Herein, gone to the forest is gone to any kind of forest possessing the bliss of seclusion among the kinds of forests characterized thus: “Having gone out beyond the boundary post, all that is forest” (Paṭis I 176; Vibh 251), and “A forest abode is five hundred bow lengths distant” (Vin IV 183). Здесь "уходит в лес" означает любой тип леса, дающий блаженство уединения среди различных видов лесов, определяемых следующим образом: "Выйдя за пределы граничного столба [населённого пункта] - всё это считается лесом" и также "Лесное жилище - это жилище, удалённое на 500 луков".
Rukkhamūlagatoti rukkhasamīpaṃ gato. To the root of a tree: gone to the vicinity of a tree. "К подножию дерева" - вблизи дерева.
Suññāgāragatoti suññaṃ vivittokāsaṃ gato. To an empty place: gone to an empty, secluded space. "В пустое место" - в пустое, уединённое место.
Ettha ca ṭhapetvā araññañca rukkhamūlañca avasesasattavidhasenāsanagatopi suññāgāragatoti vattuṃ vaṭṭati. And here he can be said to have gone to an “empty place” if he has gone to any of the remaining seven kinds of abode (resting place). 42 [271] И здесь можно сказать, что он ушёл в свободное [от людей] место, если вместо леса или подножия дерева он ушёл в одно из оставшихся семи мест. Comm Nyanamoli thera: 42. The nine kinds of abode (resting place) are the forest and the root of a tree already mentioned, and a rock, a hill cleft, a...
Все комментарии (1)
Evamassa ututtayānukūlaṃ dhātucariyānukūlañca ānāpānassatibhāvanānurūpaṃ senāsanaṃ upadisitvā alīnānuddhaccapakkhikaṃ santaṃ iriyāpathaṃ upadisanto nisīdatīti āha. 159. Having thus indicated an abode that is suitable to the three seasons, suitable to humour and temperament,43 and favourable to the development of mindfulness of breathing, he then said sits down, etc., indicating a posture that is peaceful and tends neither to idleness nor to agitation. Так показав подходящее место для трёх времён года, для склонностей, для темперамента и подходящее для развития памятования о дыхании, он затем говорит "садится" и т.п., указывая позу, являющуюся умиротворённой и не склоняющей ни к лени ни к возбуждению. Не ясно почему в дождливое время года пустое пространство лучше подходит. Хотя здесь чётко объяснено как "пустое место", есть альтернативное понимание...
Все комментарии (2)
Athassa nisajjāya daḷhabhāvaṃ assāsapassāsānaṃ pavattanasukhataṃ ārammaṇapariggahūpāyañca dassento pallaṅkaṃ ābhujitvātiādimāha. Then he said having folded his legs crosswise, etc., to show firmness in the sitting position, easy occurrence of the in-breaths and out-breaths, and the means for discerning the object. Затем он говорит "скрестив ноги" и т.д., чтобы показать жёсткость в положении сидя, лёгкое течение входов и выдохов и средство улавливания объекта.
Tattha pallaṅkanti samantato ūrubaddhāsanaṃ. 160. Herein, crosswise is the sitting position with the thighs fully locked. Здесь "скрещивает" означает сидячее положение с полностью закреплёнными бёдрами.
Ābhujitvāti bandhitvā. Folded: having locked. "Cложив [ноги]" означает зафиксировав.
Ujuṃ kāyaṃ paṇidhāyāti uparimasarīraṃ ujukaṃ ṭhapetvā. Set his body erect: having placed the upper part of the body erect "Держит тело прямо" держит верхнюю часть тела выпрямленной,
Aṭṭhārasapiṭṭhikaṇṭake koṭiyā koṭiṃ paṭipādetvā. with the eighteen backbones resting end to end. 18 позвонков один к одному
Evañhi nisīdantassa cammamaṃsanhārūni na paṇamanti. For when he is seated like this, his skin, flesh and sinews are not twisted, Потому что кожа, плоть и сухожилия сидящего так человека не согнуты,
Athassa yā tesaṃ paṇamanappaccayā khaṇe khaṇe vedanā uppajjeyyuṃ, tā na uppajjanti. and so the feelings that would arise moment by moment if they were twisted do not arise. и ощущения, которые могли бы возникнуть в любой момент, если бы они были согнуты, не возникают.
Tāsu anuppajjamānāsu cittaṃ ekaggaṃ hoti, kammaṭṭhānaṃ na paripatati, vuddhiṃ phātiṃ upagacchati. That being so, his mind becomes unified, and the meditation subject, instead of collapsing, attains to growth and increase. При этом ум становится однонаправленным; объект медитации не рушится и приходит к росту и увеличению.
Parimukhaṃ satiṃ upaṭṭhapetvāti kammaṭṭhānābhimukhaṃ satiṃ ṭhapayitvā. 161. Established mindfulness in front of him (parimukhaṃ satiṃ upaṭṭhapetvā) = having placed (ṭhapayitvā) mindfulness (satiṃ) facing the meditation subject (kammaṭṭhānābhimukhaṃ). Устанавливает точку памятования перед собой - установив памятование в направлении объекта медитации.
Atha vā parīti pariggahaṭṭho. Or alternatively, the meaning can be treated here too according to the method of explanation given in the Paṭisambhidā, which is this: Pari has the sense of control (pariggaha), Альтернативный вариант: смысл здесь также можно понимать согласно методу объяснения, даваемому в Патисамбхидамагге: pari имеет смысл управления. В лекции опускаем.
Все комментарии (1)
Mukhanti niyyānaṭṭho. mukhaṃ (lit. mouth) has the sense of outlet (niyyāna), mukhaṃ (досл. рот) имеет смысл выхода,
Satīti upaṭṭhānaṭṭho. sati has the sense of establishment (upaṭṭhāna); sati имеет смысл установки, .
Tena vuccati "parimukhaṃ sati"nti evaṃ paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.164) vuttanayenapettha attho daṭṭhabbo. that is why parimukhaṃ satiṃ (‘mindfulness as a controlled outlet’) is said” (Paṭis I 176). вот почему это можно понимать как "памятование как управляемое средство выхода"
Tatrāyaṃ saṅkhepo, pariggahitaniyyānaṃ satiṃ katvāti. The meaning of it in brief is: Having made mindfulness the outlet (from opposition, forgetfulness being thereby] controlled.44 Краткий смысл этого следующий: сделав памятование управляемым средством ухода (от противника, которым здесь является забывчивость). Comm NT: 44. The amplification is from Vism-mhṭ 258.
Все комментарии (1)
219.Sosatova assasati sato passasatīti so bhikkhu evaṃ nisīditvā evañca satiṃ upaṭṭhapetvā taṃ satiṃ avijahanto sato eva assasati sato passasati, satokārī hotīti vuttaṃ hoti. 162. Ever mindful he breathes in, mindful he breathes out: having seated himself thus, having established mindfulness thus, the bhikkhu does not abandon that mindfulness; ever mindful he breathes in, mindful he breathes out; he is a mindful worker, is what is meant. "Постоянно памятуя он вдыхает, памятуя выдыхает": усевшись таким образом и установив памятование, не оставляя это памятование он постоянно памятуя вдыхает и памятуя выдыхает - он памятующий работник. Таково объяснение. Не совсем ясно какое место в самой практике занимает этот пункт - So satova assasati sato passasatī? В 16 шагов он не входит. Это типа основа для всех...
Все комментарии (1)
Idāni yehākārehi satokārī hoti, te dassetuṃ dīghaṃ vā assasantotiādimāha. 163.(i) Now, breathing in long, etc., is said in order to show the different ways in which he is a mindful worker. Чтобы показать способы, которыми он является памятующим работником, говорится "Он делает длинный вдох" и так далее.
Vuttañhetaṃ paṭisambhidāyaṃ "so satova assasati sato passasatī"ti etasseva vibhaṅge – For in the Paṭisambhidā, in the exposition of the clause, “Ever mindful he breathes in, mindful he breathes out,” this is said:
"Bāttiṃsāya ākārehi sato kārī hoti. “He is a mindful worker in thirty-two ways:
Dīghaṃ assāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. (1) when he knows unification of mind and non-distraction by means of a long in-breath, mindfulness is established in him;
Tāya satiyā tena ñāṇena sato kārī hoti. owing to that mindfulness and that knowledge he is a mindful worker.
Dīghaṃ passāsavasena - pe - paṭinissaggānupassī assāsavasena. (2) When he knows unification of mind and non-distraction by means of a long out-breath …
Paṭinissaggānupassī passāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. (31) by means of breathing in contemplating relinquishment … (32) When he knows unification of mind and non-distraction by means of breathing out contemplating relinquishment, mindfulness is established in him;
Tāya satiyā tena ñāṇena sato kārī hotī"ti (paṭi. ma. 1.165). owing to that mindfulness and that knowledge he is a mindful worker” (Paṭis I 176).
Tattha dīghaṃ vā assasantoti dīghaṃ vā assāsaṃ pavattayanto. 164. Herein, breathing in long (assasanto) is producing a long in-breath.[272] Здесь длинный вдох означает сделать вдох длинным.
Assāsoti bahi nikkhamanavāto. “Assāsa is the wind issuing out; Assāsa - это выходящее дыхание,
Passāsoti anto pavisanavātoti vinayaṭṭhakathāyaṃ vuttaṃ. passāsa is the wind entering in” is said in the Vinaya Commentary. passāsa - это входящее дыхание, так оно объясняется в комментарии к Виная Питаке,
Suttantaṭṭhakathāsu pana uppaṭipāṭiyā āgataṃ. But in the Suttanta Commentaries it is given in the opposite sense. но в комментариях к Сутта Питаке даётся объяснение наоборот.
Tattha sabbesampi gabbhaseyyakānaṃ mātukucchito nikkhamanakāle paṭhamaṃ abbhantaravāto bahi nikkhamati. Herein, when any infant comes out from the mother’s womb, first the wind from within goes out
Pacchā bāhiravāto sukhumarajaṃ gahetvā abbhantaraṃ pavisanto tāluṃ āhacca nibbāyati. and subsequently the wind from without enters in with fine dust, strikes the palate and is extinguished [with the infant’s sneezing].
Evaṃ tāva assāsapassāsā veditabbā. This, firstly, is how assāsa and passāsa should be understood.
Yā pana tesaṃ dīgharassatā, sā addhānavasena veditabbā. 165. But their length and shortness should be understood by extent (addhāna). Но их большую и маленькую длину следует понимать с помощью протяжённости.
Yathā hi okāsaddhānaṃ pharitvā ṭhitaṃ udakaṃ vā vālikā vā "dīghamudakaṃ dīghā vālikā, rassamudakaṃ rassā vālikā"ti vuccati, evaṃ cuṇṇavicuṇṇāpi assāsapassāsā hatthisarīre ca ahisarīre ca tesaṃ attabhāvasaṅkhātaṃ dīghaṃ addhānaṃ saṇikaṃ pūretvā saṇikameva nikkhamanti. For just as water or sand that occupies an extent of space is called a “long water,” a “long sand,” a “short water,” a “short sand,” so in the case of elephants’ and snakes’ bodies the in-breaths and out-breaths regarded as particles45 slowly fill the long extent, in other words, their persons, and slowly go out again. Как вода или песок, распределённые в пространственном протяжении называются "длинный водоём" - "длинный участок песка" или "короткий водоём" - "короткий участок песка", так в случае тел слонов или змей, вдохи и выдохи рассматриваемые как частицы, медленно заполняют длинный участок, называемый их физическими телами и медленно выходят из них. 45.
Все комментарии (1)
Tasmā dīghāti vuccanti. That is why they are called “long.” Вот почему их называют длинными.
Sunakhasasādīnaṃ attabhāvasaṅkhātaṃ rassaṃ addhānaṃ sīghaṃ pūretvā sīghameva nikkhamanti, tasmā rassāti vuccanti. They rapidly fill a short extent, in other words, the person of a dog, a hare, etc., and rapidly go out again. That is why they are called “short. ” Они быстро заполняют участки малой протяжённости, называемые физическим телом собаки, зайца или подобных существ и быстро выходят, вот почему они называются короткими.
Manussesu pana keci hatthiahiādayo viya kāladdhānavasena dīghaṃ assasanti ca passasanti ca. 166. And in the case of human beings some breathe in and breathe out long, by extent of time, as elephants, snakes, etc., do, Что касается людей, то некоторые делают долгие вдохи и выдохи посредством времени как слоны, змеи и т.д.
Keci sunakhasasādayo viya rassaṃ, tasmā tesaṃ kālavasena dīghamaddhānaṃ nikkhamantā ca pavisantā ca te "dīghā" ittaramaddhānaṃ nikkhamantā ca pavisantā ca "rassā"ti veditabbā. while others breathe in and breathe out short in that way as dogs, hares, etc., do. Of these, therefore, the breaths that travel over a long extent in entering in and going out are to be understood as long in time; and the breaths that travel over a little extent in entering in and going out, as short in time. А некоторые делают короткие как собаки, зайцы и прочие. Поэтому среди них вдохи и выдохи, которые входят и выходят через участки пространства с большой протяжённостью называются длинными по времени и те, которые входят и выходят через участки пространства малой протяжённости называются короткими по времени.
Tatrāyaṃ bhikkhu navahākārehi dīghaṃ assasanto passasanto ca "dīghaṃ assasāmi, passasāmī"ti pajānāti. 167. Now, this bhikkhu knows “I breathe in, I breathe out, long” while breathing in and breathing out long in nine ways. Этот монах знает "я делаю длинный вдох, я делаю длинный выдох" делая длинный вдох и выдох девятью способами.
Evaṃ pajānato cassa ekenākārena kāyānupassanāsatipaṭṭhānabhāvanā sampajjatīti veditabbā. And the development of the foundation of mindfulness consisting in contemplation of the body should be understood to be perfected in one aspect in him who knows thus, И развитие установления памятования, состоящего в отслеживании тела, следует понимать как развитие в одном аспекте в том, кто знает следующим образом:
Yathāha paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.166) – according as it is said in the Paṭisambhidā: Согласно сказанному в Патисамбхида магге:
"Kathaṃ dīghaṃ assasanto dīghaṃ assasāmīti pajānāti. 168. “How, breathing in long, does he know: ‘I breathe in long,’ "Как делая длинный вдох он познаёт "я делаю длинный вдох"
Dīghaṃ passasanto dīghaṃ passasāmīti pajānāti. breathing out long, does he know: ‘I breathe out long?’ а делая длинный выдох он познаёт "я делаю длинный выдох"?
Dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte assasati. (1) He breathes in a long in-breath reckoned as an extent. (1) Он делает длинный вдох с точки зрения протяжённости.
Dīghaṃ passāsaṃ addhānasaṅkhāte passasati. (2) He breathes out a long out-breath reckoned as an extent. (2) Он делает длинный выдох с точки зрения протяжённости.
Dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatipi passasatipi. (3) He breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths reckoned as an extent. (3) Он делает длинные вдохи и выдохи с точки зрения протяжённости.
Dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatopi passasatopi chando uppajjati. As he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths reckoned as an extent, zeal arises.46 По мере того, как он делает длинные вдохи и выдохи с точки зрения протяжённости, возникает энтузиазм. 46.
Все комментарии (1)
Chandavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte assasati. (4) Through zeal he breathes in a long in-breath more subtle than before reckoned as an extent. (4) Благодаря энтузиазму его длинный вдох становится более утончённым, чем ранее с точки зрения протяжённости.
Chandavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ passāsaṃ - pe - dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatipi passasatipi. (5) Through zeal he breathes out a long out-breath more subtle than before reckoned as an extent. (6) Through zeal he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent. (5) Благодаря энтузиазму его длинный выдох становится более уточнённым, чем ранее с точки зрения протяжённости. (6) Благодаря энтузиазму длинные вдохи и выдохи становятся более утончёнными чем ранее с точки зрения участка.
Chandavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatopi passasatopi pāmojjaṃ uppajjati. As, through zeal, he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent, gladness arises.[273] По мере того, как благодаря энтузиазму его длинные вдохи и выдохи становятся более утончёнными, чем ранее с точки зрения протяжённости, возникает радость.
Pāmojjavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte assasati. (7) Through gladness he breathes in a long in-breath more subtle than before reckoned as an extent. (7) Благодаря радости его длинный вдох становится более утончённым, чем ранее с точки зрения протяжённости.
Pāmojjavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ passāsaṃ - pe - dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatipi passasatipi. (8) Through gladness he breathes out a long out-breath more subtle than before reckoned as an extent. (9) Through gladness he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent. (8) Благодаря радости его длинный выдох становится более уточнённым, чем ранее с точки зрения протяжённости. (9) Благодаря радости его длинный вдох и выдох становятся более утончёнными чем ранее с точки зрения протяжённости.
Pāmojjavasena tato sukhumataraṃ dīghaṃ assāsapassāsaṃ addhānasaṅkhāte assasatopi passasatopi dīghaṃ assāsapassāsā cittaṃ vivattati, upekkhā saṇṭhāti. As, through gladness, he breathes in and breathes out long in-breaths and out-breaths more subtle than before reckoned as an extent, his mind turns away from the long in- breaths and out-breaths and equanimity is established. По мере того как благодаря радости его длинные вдохи и выдохи становятся более утончённым чем ранее с точки зрения протяжённости, его ум отворачивается от длинных вдохов и выдохов и устанавливается безмятежное наблюдение.
Imehi navahi ākārehi dīghaṃ assāsapassāsā kāyo. “Long in-breaths and out-breaths in these nine ways are a body. Длинные вдохи и выдохи этими девятью способами являются телом.
Upaṭṭhānaṃ sati. The establishment (foundation)47 is mindfulness. Установление является памятованием. Комм. Нянамоли Тхеры: Слово satipaṭṭhāna в Патисамбхидамагге анализируется как sati + upaṭṭhāna (способ установления памятования). Но в комментариях д...
Все комментарии (2)
Anupassanā ñāṇaṃ. The contemplation is knowledge. Отслеживание является знанием.
Kāyo upaṭṭhānaṃ, no sati. The body is the establishment (foundation), but it is not the mindfulness.
Sati upaṭṭhānañceva sati ca. Mindfulness is both the establishment (foundation) and the mindfulness.
Tāya satiyā tena ñāṇena taṃ kāyaṃ anupassati. By means of that mindfulness and that knowledge he contemplates that body. С помощью этого памятования и этого знания он отслеживает тело.
Tena vuccati kāye kāyānupassanāsatipaṭṭhānabhāvanā"ti. That is why ‘development of the foundation (establishment) of mindfulness consisting in contemplation of the body as a body’ (see D II 290) is said” (Paṭis I 177). Вот почему сказано "развитие установления памятования, состоящего в отслеживания исключительно тела".
Esa nayo rassapadepi. 169. (ii) The same method of explanation applies also in the case of short breaths. Тот же метод объяснения также применим к коротким вдохам.
Ayaṃ pana viseso, yathā ettha "dīghaṃ assāsaṃ addhānasaṅkhāte"ti vuttaṃ, evamidha "rassaṃ assāsaṃ ittarasaṅkhāte assasatī"ti āgataṃ. But there is this difference. While in the former case “a long in-breath reckoned as an extent” is said, here “a short in-breath reckoned as a little [duration]” (Paṭis I 182) is given. Но есть отличие. Выше сказано "длинный вдох с точки зрения участка", здесь даётся "короткий вдох в смысле маленькой [продолжительности]".
Tasmā rassavasena yāva "tena vuccati kāye kāyānupassanāsatipaṭṭhānabhāvanā"ti, tāva yojetabbaṃ. So it must be construed as “short” as far as the phrase “That is why ‘development of the foundation (establishment) of mindfulness consisting in contemplation of the body as a body’ is said” (Paṭis I 183). Поэтому его следует использовать в месте "короткий" до фразы "вот почему сказано "развитие установления памятования, состоящего в отслеживании исключительно тела"".
Evaṃ ayaṃ addhānavasena ittaravasena ca imehākārehi assāsapassāse pajānanto dīghaṃ vā assasanto dīghaṃ assasāmīti pajānāti - pe - rassaṃ vā passasanto rassaṃ passasāmīti pajānātīti veditabbo. 170. So it should be understood that it is when this bhikkhu knows in-breaths and out-breaths in these nine ways as “a [long] extent” and as “a little [duration]” that “breathing in long, he knows ‘I breathe in long;’ … breathing out short, he knows ‘I breathe out short’ is said of him. Поэтому следует понимать, что когда этот монах знает вдохи и выдохи этими девятью способами в виде "длинный участок" и "маленькая [продолжительность]", о нём говорится "делая длинный вдох он распознаёт "я делаю длинный вдох"... делая длинный выдох он распознаёт "я делаю длинный выдох".
Evaṃ pajānato cassa – And when he knows thus:
Dīgho rasso ca assāso, “The long kind and the short as well,
Passāsopi ca tādiso; The in-breath and the out-breath too,
Cattāro vaṇṇā vattanti, Such then are the four kinds that happen
Nāsikaggeva bhikkhunoti. (pārā. aṭṭha. 2.165); At the bhikkhu’s nose tip here.”
220.Sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmi - pe - passasissāmīti sikkhatīti sakalassa assāsakāyassa ādimajjhapariyosānaṃ viditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto assasissāmīti sikkhati. 171.(iii) He trains thus: “I shall breathe in … I shall breathe out experiencing the whole body”: he trains thus: “I shall breathe in making known, making plain, the beginning, middle and end48 of the entire in-breath body. "Он учится "Я буду вдыхать, ощущая всё тело... я буду выдыхать..."" - он учится следующим образом: "делая известным, делая явным начало, середину и конец всего тела вдоха, я буду вдыхать" NT: 48. The beginning, middle and end are described in §197, and the way they should be treated is given in §199–201. What is meant is that the medita...
Все комментарии (1)
Sakalassa passāsakāyassa ādimajjhapariyosānaṃ viditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto passasissāmīti sikkhati. I shall breathe out making known, making plain, the beginning, middle and end of the entire out- breath body,” thus he trains. "делая известным, делая явным начало, середину и конец всего тела выдоха - так он учится." - так он учится.
Evaṃ viditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto ñāṇasampayuttacittena assasati ceva passasati ca. Making them known, making them plain, in this way he both breathes in and breathes out with consciousness associated with knowledge. Делая их известными, делая их явными - так он вдыхает и выдыхает с моментом ума, связанным со знанием.
Tasmā "assasissāmi passasissāmī"ti sikkhatīti vuccati. That is why it is said, “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out …’” Вот почему сказано "Я буду вдыхать... я буду выдыхать: так он учится".
Ekassa hi bhikkhuno cuṇṇavicuṇṇavisaṭe assāsakāye passāsakāye vā ādi pākaṭo hoti, na majjhapariyosānaṃ. 172. To one bhikkhu the beginning of the in-breath body or the out-breath body, distributed in particles, [that is to say, regarded as successive arisings (see note 45)] is plain, but not the middle or the end; Потому что для одного монаха начало тела вдоха или тела выдоха, распределённого мельчайшими порциями [то есть, как последовательные явления], является явным, а середина и конец - нет;
So ādimeva pariggahetuṃ sakkoti, majjhapariyosāne kilamati. he is only able to discern the beginning and has difficulty with the middle and the end. он способен уловить только начало, а середина и конец вызывают затруднение.
Ekassa majjhaṃ pākaṭaṃ hoti, na ādipariyosānaṃ. To another the middle is plain, not the beginning or the end; he is only able to discern the middle and has difficulty with the beginning and the end. Для другого монаха середина является явной, а начало и конец нет; он может уловить только середину и имеет затруднение по поводу начала и конца.
Ekassa pariyosānaṃ pākaṭaṃ hoti, na ādimajjhaṃ. To another the end is plain, not the beginning or the middle; Для ещё одного конец явен, а начало и середина - нет;
So pariyosānaṃyeva pariggahetuṃ sakkoti, ādimajjhe kilamati. he is only able to discern the end [274] and has difficulty with the beginning and the middle. он может уловить только конец и затрудняется по поводу начала и середины.
Ekassa sabbampi pākaṭaṃ hoti, so sabbampi pariggahetuṃ sakkoti, na katthaci kilamati, tādisena bhavitabbanti dassento āha – "sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmīti - pe - passasissāmīti sikkhatī"ti. To yet another all stages are plain; he is able to discern them all and has no difficulty with any of them. Pointing out that one should be like the last-mentioned bhikkhu, he said: “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out experiencing the whole body. ’” Наконец, для четвёртого монаха все стадии явны; он может уловить их все и не беспокоится ни о чём. Показывая, что практикующий должен быть как монах последнего типа, Будда сказал: "я буду вдыхать и выдыхать испытывая всё тело - так он учится".
Tattha sikkhatīti evaṃ ghaṭati vāyamati. 173. Herein, he trains: he strives, he endeavours in this way. Здесь "он учится" означает, что он старается и устремляется таким образом.
Yo vā tathābhūtassa saṃvaro, ayamettha adhisīlasikkhā. Or else the restraint here in one such as this is training in the higher virtue, Или же сдержанность в таком человеке - это возвышенная нравственность, Рассмотрение в части тройного обучения можно опустить.
Все комментарии (1)
Yo tathābhūtassa samādhi, ayaṃ adhicittasikkhā. his consciousness is training in the higher consciousness, Собранность ума в нём является обучением возвышенному уму.
Yā tathābhūtassa paññā, ayaṃ adhipaññāsikkhāti imā tisso sikkhāyo tasmiṃ ārammaṇe tāya satiyā tena manasikārena sikkhati āsevati bhāveti bahulīkarotīti evamettha attho daṭṭhabbo. and his understanding is training in the higher understanding (see Paṭis I 184). So he trains in, repeats, develops, repeatedly practices, these three kinds of training, on that object, by means of that mindfulness, by means of that attention. This is how the meaning should be regarded here. Мудрость в нём является обучением возвышенной мудрости. Так он учится, совершенствует, развивает, часто практикует эти три направления обучения в отношении этого объекта, путём этого памятования, путём этого вспоминания. Это следует считать заложенным здесь смыслом.
Tattha yasmā purimanaye kevalaṃ assasitabbaṃ passasitabbameva, na ca aññaṃ kiñci kātabbaṃ. 174. Herein, in the first part of the system (nos. i and ii)49 he should only breathe in and breathe out and not do anything else at all, and it is only afterwards that he should apply himself to the arousing of knowledge, and so on. На первых [двух] этапах он должен только вдыхать и выдыхать и не должен вообще делать что-либо ещё и только после этого должен перейти к работе по порождению знания и так далее. 49.
Все комментарии (1)
Ito paṭṭhāya pana ñāṇuppādanādīsu yogo karaṇīyo. Consequently the present tense is used here in the text, “He knows: ‘I breathe in’ … he knows: ‘I breathe out.’” Поэтому в тексте используется настоящее время: "Он распознаёт "Я делаю вдох"... он распознаёт "я делаю выдох".
Tasmā tattha assasāmīti pajānāti passasāmīti pajānāticceva vattamānakālavasena pāḷiṃ vatvā ito paṭṭhāya kattabbassa ñāṇuppādanādino ākārassa dassanatthaṃ sabbakāyapaṭisaṃvedī assasissāmītiādinā nayena anāgatavacanavasena pāḷi āropitāti veditabbā. But the future tense in the passage beginning “I shall breathe in experiencing the whole body” should be understood as used in order to show that the aspect of arousing knowledge, etc., has to be undertaken from then on. Но в последующих фрагментах используется будущее время "он учится вдыхать, испытывая всё тело" и т.д., чтобы показать аспект развития знания и прочего, к практике которого нужно переходить с этого момента.
Passambhayaṃkāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti - pe - passasissāmīti sikkhatīti oḷārikaṃ kāyasaṅkhāraṃ passambhento paṭippassambhento nirodhento vūpasamento assasissāmi passasissāmīti sikkhati. 175.(iv) He trains thus: “I shall breathe in … shall breathe out tranquilizing the bodily formation;” he trains thus: “I shall breathe in, shall breathe out tranquilizing, completely tranquilizing, stopping, stilling, the gross bodily formation50”. "Я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования: так он учится": он учится следующим образом: "Я буду вдыхать и выдыхать успокаивая, полностью успокаивая, приводя к прекращению, утихомиривая грубое телесное конструирование". Сноска 50 переведена:
Все комментарии (1)
Tatra evaṃ oḷārikasukhumatā ca passaddhi ca veditabbā. 176. And here both the gross and subtle state and also [progressive] tranquilizing should be understood. И под этим нужно понимать как грубое, так и тонкое состояние, а также последовательное успокоение.
Imassa hi bhikkhuno pubbe apariggahitakāle kāyo ca cittañca sadarathā honti oḷārikā. For previously, at the time when the bhikkhu has still not discerned [the meditation subject], his body and his mind are disturbed and so they are gross. Ранее, когда монах не уловил [объект медитации] их, его тело и ум были взволнованными и поэтому грубыми.
Kāyacittānaṃ oḷārikatte avūpasante assāsapassāsāpi oḷārikā honti, balavatarā hutvā pavattanti, nāsikā nappahoti, mukhena assasantopi passasantopi tiṭṭhati. And while the grossness of the body and the mind has still not subsided the in-breaths and out-breaths are gross. They get stronger; his nostrils become inadequate, and he keeps breathing in and out through his mouth. А когда грубость тела и ума не утихла, вдохи и выдохи являются грубыми. Они происходят столь сильно, что ноздрей недостаточно и он продолжает вдыхать и выдыхать через рот.
Yadā panassa kāyopi cittampi pariggahitā honti, tadā te santā honti vūpasantā. But they become quiet and still when his body and mind have been discerned. Но когда его тело и ум удаётся уловить, тогда они становятся весьма спокойными.
Tesu vūpasantesu assāsapassāsā sukhumā hutvā pavattanti, "atthi nu kho natthī"ti vicetabbatākārappattā honti. When they are still then the in-breaths and out-breaths occur so subtly that he has to investigate whether they exist or not. Когда они успокоены, вдохи и выдохи со временем становятся столь тонкими, что монах начинает гадать есть ли они или нет.
Seyyathāpi purisassa dhāvitvā, pabbatā vā orohitvā, mahābhāraṃ vā sīsato oropetvā ṭhitassa oḷārikā assāsapassāsā honti, nāsikā nappahoti, mukhena assasantopi passasantopi tiṭṭhati. 177. Suppose a man stands still after running, or descending from a hill, or putting down a big load from his head, then his in-breaths and out-breaths are gross, his nostrils become inadequate, and he keeps on breathing in and out through his mouth. Представьте человека стоящего на месте после бега, спуска с горы или снятия тяжёлого груза со своей головы. Его вдохи и выдохи грубые, ноздрей недостаточно и он дышит через рот.
Yadā panesa taṃ parissamaṃ vinodetvā nhatvā ca pivitvā ca allasāṭakaṃ hadaye katvā sītāya chāyāya nipanno hoti, athassa te assāsapassāsā sukhumā honti "atthi nu kho natthī"ti vicetabbatākārappattā, evameva imassa bhikkhuno pubbe apariggahitakāle kāyo ca - pe - vicetabbatākārappattā honti. But when he has rid himself of his fatigue and has bathed and drunk [275] and put a wet cloth on his heart, and is lying in the cool shade, then his in-breaths and out-breaths eventually occur so subtly that he has to investigate whether they exist or not; so too, previously, at the time when the bhikkhu has still not discerned, … he has to investigate whether they exist or not. Но когда он избавился от своей усталости, помылся, попил, положил влажную ткань себе на тело и лежит в прохладной тени, его дыхание со временем станет столь утончённым, что ему приходится искать есть оно или нет. Поэтому ранее, когда монах не улавливал их, ему приходится искать есть они или нет.
Taṃ kissa hetu? 178. Why is that? По какой причине?
Tathā hissa pubbe apariggahitakāle "oḷārikoḷārike kāyasaṅkhāre passambhemī"ti ābhogasamannāhāramanasikārapaccavekkhaṇā natthi, pariggahitakāle pana atthi. Because previously, at the time when he has still not discerned, there is no concern in him, no reaction, no attention, no reviewing, to the effect that “I am [progressively] tranquilizing each grosser bodily formation. ” But when he has discerned, there is. Потому что ранее, когда он их не улавливал, он не имел понятия, не был осведомлён, не осознавал и не думал "Я [постепенно] успокаиваю каждую грубую телесную конструкцию", но когда он распознал их, ему это удалось.
Tenassa apariggahitakālato pariggahitakāle kāyasaṅkhāro sukhumo hoti. So his bodily formation at the time when he has discerned is subtle in comparison with that at the time when he has not. Так его телесное конструирование является тонким в то время, когда он уловил его, по сравнению с тем временем, когда он не уловил.
Tenāhu porāṇā – Hence the Ancients said:
"Sāraddhe kāye citte ca, adhimattaṃ pavattati; “The mind and body are disturbed, And then in excess it occurs;
Asāraddhamhi kāyamhi, sukhumaṃ sampavattatī"ti. (pārā. aṭṭha. 2.165); But when the body is undisturbed, Then it with subtlety occurs.”
221.Pariggahepi oḷāriko, paṭhamajjhānupacāre sukhumo. 179.In discerning [the meditation subject the formation] is gross, and it is subtle [by comparison] in the first-jhāna access; При их улавливании [объекта медитации конструирование] является грубым и оно является тонким в сосредоточении доступа первой джханы;
Tasmimpi oḷāriko, paṭhamajjhāne sukhumo. also it is gross in that, and subtle [by comparison] in the first jhāna; также оно является грубым в состоянии доступа первой джханы и тонкой в самой первой джхане;
Paṭhamajjhāne ca dutiyajjhānupacāre ca oḷāriko, dutiyajjhāne sukhumo. in the first jhāna and second-jhāna access it is gross, and in the second jhāna subtle; в первой джхане и сосредоточении доступа второй джханы оно грубое, а во второй джхане оно тонкое;
Dutiyajjhāne ca tatiyajjhānupacāre ca oḷāriko, tatiyajjhāne sukhumo. in the second jhāna and third-jhāna access it is gross, and in the third jhāna subtle; во второй джхане и сосредоточении доступа третьей джханы оно грубое, а в третьей джхане - тонкое;
Tatiyajjhāne ca catutthajjhānupacāre ca oḷāriko, catutthajjhāne atisukhumo appavattimeva pāpuṇātīti. in the third jhāna and fourth-jhāna access it is gross, and in the fourth jhāna it is so exceedingly subtle that it even reaches cessation. в третьей джхане и сосредоточении доступа четвёртой джханы оно грубое, а в четвёртой джхане оно в высшей мере тонкое и даже достигает прекращения.
Idaṃ tāva dīghabhāṇakasaṃyuttabhāṇakānaṃ mataṃ. This is the opinion of the Dīgha and Saṃyutta reciters. Таково мнение хранителей Дигха Никаи и Саньютта Никаи. Идущий до конца раздела флейм в лекции можно опустить.
Все комментарии (1)
Majjhimabhāṇakā pana paṭhamajjhāne oḷāriko, dutiyajjhānupacāre sukhumoti evaṃ heṭṭhimaheṭṭhimajjhānato uparūparijjhānupacārepi sukhumataramicchanti. But the Majjhima reciters have it that it is subtler in each access than in the jhāna below too in this way: In the first jhāna it is gross, and in the second-jhāna access it is subtle [by comparison, and so on]. Но хранители Маджджхима никаи утверждают, что оно более тонкое в сосредоточении доступа, чем в джхане ниже его, говоря: в первой джхане оно грубое, а в сосредоточении доступа второй джханы оно тонкое и так далее.
Sabbesaññeva pana matena apariggahitakāle pavattakāyasaṅkhāro pariggahitakāle paṭippassambhati. It is, however, the opinion of all that the bodily formation occurring before the time of discerning becomes tranquilized at the time of discerning, Но общим мнением является то, что телесное конструирование, возникающее во время не улавливания становится спокойным во время улавливания;
Pariggahitakāle pavattakāyasaṅkhāro paṭhamajjhānupacāre - pe - catutthajjhānupacāre pavattakāyasaṅkhāro catutthajjhāne paṭippassambhati. and the bodily formation at the time of discerning becomes tranquilized in the first-jhāna access … and the bodily formation occurring in the fourth-jhāna access becomes tranquilized in the fourth jhāna. телесное конструирование во время улавливания становится спокойным в сосредоточении доступа первой джханы... телесное конструирование во время улавливания становится спокойным в сосредоточении доступа первой джханы...
Ayaṃ tāva samathe nayo. This is the method of explanation in the case of serenity. Это первый метод, относящийся к успокоению.
Vipassanāyaṃ pana apariggahe pavatto kāyasaṅkhāro oḷāriko, mahābhūtapariggahe sukhumo. 180. But in the case of insight, the bodily formation occurring at the time of not discerning is gross, and in discerning the primary elements it is [by comparison] subtle; Что касается прозрения, телесное конструирование, происходящее во время не улавливания, является грубым, а во время улавливания четырёх первоэлементов оно является тонким;
Sopi oḷāriko, upādārūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning derived materiality it is subtle; оно также является грубым и при распознавании производной материи оно является тонким;
Sopi oḷāriko, sakalarūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning all materiality it is subtle; оно также является грубым и при улавливании всего материального оно является тонким;
Sopi oḷāriko, arūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning the immaterial it is subtle; оно также является грубым и при улавливании нематериального оно является тонким;
Sopi oḷāriko, rūpārūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning the material and immaterial it is subtle; оно также является грубым и при улавливании материального и нематериального оно является тонким;
Sopi oḷāriko, paccayapariggahe sukhumo. that also is gross, and in discerning conditions it is subtle; оно также является грубыми при улавливании причин оно является тонким;
Sopi oḷāriko, sappaccayanāmarūpapariggahe sukhumo. that also is gross, and in seeing mentality-materiality with its conditions it is subtle; оно также является грубым и при улавливании умственно-материального с её условиями оно является тонким
Sopi oḷāriko, lakkhaṇārammaṇikavipassanāya sukhumo. that also is gross, and in insight that has the characteristics [of impermanence, etc.,] as its object it is subtle; оно также является грубым и в практике прозрения, чьим объектом являются характеристики [изменчивости и прочего] оно является тонким.
Sopi dubbalavipassanāya oḷāriko, balavavipassanāya sukhumo. that also is gross in weak insight while in strong insight it is subtle. оно также является грубым в слабом прозрении и в сильном прозрении оно является тонким.
Tattha pubbe vuttanayeneva purimassa purimassa pacchimena pacchimena paṭippassaddhi veditabbā. Herein, the tranquilizing should be understood as [the relative tranquillity] of the subsequent compared with the previous. Здесь успокоение следует понимать как [относительное спокойствие] последующего в сравнении с предыдущим.
Evamettha oḷārikasukhumatā ca passaddhi ca veditabbā. Thus should the gross and subtle state, and the [progressive] tranquilizing, be understood here. [276] Вот так нужно понимать грубое и тонкое состояние, а также [последовательное] успокоение.
Paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.171) panassa saddhiṃ codanāsodhanāhi evamattho vutto – 181. But the meaning of this is given in the Paṭisambhidā together with the objection and clarification thus: Но в Патисамбхидамагге его значение объясняется следующим образом с возражением и ответом.
"Kathaṃ passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmi - pe - passasissāmīti sikkhati? “How is it that he trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out tranquilizing the bodily formation? "Как он учится вдыхать и выдыхать успокаивая процессы телесного конструирования?
Katame kāyasaṅkhārā? What are the bodily formations? Что такое процессы телесного конструирования?
Dīghaṃ assāsapassāsā kāyikā ete dhammā kāyapaṭibaddhā kāyasaṅkhārā. Long in- breaths … out-breaths [experiencing the whole body] belong to the body; these things, being bound up with the body, are bodily formations;’ Длинные вдохи... выдохи [которые делаются ощущая всё тело] принадлежат телу; все эти связанные с телом явления являются процессами телесного конструирования.
Te kāyasaṅkhāre passambhento nirodhento vūpasamento sikkhati - pe - yathārūpehi kāyasaṅkhārehi kāyassa ānamanā, vinamanā, sannamanā, paṇamanā, iñjanā, phandanā, calanā, kampanā passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti sikkhati, passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ passasissāmīti sikkhati. he trains in tranquilizing, stopping, stilling, those bodily formations. “When there are such bodily formations whereby there is bending backwards, sideways in all directions, and forwards, and perturbation, vacillation, moving and shaking of the body, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation.’ Он учится успокаивать, утихомиривать, приводить к прекращению эти процессы телесного конструирования. "Когда имеют место такие процессы телесного конструирования, посредством которых есть наклон назад, в бок, во все стороны, вперёд, тряска, дрожь и движения тела он учится так: "Я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования" и "Я буду выдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования".
Yathārūpehi kāyasaṅkhārehi kāyassa na ānamanā, na vinamanā, na sannamanā, na paṇamanā, aniñjanā, aphandanā, acalanā, akampanā santaṃ sukhumaṃ passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhati. When there are such bodily formations whereby there is no bending backwards, sideways in all directions, and forwards, and no perturbation, vacillation, moving and shaking of the body, quietly, subtly, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation.’ Когда имеют место такие процессы телесного конструирования, посредством которых нет наклона назад, в бок, во все стороны, вперёд, нет тряски, дрожи и движения тела, тихо и утончённо он учится так: "Я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования" и "Я буду выдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования".
"Iti kira passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmīti sikkhati. 182. “[Objection:] So then, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ [Делается возражение, что] "если он учится следующим образом "я буду вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ passasissāmīti sikkhati. he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation’: и выдыхать успокаивая процессы телесного конструирования",
Evaṃ sante vātūpaladdhiyā ca pabhāvanā na hoti. that being so, there is no production of awareness of wind, то нет порождения отслеживания воздуха,
Assāsapassāsānañca pabhāvanā na hoti. and there is no production of in-breaths and out-breaths, нет порождения вдохов и выдохов,
Ānāpānassatiyā ca pabhāvanā na hoti, ānāpānassatisamādhissa ca pabhāvanā na hoti, na ca naṃ taṃ samāpattiṃ paṇḍitā samāpajjantipi vuṭṭhahantipi. and there is no production of mindfulness of breathing, and there is no production of concentration through mindfulness of breathing, and consequently the wise neither enter into nor emerge from that attainment. нет порождения памятования о дыхании и нет порождения собранности ума через памятование о дыхании, и тогда мудрые никогда не входят и не выходят из этого достижения.
"Iti kira passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhati. 183. “[Clarification:] So then, he trains thus: ‘I shall breathe in tranquilizing the bodily formation;’ he trains thus: ‘I shall breathe out tranquilizing the bodily formation’: [Даётся ответ:] раз "он учится вдыхать, успокаивая процессы телесного конструирования и выдыхать успокаивая процессы телесного конструирования",
Evaṃ sante vātūpaladdhiyā ca pabhāvanā hoti, assāsapassāsānañca pabhāvanā hoti, ānāpānassatiyā ca pabhāvanā hoti, ānāpānassatisamādhissa ca pabhāvanā hoti, tañca naṃ samāpattiṃ paṇḍitā samāpajjantipi vuṭṭhahantipi. that being so, there is production of awareness of wind, and there is production of in-breaths and out-breaths, and there is production of mindfulness of breathing, and there is production of concentration through mindfulness of breathing, and consequently the wise enter into and emerge from that attainment. существует порождение отслеживания воздуха, существует порождение вдохов и выдохов, существует порождение памятования о дыхании и существует порождение сосредоточения через памятование о дыхании, и поэтому мудрые входят и выходят из этого достижения.
Yathā kathaṃ viya? 184. “Like what? Подобно чему?
"Seyyathāpi kaṃse ākoṭite paṭhamaṃ oḷārikā saddā pavattanti. Just as when a gong is struck. Подобно тому, когда ударяют в железный гонг.
Oḷārikānaṃ saddānaṃ nimittaṃ sugahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi oḷārike sadde atha pacchā sukhumakā saddā pavattanti. At first gross sounds occur and consciousness [occurs] because the sign of the gross sounds is well apprehended, well attended to, well observed; and when the gross sounds have ceased, then afterwards faint sounds occur Сначала слышны грубые звуки и возникает сознание, потому что признак грубых звуков хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается. Когда грубые звуки стихли, то после этого слышны тихие звуки
Sukhumakānaṃ saddānaṃ nimittaṃ suggahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi sukhumake sadde atha pacchā sukhumasaddanimittārammaṇatāpi cittaṃ pavattati, evameva paṭhamaṃ oḷārikā assāsapassāsā pavattanti. and [consciousness occurs] because the sign of the faint sounds is well apprehended, well attended to, well observed; and when the faint sounds have ceased, then [277] afterwards consciousness occurs because it has the sign of the faint sounds as its object51—so too, at first gross in-breaths and out-breaths occur and [consciousness does not become distracted] и возникает сознание, потому что признак тихих звуков хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается. Когда тихие звуки стихли, после этого возникает сознание, потому что его объектом является признак тихих звуков. В случае дыхания если первые вдохи и выдохи и сознание не начинает отвлекаться, 51:
Все комментарии (1)
Oḷārikānaṃ assāsapassāsānaṃ nimittaṃ suggahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi oḷārike assāsapassāse atha pacchā sukhumakā assāsapassāsā pavattanti. because the sign of the gross in-breaths and out-breaths is well apprehended, well attended to, well observed; and when the gross in-breaths and out-breaths have ceased, then afterwards faint in-breaths and out-breaths occur and [consciousness does not become distracted] потому что признак грубых вдохов и выдохов хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается; и когда грубые вдохи и выдохи стихают, то начинаются тихие вдохи и выдохи и сознание не начинает отвлекаться,
Sukhumakānaṃ assāsapassāsānaṃ nimittaṃ suggahitattā sumanasikatattā sūpadhāritattā niruddhepi sukhumake assāsapassāse atha pacchā sukhumaassāsapassāsanimittārammaṇatāpi cittaṃ na vikkhepaṃ gacchati. because the sign of the faint in-breaths and out-breaths is well apprehended, well attended to, well observed; and when the faint in-breaths and out-breaths have ceased, then afterwards consciousness does not become distracted because it has the sign of the faint in-breaths and out-breaths as its object.“ потому что признак тихих вдохов и выдохов хорошо схватывается, хорошо достигает ума, хорошо обдумывается; и когда тихие вдохи и выдохи стихают, сознание не начинает отвлекаться, потому что его объектом является признак тихих вдохов и выдохов.
"Evaṃ sante vātūpaladdhiyā ca pabhāvanā hoti, assāsapassāsānañca pabhāvanā hoti, ānāpānassatiyā ca pabhāvanā hoti, ānāpānassatisamādhissa ca pabhāvanā hoti, tañca naṃ samāpattiṃ paṇḍitā samāpajjantipi vuṭṭhahantipi. That being so, there is production of awareness of wind, and there is production of in-breaths and out-breaths, and there is production of mindfulness of breathing, and there is production of concentration through mindfulness of breathing, and consequently the wise enter into and emerge from that attainment. Раз так, существует порождение отслеживания воздуха, существует порождение вдохов и выдохов, существует порождение памятования о дыхании и существует порождение сосредоточения через памятование о дыхании, и, следовательно, мудрые входят и выходят из этого достижения.
Passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assāsapassāsā kāyo, upaṭṭhānaṃ sati, anupassanā ñāṇaṃ, kāyo upaṭṭhānaṃ, no sati, sati upaṭṭhānañceva sati ca, tāya satiyā tena ñāṇena taṃ kāyaṃ anupassati. 185. “In-breaths and out-breaths tranquilizing the bodily formation are a body. The establishment (foundation) is mindfulness. The contemplation is knowledge. The body is the establishment (foundation), but it is not the mindfulness. Mindfulness is both the establishment (foundation) and the mindfulness. By means of that mindfulness and that knowledge he contemplates that body. Вдохи и выдохи, успокаивающие процессы телесного конструирования являются "телом": постановкой (основой) является памятование, а отслеживание является знанием; тело является постановкой (основой), но это не памятование; памятование является как постановкой (основой), так и памятованием. Путём этого памятования и знания он отслеживает это "тело".
Tena vuccati kāye kāyānupassanā satipaṭṭhānabhāvanā"ti. That is why ‘development of the foundation (establishment) of mindfulness consisting in contemplation of the body as a body’ is said” (Paṭis I 184–186). Поэтому оно называется развитием установления памятования, состоящего в отслеживании исключительно тела.
Ayaṃ tāvettha kāyānupassanāvasena vuttassa paṭhamacatukkassa anupubbapadavaṇṇanā. This, in the first place, is the consecutive word commentary here on the first tetrad, which deals with contemplation of the body. Таков здесь пословный комментарий, следующий порядку первой четвёрки, представляющей собой отслеживание тела.
222.Yasmā panettha idameva catukkaṃ ādikammikassa kammaṭṭhānavasena vuttaṃ. 186. The first tetrad is set forth as a meditation subject for a beginner;52 Первая четвёрка даётся в качестве объекта медитации для начинающих, 52.
Все комментарии (1)
Itarāni pana tīṇi catukkāni ettha pattajjhānassa vedanācittadhammānupassanāvasena vuttāni. but the other three tetrads are [respectively] set forth as the contemplations of feeling, of [the manner of] consciousness, and of mental objects, for one who has already attained jhāna in this tetrad. но остальные три четвёрки, представляющие собой отслеживание ощущений, ума и умственных процессов, предназначены для тех, кто достиг первой джханы в этой четвёрке.
Tasmā idaṃ kammaṭṭhānaṃ bhāvetvā ānāpānacatutthajjhānapadaṭṭhānāya vipassanāya saha paṭisambhidāhi arahattaṃ pāpuṇitukāmena ādikammikena kulaputtena pubbe vuttanayeneva sīlaparisodhanādīni sabbakiccāni katvā vuttappakārassa ācariyassa santike pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggahetabbaṃ. So if a clansman who is a beginner wants to develop this meditation subject, and through insight based on the fourth jhāna produced in breathing, to reach Arahantship together with the discriminations, he should first do all the work connected with the purification of virtue, etc., in the way already described, after which he should learn the meditation subject in five stages from a teacher of the kind already described. Поэтому если начинающий практикующий желает развивать этот объект медитации и достичь архатства с толкующими знаниями через прозрение, основой которого является четвёртая джхана, порождённая памятованием о дыхании, он должен сначала выполнить всю работу, начиная с очищения нравственности, как это было описано ранее и он должен в 5 этапов изучить объект медитации от учителя описанного ранее вида.
Tatrime pañca sandhayo uggaho, paripucchā, upaṭṭhānaṃ, appanā, lakkhaṇanti. 187. Here are the five stages: learning, questioning, establishing, absorption, characteristic. Здесь пять этапов: изучение, спрашивание, установка, поглощённость, характеристика. Я подозреваю, что эти пять этапов относятся к шагу, который в стандартной формуле предшествует 16 шагам: "Постоянно памятуя, он вдыхает, и памятуя, он...
Все комментарии (1)
Tattha uggaho nāma kammaṭṭhānassa uggaṇhanaṃ. Herein, learning is learning the meditation subject. Здесь изучение является изучением объекта медитации.
Paripucchā nāma kammaṭṭhānassa paripucchanā. Questioning is questioning about the meditation subject. Спрашивание - это задавание вопросов об объекте медитации.
Upaṭṭhānaṃ nāma kammaṭṭhānassa upaṭṭhānaṃ. Establishing is establishing the meditation subject. Установление - это установление объекта медитации.
Appanā nāma kammaṭṭhānassa appanā. Absorption [278] is the absorption of the meditation subject. Поглощённость - это поглощённость объектом медитации.
Lakkhaṇaṃ nāma kammaṭṭhānassa lakkhaṇaṃ. Characteristic is the characteristic of the meditation subject; Характеристика - это характеристика объекта медитации.
"Evaṃlakkhaṇamidaṃ kammaṭṭhāna"nti kammaṭṭhānasabhāvūpadhāraṇanti vuttaṃ hoti. what is meant is that it is the ascertaining of the meditation subject’s individual essence thus: “This meditation subject has such a characteristic. ” Это означает уточнение конкретной сущности объекта медитации следующим образом: "этот объект медитации имеет такую характеристику."
Evaṃ pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggaṇhanto attanāpi na kilamati, ācariyampi na viheseti. 188. Learning the meditation subject in the five stages in this way, he neither tires himself nor worries the teacher. Изучив таким образом объект медитации в пяти этапах он ни изнуряет себя ни беспокоит учителя.
Tasmā thokaṃ uddisāpetvā bahukālaṃ sajjhāyitvā evaṃ pañcasandhikaṃ kammaṭṭhānaṃ uggahetvā ācariyassa santike vā aññatra vā pubbe vuttappakāre senāsane vasantena upacchinnakhuddakapalibodhena katabhattakiccena bhattasammadaṃ paṭivinodetvā sukhanisinnena ratanattayaguṇānussaraṇena cittaṃ sampahaṃsetvā ācariyuggahato ekapadampi asammuyhantena idaṃ ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ manasi kātabbaṃ. So in giving this meditation subject consisting in mindfulness of breathing attention, he can live either with the teacher or elsewhere in an abode of the kind already described, learning the meditation subject in the five stages thus, getting a little expounded at a time and taking a long time over reciting it. He should sever the minor impediments. After finishing the work connected with the meal and getting rid of any dizziness due to the meal, he should seat himself comfortably. Then, making sure he is not confused about even a single word of what he has learned from the teacher, he should cheer his mind by recollecting the special qualities of the Three Jewels. Уделяя внимание этому объекту медитации, состоящему в памятовании о дыхании, он может жить как вместе с учителем, так и где-либо в другом жилище описанного вида, изучая таким образом объект медитации по пяти этапам, когда ему объясняют понемногу за раз и он посвящает много времени устному воспроизведению услышанного. Он должен устранить малые препятствия. Завершив дела, связанные с приёмом пищи и устранив сонливость после еды, он должен удобно сесть. Затем, убедившись, что в нём отсутствует недопонимание в отношении всех слов, услышанных от учителя, он должен вдохновить свой ум воспоминанием благих качеств трёх драгоценностей.
Tatrāyaṃ manasikāravidhi – 189. Here are the stages in giving attention to it: Таковы этапы направления внимания:
223.
Gaṇanā anubandhanā, phusanā ṭhapanā sallakkhaṇā; (1) counting, (2) connection, (3) touching, (4) fixing, (5) observing, (1) счёт, (2) соединение, (3) касание, (4) фиксация, (5) наблюдение
Vivaṭṭanā pārisuddhi, tesañca paṭipassanāti. (6) turning away, (7) purification, and (8) looking back on these. (6) отворачивание, (7) очищение, (8) пересмотр пройденного.
Tattha gaṇanāti gaṇanāyeva. Herein, counting is just counting, Здесь "счёт" - это просто счёт.
Anubandhanāti anuvahanā. connection is carrying on, Соединение - это продолжение.
Phusanāti phuṭṭhaṭṭhānaṃ. touching is the place touched [by the breaths], Касание - это место, с которым соприкасаются дыхания.
Ṭhapanāti appanā. fixing is absorption, Фиксация - это поглощённость.
Sallakkhaṇāti vipassanā. observing is insight, Наблюдение - это прозрение.
Vivaṭṭanāti maggo. turning away is the path, Отворачивание - это путь.
Pārisuddhīti phalaṃ. purification is fruition, Очищение - это плод.
Tesañca paṭipassanāti paccavekkhaṇā. looking back on these is reviewing. Пересмотр пройденного - это пересмотр.
Tattha iminā ādikammikena kulaputtena paṭhamaṃ gaṇanāya idaṃ kammaṭṭhānaṃ manasi kātabbaṃ. 190. 1. Herein, this clansman who is a beginner should first give attention to this meditation subject by counting. Здесь выходец из [благородной] семьи, являющийся начинающим практикующим, сперва должен направить внимание на этот объект медитации путём счёта.
Gaṇentena ca pañcannaṃ heṭṭhā na ṭhapetabbaṃ. And when counting, he should not stop short of five И во время счёта, он не должен считать меньше пяти.
Dasannaṃ upari na netabbaṃ. or go beyond ten Выше десяти заходить также не следует.
Antarā khaṇḍaṃ na dassetabbaṃ. or make any break in the series. Не нужно делать разрывов в порядке счёта.
Pañcannaṃ heṭṭhā ṭhapentassa hi sambādhe okāse cittuppādo vipphandati sambādhe vaje sanniruddhagogaṇo viya. By stopping short of five his thoughts get excited in the cramped space, like a herd of cattle shut in a cramped pen. Останавливаясь на числе дыханий меньше пяти его мысли возбуждаются как в переполненном пространстве, подобно стаду домашних животных, запертых в переполненном загоне.
Dasannampi upari nentassa gaṇananissitako cittuppādo hoti. By going beyond ten his thoughts take the number [rather than the breaths] for their support. При превышении десяти мысли в качестве опоры принимают число (вместо дыханий).
Antarā khaṇḍaṃ dassentassa "sikhāppattaṃ nu kho me kammaṭṭhānaṃ, no"ti cittaṃ vikampati. By making a break in the series he wonders if the meditation subject has reached completion or not. Делая перерыв в порядке счёта он гадает достиг ли объект медитации завершения или нет.
Tasmā ete dose vajjetvā gaṇetabbaṃ. So he should do his counting without those faults. Он должен выполнять счёт без этих недостатков.
Gaṇentena ca paṭhamaṃ dandhagaṇanāya dhaññamāpakagaṇanāya gaṇetabbaṃ. 191. When counting, he should at first do it slowly [that is, late] as a grain measurer does. В процессе счёта он сначала должен считать медленно (т.е. поздно) как это делает счетовод зерна.
Dhaññamāpako hi nāḷiṃ pūretvā "eka"nti vatvā okirati. For a grain measurer, having filled his measure, says “One,” and empties it, Потому что счетовод зерна, наполнив мерку, говорит "один" и опрокидывает её.
Puna pūrento kiñci kacavaraṃ disvā taṃ chaḍḍento "ekaṃ eka"nti vadati. and then refilling it, he goes on saying ‘”One, one” while removing any rubbish he may have noticed. Затем, наполняя её, он продолжает говорить "один, один", удаляя весь мусор, который он заметил.
Esa nayo dve dvetiādīsu. And the same with “Two, two” and so on. То же самое с "два, два" и т.д.
Evameva imināpi assāsapassāsesu yo upaṭṭhāti, taṃ gahetvā "ekaṃ eka"nti ādiṃ katvā yāva "dasa dasā"ti pavattamānaṃ pavattamānaṃ upalakkhetvāva gaṇetabbaṃ. So, taking the in-breath or the out-breath, whichever appears [most plainly], he should begin with “One, one” [279] and count up to “Ten, ten,” noting each as it occurs. Поэтому, взяв вдох или выдох, что из этого оказалось [наиболее явным], он должен начинать с "один, один" и дальше считать "десять, десять", отмечая каждый раз как происходит [выбранное событие]. В современной литературе это объясняется как просто отмечание один раз после события: (вдох закончился) "один", (следующий вдох закончился) "один". Ил...
Все комментарии (2)
Tassa evaṃ gaṇayato nikkhamantā ca pavisantā ca assāsapassāsā pākaṭā honti. 192. As he does his counting in this way, the in-breaths and out-breaths become evident to him as they enter in and issue out. По мере того как он этим способом считает, вдохи и выдохи становятся для него заметны по мере того, как они входят и выходят. Выше сказано "выбрать вдох ИЛИ выдох", но здесь сказано, очевидны вдохи И выдохи. Следовательно тут речь о схеме (вдох закончился) "один", (выдох зако...
Все комментарии (1)
Athānena taṃ dandhagaṇanaṃ dhaññamāpakagaṇanaṃ pahāya sīghagaṇanāya gopālakagaṇanāya gaṇetabbaṃ. Then he can leave off counting slowly (late), like a grain measurer, and he can count quickly [that is, early] as a cowherd does. Затем он может оставить медленный (поздний счёт), подобно счетоводу зерна, и начать считать быстро (т.е. рано) как пастух.
Cheko hi gopālako sakkharādayo ucchaṅgena gahetvā rajjudaṇḍahattho pātova vajaṃ gantvā gāvo piṭṭhiyaṃ paharitvā palighatthambhamatthake nisinno dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva gāviṃ ekā dveti sakkharaṃ khipitvā gaṇeti. For a skilled cowherd takes pebbles in his pocket and goes to the cow pen in the morning, whip in hand; sitting on the bar of the gate, prodding the cows in the back, he counts each one as it reaches the gate, saying “One, two,” dropping a pebble for each. Ведь умелый пастух наполняет карман камешками и поутру идёт в загон для коров с хлыстом в руке. Сидя на перекладине ворот, шлёпая коров по спине он считает каждую в момент, когда она доходит до ворот, говоря "один, два", бросая камушек по мере прохождения каждой.
Tiyāmarattiṃ sambādhe okāse dukkhaṃ vutthagogaṇo nikkhamanto nikkhamanto aññamaññaṃ upanighaṃsanto vegena vegena puñjapuñjo hutvā nikkhamati. And the cows of the herd, which have been spending the three watches of the night uncomfortably in the cramped space, come out quickly in parties, jostling each other as they escape. И коровы в стаде, проведшие три ночные стражи в неудобстве скученного пространства, быстро выходят группами, давясь друг с другом по мере выхода из загона.
So vegena vegena "tīṇi cattāri pañca dasā"ti gaṇetiyeva, evamimassāpi purimanayena gaṇayato assāsapassāsā pākaṭā hutvā sīghaṃ sīghaṃ punappunaṃ sañcaranti. So he counts quickly (early) “Three, four, five” and so up to ten. In this way the in-breaths and out-breaths, which had already become evident to him while he counted them in the former way, now keep moving along quickly. Поэтому он считает быстро (рано) "три, четыре, пять". Таким образом вдохи и выдохи, уже ставшие для него очевидными, когда он считал их первым способом, теперь продолжают идти быстро.
Tatonena "punappunaṃ sañcarantī"ti ñatvā anto ca bahi ca agahetvā dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva gahetvā "eko dve tīṇi cattāri pañca cha. 193. Then, knowing that they keep moving along quickly, not apprehending them either inside or outside [the body], but apprehending them just as they reach the [nostril] door, Затем, зная, что они идут быстро, не отслеживая их внутри или снаружи [тела], но отслеживая их как только они достигают врат [ноздрей],
Eko dve tīṇi cattāri pañca cha satta - pe - aṭṭha, nava, dasā"ti sīghaṃ sīyaṃ gaṇetabbameva. he can do his counting quickly (early): “One, two, three, four, five; one, two, three, four, five, six … seven … eight … nine … ten.” он может считать быстро (рано) "один, два, три, четыре, пять, один, два, три, четыре, пять, шесть... семь... восемь... девять... десять."
Gaṇanapaṭibaddhe hi kammaṭṭhāne gaṇanabaleneva cittaṃ ekaggaṃ hoti, arittupatthambhanavasena caṇḍasote nāvāṭṭhapanamiva. For as long as the meditation subject is connected with counting it is with the help of that very counting that the mind becomes unified, just as a boat in a swift current is steadied with the help of a rudder. Ведь по мере того как объект медитации связан со счётом, именно с помощью этого самого счёта ум собирается, подобно кораблю в быстром течении, который удерживают с помощью руля.
Tassevaṃ sīghaṃ sīghaṃ gaṇayato kammaṭṭhānaṃ nirantaraṃ pavattaṃ viya hutvā upaṭṭhāti. 194. When he counts quickly, the meditation subject becomes apparent to him as an uninterrupted process. Когда он считает быстро, объект медитации становится для него очевидным как непрерывный процесс.
Atha nirantaraṃ pavattatīti ñatvā anto ca bahi ca vātaṃ apariggahetvā purimanayeneva vegena vegena gaṇetabbaṃ. Then, knowing that it is proceeding uninterruptedly, he can count quickly (early) in the way just described, not discerning the wind either inside or outside [the body]. Затем, зная, что он идёт непрерывно, он может считать быстро уже описанным способом, не отслеживая воздух вне или внутри [тела].
Anto pavisanavātena hi saddhiṃ cittaṃ pavesayato abbhantaraṃ vātabbhāhataṃ medapūritaṃ viya hoti. For by bringing his consciousness inside along with the incoming breath, it seems as if it were buffeted by the wind inside or filled with fat.53 Потому что привнося свой ум внутрь вместе с входящим дыханием, он выглядит как будто потрясаем ветром внутри или наполнен жиром. 53. Комм. NT: No further explanation is given.
Все комментарии (1)
Bahi nikkhamanavātena saddhiṃ cittaṃ nīharato bahiddhā puthuttārammaṇe cittaṃ vikkhipati. By taking his consciousness outside along with the outgoing breath, it gets distracted by the multiplicity of objects outside. Перенося свой ум наружу с выходящим дыханием, он страдает от отвлечений, создаваемых множеством внешних объектов.
Phuṭṭhaphuṭṭhokāse pana satiṃ ṭhapetvā bhāventasseva bhāvanā sampajjati. However, his development is successful when he fixes his mindfulness on the place touched [by the breaths]. Однако его практика достигает успеха, когда он фиксирует своё памятование на месте касания [дыханий с телом].
Tena vuttaṃ "anto ca bahi ca vātaṃ apariggahetvā purimanayeneva vegena vegena gaṇetabba"nti. That is why it was said above: “He can count quickly (early) in the way just described, not discerning the wind either inside or outside. ” Вот почему выше было сказано: "Он может считать быстро (рано) вышеописанным образом, не отслеживая воздух внутри или снаружи".
Kīvaciraṃ panetaṃ gaṇetabbanti? 195. But how long is he to go on counting? Но как долго он должен продолжать счёт?
Yāva vinā gaṇanāya assāsapassāsārammaṇe sati santiṭṭhati. Until, without counting, [280] mindfulness remains settled on the in-breaths and out-breaths as its object. До момента, когда без счёта памятование удерживается на вдохах и выдохах как объекте.
Bahivisaṭavitakkavicchedaṃ katvā assāsapassāsārammaṇe satisaṇṭhāpanatthaṃyeva hi gaṇanāti. For counting is simply a device for setting mindfulness on the in-breaths and out- breaths as object by cutting off the external dissipation of applied thoughts. Ведь счёт является лишь средством для установления памятования на вдохах и выдохах как объекте, путём отсечения внешнего рассеивания рассуждений.
224.Evaṃ gaṇanāya manasi katvā anubandhanāya manasi kātabbaṃ. 196. 2. Having given attention to it in this way by counting, he should now do so by connection. Направив на него внимание таким образом путём счёта, он теперь должен направлять внимание путём соединения.
Anubandhanā nāma gaṇanaṃ paṭisaṃharitvā satiyā nirantaraṃ assāsapassāsānaṃ anugamanaṃ. Connection is the uninterrupted following of the in-breaths and out-breaths with mindfulness after counting has been given up. Соединение - это непрерывное следование с памятованием за вдохами и выдохами после того, как счёт был отброшен.
Tañca kho na ādimajjhapariyosānānugamanavasena. And that is not by following after the beginning, the middle and the end. 54 И это не является следованием за началом, серединой и концом. 54. комментарий переведён
Все комментарии (1)
Bahinikkhamanavātassa hi nābhi ādi, hadayaṃ majjhaṃ, nāsikaggaṃ pariyosānaṃ. 197. The navel is the beginning of the wind issuing out, the heart is its middle and the nose-tip is its end. Пупок является началом исходящего воздуха, сердце является его серединой и кончик носа концом. Это вроде бы как и есть "тело дыхания", о котором речь на третьем шаге.
Все комментарии (1)
Abbhantaraṃ pavisanavātassa nāsikaggaṃ ādi, hadayaṃ majjhaṃ nābhi pariyosānaṃ. The nose-tip is the beginning of the wind entering in, the heart is its middle and the navel is its end. Кончик носа является началом входящего воздуха, сердце - серединой, а пупок - концом.
Tañcassa anugacchato vikkhepagataṃ cittaṃ sāraddhāya ceva hoti iñjanāya ca. And if he follows after that, his mind is distracted by disquiet and perturbation И если он следует за этим, его ум отвлекается беспокойством и волнением.
Yathāha – according as it is said:
"Assāsādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchato ajjhattaṃ vikkhepagatena cittena kāyopi cittampi sāraddhā ca honti iñjitā ca phanditā ca. “When he goes in with mindfulness after the beginning, middle, and end of the in- breath, his mind being distracted internally, both his body and his mind are disquieted and perturbed and shaky.
Passāsādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchato bahiddhā vikkhepagatena cittena kāyopi cittampi sāraddhā ca honti iñjitā ca phanditā cā"ti (paṭi. ma. 1.157). When he goes out with mindfulness after the beginning, middle and end of the out-breath, his mind being distracted externally, both his body and his mind are disquieted and perturbed and shaky” (Paṭis I 165).
Tasmā anubandhanāya manasikarontena ādimajjhapariyosānavasena na manasi kātabbaṃ. 3–4. So when he gives his attention to it by connection, he should do so not by the beginning, middle and end, Поэтому когда он направляет своё внимание них путём соединения, он не должен прибегать к началу, середине и концу.
Apica kho phusanāvasena ca ṭhapanāvasena ca manasi kātabbaṃ. but rather by touching and by fixing. Он должен направлять внимание посредством касания и фиксации.
Gaṇanānubandhanāvasena viya hi phusanāṭhapanāvasena visuṃ manasikāro natthi. 198. There is no attention to be given to it by touching separate from fixing as there is by counting separate from connection. Не следует направлять на него внимание путём касания отдельного от фиксации, как практикуется счёт отдельно от соединения.
Phuṭṭhaphuṭṭhaṭṭhāneyeva pana gaṇento gaṇanāya ca phusanāya ca manasi karoti. But when he is counting the breaths in the place touched by each, he is giving attention to them by counting and touching. Но когда он считает дыхания в месте, где касаются оба, он направляет внимание на них путём счёта и касания.
Tattheva gaṇanaṃ paṭisaṃharitvā te satiyā anubandhanto, appanāvasena ca cittaṃ ṭhapento anubandhanāya ca phusanāya ca ṭhapanāya ca manasi karotīti vuccati. When he has given up counting and is connecting them by means of mindfulness in that same place and fixing consciousness by means of absorption, then he is said to be giving his attention to them by connection, touching and fixing. Когда он оставил счёт и соединяет их путём памятования в том же месте и фиксации ума путём поглощённости, тогда он называется практикующим, направляющим внимание на них путём соединения, касания и фиксации.
Svāyamattho aṭṭhakathāsu vuttapaṅguḷadovārikūpamāhi paṭisambhidāyaṃ vuttakakacūpamāya ca veditabbo. And the meaning of this may be understood through the similes of the man who cannot walk and the gatekeeper given in the commentaries, and through the simile of the saw given in the Paṭisambhidā. И смысл этого можно понять с помощью метафор о человеке, не способном ходить, и привратнике, даваемом в комментариях, а также с помощью метафоры с пилой, даваемой в Патисамбхидамагге.
225.Tatrāyaṃ paṅguḷopamā – seyyathāpi paṅguḷo dolāya kīḷataṃ mātāputtānaṃ dolaṃ khipitvā tattheva dolāthambhamūle nisinno kamena āgacchantassa ca gacchantassa ca dolāphalakassa ubho koṭiyo majjhañca passati, na ca ubhokoṭimajjhānaṃ dassanatthaṃ byāvaṭo hoti, evamevāyaṃ bhikkhu sativasena upanibandhanathambhamūle ṭhatvā assāsapassāsadolaṃ khipitvā tattheva nimitte satiyā nisīdanto kamena āgacchantānañca gacchantānañca phuṭṭhaṭṭhāne assāsapassāsānaṃ ādimajjhapariyosānaṃ satiyā anugacchanto tattha ca cittaṃ ṭhapento passati, na ca tesaṃ dassanatthaṃ byāvaṭo hoti, ayaṃ paṅguḷopamā. 199. Here is the simile of the man who cannot walk: Just as a man unable to walk, who is rocking a swing for the amusement of his children and their mother, sits at the foot of the swing post and sees both ends and the middle of the swing plank successively coming and going, [281] yet does not move from his place in order to see both ends and the middle, so too, when a bhikkhu places himself with mindfulness, as it were, at the foot of the post for anchoring [mindfulness] and rocks the swing of the in-breaths and out-breaths; he sits down with mindfulness on the sign at that same place, and follows with mindfulness the beginning, middle and end of the in-breaths and out-breaths at the place touched by them as they come and go; keeping his mind fixed there, he then sees them without moving from his place in order to see them. This is the simile of the man who cannot walk. Вот что представляет собой метафора с человеком, не способным ходить: Подобно человеку, не способному ходить, раскачивающему качели для развлечения своих детей и их матери, который сидит у подножия столба качелей и видит оба края и середину сиденья качелей, последовательно уходящего и приходящего, при всём при этом не сходя со своего места, чтобы увидеть оба конца и середину, так и монах, ставит себя с памятованием к подножию столба для закрепления памятования и раскачивает качели вдохов и выдохов. Он садится с памятованием об образе в том самом месте и с памятованием следует за началом, серединой и концом вдохов и выдохов в том месте, где они касаются по мере прихода и ухода. Удерживая ум зафиксированным в том месте, он затем видит их без ухода со своего места, чтобы разглядеть их. Такова метафора с человеком, не способным ходить. Здесь не совсем понятно. Выше на этапе "соединение" сказано, что за началом, серединой и концом следовать не нужно. А здесь нужно. Получается, это нек...
Все комментарии (1)
226.Ayaṃ pana dovārikūpamā – seyyathāpi dovāriko nagarassa anto ca bahi ca purise "ko tvaṃ, kuto vā āgato, kuhiṃ vā gacchasi, kiṃ vā te hatthe"ti na vīmaṃsati. 200. This is the simile of the gatekeeper: Just as a gatekeeper does not examine people inside and outside the town, asking, “Who are you? Where have you come from? Where are you going? What have you got in your hand?” Такова метафора с привратником: подобно тому, как привратник не допрашивает людей внутри и вне города вопросами "Ты кто? Ты откуда? Куда идёшь? Что у тебя в руке?".
Na hi tassa te bhārā, dvārappattaṃ dvārappattaṃyeva pana vīmaṃsati, evameva imassa bhikkhuno antopaviṭṭhavātā ca bahinikkhantavātā ca na bhārā honti, dvārappattā dvārappattāyeva bhārāti ayaṃ dovārikūpamā. —for those people are not his concern—but he does examine each man as he arrives at the gate, so too, the incoming breaths that have gone inside and the outgoing breaths that have gone outside are not this bhikkhu’s concern, but they are his concern each time they arrive at the [nostril] gate itself. Ведь до этих людей ему нет дела, но он допрашивает каждого человека, когда он входит в ворота. Так и здесь, вдохи, вошедшие внутрь и выдохи, вышедшие наружу, не являются предметом заботы монаха, но монаху есть до них дело каждый раз, когда они приходят к вратам [ноздрей].
227.Kakacūpamā pana ādito paṭṭhāya evaṃ veditabbā. 201. Then the simile of the saw should be understood from its beginning. Затем метафору с пилой следует понимать с самого начала.
Vuttañhetaṃ – For this is said: Ведь сказано так:
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Ajānato ca tayo dhamme, bhāvanā nupalabbhati. By one who knows not these three things Development is not obtained.
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Jānato ca tayo dhamme, bhāvanā upalabbhatī"ti. (paṭi. ma. 1.159); By one who does know these three things Development can be obtained. ”
"Kathaṃ ime tayo dhammā ekacittassa ārammaṇā na honti, na cime tayo dhammā aviditā honti, na ca cittaṃ vikkhepaṃ gacchati, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhi gacchati? 202. “How is it that these three things are not the object of a single consciousness, that they are nevertheless not unknown, that the mind does not become distracted, that he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect?“ "Как так может быть, что та тройка не является объектом одного момента ума, и тем не менее они не являются неизвестными, ум не рассеивается, он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата? Тройка: соединение, касание и фиксация. Всё это объяснение можно опустить.
Все комментарии (1)
Seyyathāpi rukkho same bhūmibhāge nikkhitto, tamenaṃ puriso kakacena chindeyya. Suppose there were a tree trunk placed on a level piece of ground, and a man cut it with a saw. Представим, что есть ствол дерева, положенный на ровную землю, и человек пилит его пилой.
Rukkhe phuṭṭhakakacadantānaṃ vasena purisassa sati upaṭṭhitā hoti, na āgate vā gate vā kakacadante manasi karoti, na āgatā vā gatā vā kakacadantā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati. The man’s mindfulness is established by the saw’s teeth where they touch the tree trunk, without his giving attention to the saw’s teeth as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so; and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. Памятование человека установлено на зубья пилы, где они касаются ствола, он не уделяет внимание зубьям пилы как они приближаются и уходят, хотя такое их движение не является для него неизвестным. Он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата.
"Yathā rukkho same bhūmibhāge nikkhitto, evaṃ upanibandhanānimittaṃ. As the tree trunk placed on the level piece of ground, so the sign for the anchoring of mindfulness. Как ствол дерева лежит на ровной поверхности земли, так и образ для закрепления памятования.
Yathā kakacadantā, evaṃ assāsapassāsā. As the saw’s teeth, so the in-breaths and out-breaths. Как у пилы есть зубья, так и вдохи и выдохи.
Yathā rukkhe phuṭṭhakakacadantānaṃ vasena purisassa sati upaṭṭhitā hoti, na āgate vā gate vā kakacadante manasi karoti, na āgatā vā gatā vā kakacadantā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati, evameva bhikkhu nāsikagge vā mukhanimitte vā satiṃ upaṭṭhapetvā nisinno hoti, na āgate vā gate vā assāsapassāse manasi karoti, na ca āgatā vā gatā vā assāsapassāsā aviditā honti, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati. As the man’s mindfulness, established by the saw’s teeth where they touch the tree trunk, without his giving attention to the saw’s teeth as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so, and so he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect, [282] so too, the bhikkhu sits, having established mindfulness at the nose tip or on the upper lip, without giving attention to the in-breaths and out-breaths as they approach and recede, though they are not unknown to him as they do so, and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. Как у человека памятование, установленное у зубьев пилы, где они касаются ствола дерева, не направляя внимание на зубья пилы, как они подходят и уходят, хотя такие их движение не является для него неизвестным, и так он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата. Так и монах садится, устанавливает памятование на кончике носа или верхней губе, не направляя внимание на вдохи и выдохи, как они подходят и уходят, хотя такое их движение не является для него неизвестным, и так он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата.
"Padhānanti katamaṃ padhānaṃ? 203.“‘Effort’: what is the effort? "Усилие" - что это за усилие?
Āraddhavīriyassa kāyopi cittampi kammaniyaṃ hoti, idaṃ padhānaṃ. The body and the mind of one who is energetic become wieldy—this is the effort. Тело и ум того, кто обладает безустанным усердием, становится податливым, об этом усилии речь.
Katamo payogo? What is the task? Что за задача?
Āraddhavīriyassa upakkilesā pahīyanti, vitakkā vūpasamanti, ayaṃ payogo. Imperfections come to be abandoned in one who is energetic, and his applied thoughts are stilled—this is the task. В том, кто обладает безустанным усердием, загрязнения устраняются и его рассуждение успокаивается - такова задача.
Katamo viseso? What is the effect? Каков результат?
Āraddhavīriyassa saṃyojanā pahīyanti, anusayā byantī honti, ayaṃ viseso. Fetters come to be abandoned in one who is energetic, and his inherent tendencies come to be done away with—this is the effect. В том, кто обладает безустанным усердием, устраняются оковы и с его предрасположенностями становится покончено - таков результат.
Evaṃ ime tayo dhammā ekacittassa ārammaṇā na honti, na cime tayo dhammā aviditā honti, na ca cittaṃ vikkhepaṃ gacchati, padhānañca paññāyati, payogañca sādheti, visesamadhigacchati (paṭi. ma. 1.159). “So these three things are not the object of a single consciousness, and they are nevertheless not unknown, and the mind does not become distracted, and he manifests effort, carries out a task, and achieves an effect. "Поэтому эти три вещи не являются объектом одного момента ума и они тем не менее не являются неизвестными и ум не рассеивается и он демонстрирует усилие, выполняет задачу и достигает результата.
"Ānāpānassati yassa, paripuṇṇā subhāvitā; “Whose mindfulness of breathing in And out is perfect, well developed,
Anupubbaṃ paricitā, yathā buddhena desitā; And gradually brought to growth According as the Buddha taught,
So imaṃ lokaṃ pabhāseti, abbhā muttova candimā"ti. (paṭi. ma. 1.160); ’Tis he illuminates the world Just like the full moon free from cloud”55 NT: 55. Paṭis I 170–72; last line Dhp 172; whole verse Th 548.
Все комментарии (1)
Ayaṃ kakacūpamā. This is the simile of the saw. Такова метафора с пилой. Отсюда продолжаем.
Все комментарии (1)
Idha panassa āgatāgatavasena amanasikāramattameva payojananti veditabbaṃ. But here it is precisely his not giving attention [to the breaths] as [yet to] come and [already] gone56 that should be understood as the purpose. Но здесь целью следует понимать именно то, что он не направляет внимание на те [дыхания], которые ещё не пришли и уже ушли. NT: 56. Reading āgata-gata-vasena with Vism-mhṭ 271.
Все комментарии (1)
228.Idaṃ kammaṭṭhānaṃ manasikaroto kassaci na cireneva nimittañca uppajjati, avasesajhānaṅgapaṭimaṇḍitā appanāsaṅkhātā ṭhapanā ca sampajjati. 204. When someone gives his attention to this meditation subject, sometimes it is not long before the sign arises in him, and then the fixing, in other words, absorption adorned with the rest of the jhāna factors, is achieved. Когда некто направляет своё внимание на объект медитации иногда через недолгий период времени у него появляется образ и тогда достигается фиксация, другими словами поглощённость с остальными её факторами.
Kassaci pana gaṇanāvaseneva manasikārakālato pabhuti anukkamato oḷārikaassāsapassāsanirodhavasena kāyadarathe vūpasante kāyopi cittampi lahukaṃ hoti, sarīraṃ ākāse laṅghanākārappattaṃ viya hoti. 205. After someone has given his attention to counting, both body and mind become light as though the body would leap up into the air. После того, как некто направил внимание на счёт, тело и ум становятся лёгкими как будто тело готово взлететь в воздух. В Висуддхимагге дост. Нянамоли часть этого предложения опущена. Я дополнил недостающее из книги "памятование о дыхании" того же автора.
Все комментарии (1)
Yathā sāraddhakāyassa mañce vā pīṭhe vā nisīdato mañcapīṭhaṃ onamati, vikūjati, paccattharaṇaṃ valiṃ gaṇhāti. Just as when a body that is disturbed sits down on a bed or chair, the bed or chair sags down and creaks and the cover gets rumpled, Подобно тому, как возбуждённое тело садится на кровать или стул и кровать или стул сгибаются вниз, скрипят и покрывало сминается
Asāraddhakāyassa pana nisīdato neva mañcapīṭhaṃ onamati, na vikūjati, na paccattharaṇaṃ valiṃ gaṇhāti, tūlapicupūritaṃ viya mañcapīṭhaṃ hoti. but when a body that is not disturbed sits down, the bed or chair neither sags down nor creaks, the cover does not get rumpled, and it is as though filled with cotton wool— но когда невозбуждённое тело садится, кровать или стул ни сгибаются ни скрипят, покрывало не сминается и это как будто оно (тело) наполнено хлопковой пряжей.
Kasmā? why? Почему?
Yasmā asāraddho kāyo lahuko hoti. because a body that is not disturbed is light— Потому что невозбуждённое тело - лёгкое.
Evameva gaṇanāvasena manasikārakālato pabhuti anukkamato oḷārikaassāsapassāsanirodhavasena kāyadarathe vūpasante kāyopi cittampi lahukaṃ hoti, sarīraṃ ākāse laṅghanākārappattaṃ viya hoti. so too, after he has given his attention to counting, when the bodily disturbance has been stilled by the gradual cessation of gross in-breaths and out-breaths, then both the body and the mind become light: the physical body is as though it were ready to leap up into the air. [283] Поэтому когда он направил внимание на счёт, когда телесное возбуждение успокоено постепенным прекращением грубых вдохов и выдохов, тело и ум становятся лёгкими, физическое тело становится как будто оно готово взлететь в воздух.
Tassa oḷārike assāsapassāse niruddhe sukhumassāsapassāsanimittārammaṇaṃ cittaṃ pavattati. 206. When his gross in-breaths and out breaths have ceased, his consciousness occurs with the sign of the subtle in-breaths and out-breaths as its object. Когда грубые вдохи выдохи прекратились, возникает момент ума с образом тонких вдохов и выдохов в качестве опоры.
Tasmimpi niruddhe aparāparaṃ tato sukhumataraṃ sukhumataraṃ nimittārammaṇaṃ pavattatiyeva. And when that has ceased, it goes on occurring with the successively subtler signs as its object. И когда они прекратились, он продолжает возникать с постепенно более тонкими образами в качестве опоры.
Kathaṃ? How? Как?
Yathā puriso mahatiyā lohasalākāya kaṃsathālaṃ ākoṭeyya, ekappahārena mahāsaddo uppajjeyya, tassa oḷārikasaddārammaṇaṃ cittaṃ pavatteyya. 207. Suppose a man stuck a bronze bell with a big iron bar and at once a loud sound arose, his consciousness would occur with the gross sound as its object; Как человек ударил бронзовый колокол большой железной палкой и сразу возник громкий звук, его момент ума возникнет вместе с грубым звуком в качестве опоры.
Niruddhe oḷārike sadde atha pacchā sukhumasaddanimittārammaṇaṃ, tasmimpi niruddhe aparāparaṃ tato sukhumataraṃ sukhumataraṃ saddanimittārammaṇaṃ pavattateva, evanti veditabbaṃ. then, when the gross sound had ceased, it would occur afterwards with the sign of the subtle sound as its object; and when that had ceased, it would go on occurring with the sign of the successively subtler sounds as its object. This is how it should be understood. Затем, когда грубый звук прекратился, он возникнет в дальнейшем с образом утончённого звука в качестве опоры, а когда и тот прекратился, он будет возникать с образом постепенно более тонких звуков в качестве опоры.
Vuttampicetaṃ – "seyyathāpi kaṃse ākoṭite"ti (paṭi. ma. 1.171) vitthāro. And this is given in detail in the passage beginning, “Just as when a metal gong is struck” (§184). И это подробно объясняется во фрагменте, начинающемся с "подобно тому, как ударили по железному гонгу".
229.Yathā hi aññāni kammaṭṭhānāni uparūpari vibhūtāni honti, na tathā idaṃ. 208.For while other meditation subjects become clearer at each higher stage, this one does not: Ведь хотя остальные объекты медитации становятся яснее на каждой более высокой стадии, этот не становится.
Idaṃ pana uparūpari bhāventassa sukhumattaṃ gacchati, upaṭṭhānampi na upagacchati, evaṃ anupaṭṭhahante pana tasmiṃ tena bhikkhunā uṭṭhāyāsanā cammakhaṇḍaṃ papphoṭetvā na gantabbaṃ. in fact, as he goes on developing it, it becomes more subtle for him at each higher stage, and it even comes to the point at which it is no longer manifest. However, when it becomes unmanifest in this way, the bhikkhu should not get up from his seat, shake out his leather mat, and go away. Фактически, по мере совершенствования он становится для него всё более утончённым на каждой последующей стадии и даже доходит до момента, когда более не проявляется. Однако когда он становится непроявленным таким образом, монах не должен вставать со своего места, трясти свой кожаный коврик и уходить.
Kiṃ kātabbaṃ? What should be done? Что нужно делать?
"Ācariyaṃ pucchissāmī"ti vā, "naṭṭhaṃ dāni me kammaṭṭhāna"nti vā na vuṭṭhātabbaṃ. He should not get up with the idea “Shall I ask the teacher? ” or “Is my meditation subject lost?”; Он не должен вставать с места с мыслью "Пойду-ка я спрошу учителя" или "Мой объект медитации утерян".
Iriyāpathaṃ vikopetvā gacchato hi kammaṭṭhānaṃ navanavameva hoti. for by going away, and so disturbing his posture, the meditation subject has to be started anew. Ведь из-за ухода и нарушения своей позы объект медитации придётся начинать развивать заново.
Tasmā yathānisinneneva desato āharitabbaṃ. So he should go on sitting as he was and [temporarily] substitute the place [normally touched for the actual breaths as the object of contemplation]. 57 Поэтому он должен продолжать сидеть как раньше и изменить место [обычно касаемое реальными дыханиями как объект медитации]. NT: 57. The point made here is that if the breaths themselves get temporarily too faint to be observed, he should carry on by observing the tip of the...
Все комментарии (1)
Tatrāyaṃ āharaṇūpāyo, tena hi bhikkhunā kammaṭṭhānassa anupaṭṭhānabhāvaṃ ñatvā iti paṭisañcikkhitabbaṃ, ime assāsapassāsā nāma kattha atthi, kattha natthi. 209. These are the means for doing it. The bhikkhu should recognize the unmanifest state of the meditation subject and consider thus: “Where do these in-breaths and out-breaths exist? Where do they not? Таков способ сделать это. Монах должен осознать непроявляющееся состояние объекта медитации и подумать: "Где присутствуют эти вдохи и выдохи? Где их нет?
Kassa vā atthi, kassa vā natthīti. In whom do they exist? In whom not?” В ком они присутствуют? В ком нет?
Athevaṃ paṭisañcikkhatā ime antomātukucchiyaṃ natthi, udake nimuggānaṃ natthi, tathā asaññībhūtānaṃ, matānaṃ, catutthajjhānasamāpannānaṃ, rūpārūpabhavasamaṅgīnaṃ, nirodhasamāpannānanti ñatvā evaṃ attanāva attā paṭicodetabbo "nanu tvaṃ, paṇḍita, neva mātukucchigato, na udake nimuggo, na asaññībhūto, na mato, na catutthajjhānasamāpanno, na rūpārūpabhavasamaṅgī, na nirodhasamāpanno. Then, as he considers thus, he finds that they do not exist in one inside the mother’s womb, or in those drowned in water, or likewise in unconscious beings,58 or in the dead, or in those attained to the fourth jhāna, or in those born into a fine-material or immaterial existence, or in those attained to cessation [of perception and feeling]. So he should apostrophize himself thus: “You with all your wisdom are certainly not inside a mother’s womb or drowned in water or in the unconscious existence or dead or attained to the fourth jhāna or born into the fine-material or immaterial existence or attained to cessation. Затем, когда он так думает, он обнаруживает, что они не существуют в утробе матери или у тех, кто погрузился в воду или также у существ, не имеющих распознавания, у мёртвых, у вошедших в четвёртый уровень поглощённости или у тех, кто родился в мире тонких форм или бесформенном мире, или у тех, кто вошёл в состояние прекращения [распознавания и ощущения]. Поэтому он должен себя подстегнуть: "Ты со своей мудростью уж точно не в чреве матери, не погрузился в воду, не находишься не уровне нераспознающих [брахм], не мёртв, ни вошёл в четвёртую поглощённость, ни родился в мире тонких форм или в бесформенном мире, не вошёл в состояние прекращения. NT: 58. Those born in the world of unconscious beings in the fine-material Brahmā world (D I 28).
Все комментарии (1)
Atthiyeva te assāsapassāsā, mandapaññatāya pana pariggahetuṃ na sakkosī"ti. Those in-breaths and out-breath are actually existent in you, only you are not able to discern them because your understanding is dull.” Эти вдохи и выдохи в реальности существуют в тебе, ты лишь только не способен различить, поскольку твоё понимание затемнено."
Athānena pakatiphuṭṭhavasena cittaṃ ṭhapetvā manasikāro pavattetabbo. Then, fixing his mind on the place normally touched [by the breaths], he should proceed to give his attention to that. Затем, фиксируя ум на месте, в котором обычно дыхания касаются [носа] он должен продолжать направлять на это внимание.
Ime hi dīghanāsikassa nāsāpuṭaṃ ghaṭṭentā pavattanti. 210. These in-breaths and out-breaths occur striking the tip of the nose in a long-nosed man [284] Эти вдохи и выдохи происходят ударяя кончик носа у человека с длинным носом
Rassanāsikassa uttaroṭṭhaṃ. and the upper lip in a short-nosed man. и верхнюю губу у человека с коротким носом.
Tasmānena imaṃ nāma ṭhānaṃ ghaṭṭentīti nimittaṃ ṭhapetabbaṃ. So he should fix the sign thus: “This is the place where they strike.” Поэтому он должен зафиксировать образ следующим образом: "Это место, где они ударяют". также см. тут https://tipitaka.theravada.su/view.php?ContentID=271108
Все комментарии (1)
Imameva hi atthavasaṃ paṭicca vuttaṃ bhagavatā – "nāhaṃ, bhikkhave, muṭṭhasatissa asampajānassa ānāpānassatibhāvanaṃ vadāmī"ti (ma. ni. 3.149; saṃ. ni. 5.992). This was why the Blessed One said: “Bhikkhus, I do not say of one who is forgetful, who is not fully aware, [that he practices] development of mindfulness of breathing” (M III 84). Вот почему Благословенный сказал: "Монахи, я не знаю ни одного забывчивого и не осознающего, который практикует развитие памятования о дыхании".
230.Kiñcāpi hi yaṃkiñci kammaṭṭhānaṃ satassa sampajānasseva sampajjati. 211. Although any meditation subject, no matter what, is successful only in one who is mindful and fully aware, Хотя любой объект медитации, не важно какой, практикуется успешно только тем, кто памятующ и осознаёт.
Ito aññaṃ pana manasikarontassa pākaṭaṃ hoti. yet any meditation subject other than this one gets more evident as he goes on giving it his attention. Однако любой объект медитации помимо этого становится более очевиден по мере того, как практикующий продолжает направлять своё внимание.
Idaṃ pana ānāpānassatikammaṭṭhānaṃ garukaṃ garukabhāvanaṃ buddhapaccekabuddhabuddhaputtānaṃ mahāpurisānaṃyeva manasikārabhūmibhūtaṃ, na ceva ittaraṃ, na ca ittarasattasamāsevitaṃ. But this mindfulness of breathing is difficult, difficult to develop, a field in which only the minds of Buddhas, Paccekabuddhas, and Buddhas’ sons are at home. It is no trivial matter, nor can it be cultivated by trivial persons. Но это памятование о дыхании является трудным, трудным для развития, это сфера, в которой только ум Будд, Паччекабудд и сыновей Будд чувствует себя как дома. Это не простая вещь и обычные люди не могут её развивать.
Yathā yathā manasi karīyati, tathā tathā santañceva hoti sukhumañca. In proportion as continued attention is given to it, it becomes more peaceful and more subtle. В той мере, в которой на него направляется продолжительное внимание, оно становится более умиротворённым и утончённым.
Tasmā ettha balavatī sati ca paññā ca icchitabbā. So strong mindfulness and understanding are necessary here. Поэтому здесь необходимо сильное памятование и мудрость.
Yathā hi maṭṭhasāṭakassa tunnakaraṇakāle sūcipi sukhumā icchitabbā. 212. Just as when doing needlework on a piece of fine cloth a fine needle is needed, Подобно тому как при шитье тонкой ткани нужна тонкая игла
Sūcipāsavedhanampi tato sukhumataraṃ, evameva maṭṭhasāṭakasadisassa imassa kammaṭṭhānassa bhāvanākāle sūcipaṭibhāgā satipi, sūcipāsavedhanapaṭibhāgā taṃsampayuttā paññāpi balavatī icchitabbā. and a still finer instrument for boring the needle’s eye, so too, when developing this meditation subject, which resembles fine cloth, both the mindfulness, which is the counterpart of the needle, and the understanding associated with it, which is the counterpart of the instrument for boring the needle’s eye, need to be strong. и ещё более тонкий инструмент для продевания в ушко иглы, так и при развитии этого объекта медитации, напоминающего тонкую ткань, требуется сильное памятование, соответствующее игле и сильная мудрость, соответствующая приспособлению для продеванию в ушко.
Tāhi ca pana satipaññāhi samannāgatena bhikkhunā na te assāsapassāsā aññatra pakatiphuṭṭhokāsā pariyesitabbā. A bhikkhu must have the necessary mindfulness and understanding and must look for the in-breaths and out-breaths nowhere else than the place normally touched by them. Монах должен обладать требуемым памятованием и мудростью и должен следить за вдохами и выдохами исключительно в том месте, где они обычно касаются тела.
Yathā pana kassako kasiṃ kasitvā balībadde muñcitvā gocaramukhe katvā chāyāya nisinno vissameyya, athassa te balībaddā vegena aṭaviṃ paviseyyuṃ. 213.Suppose a ploughman, after doing some ploughing, sent his oxen free to graze and sat down to rest in the shade, then his oxen would soon go into the forest. Подобно пахарю, проделавшему часть пахотной работы и отпустившему своих волов пастись - если он сядет отдохнуть в тени, его волы вскоре зайдут в лес.
Yo hoti cheko kassako, so puna te gahetvā yojetukāmo na tesaṃ anupadaṃ gantvā aṭaviṃ āhiṇḍahi, atha kho rasmiñca patodañca gahetvā ujukameva tesaṃ nipātanatitthaṃ gantvā nisīdati vā nipajjati vā, atha te goṇe divasabhāgaṃ caritvā nipātanatitthaṃ otaritvā nhatvā ca pivitvā ca paccuttaritvā ṭhite disvā rasmiyā bandhitvā patodena vijjhanto ānetvā yojetvā puna kammaṃ karoti, evameva tena bhikkhunā na te assāsapassāsā aññatra pakatiphuṭṭhokāsā pariyesitabbā. Now, a skilled ploughman who wants to catch them and yoke them again does not wander through the forest following their tracks, but rather he takes his rope and goad and goes straight to the drinking place where they meet, and he sits or lies there. Then after the oxen have wandered about for a part of the day, they come to the drinking place where they meet and they bathe and drink, and when he sees that they have come out and are standing about, he secures them with the rope, and prodding them with the goad, he brings them back, yokes them, and goes on with his ploughing. So too, the bhikkhu should not look for the in-breaths and out- breaths anywhere else than the place normally touched by them. Тогда умелый пахарь, желающий поймать их и снова запрячь не бродит по лесу, следуя по их следам. Он берёт вожжи и хлыст и прямиком ижёт к водопою, где они собрались и садится там или ложится. Затем, после того, как волы побродили часть дня, они приходят к месту водопоя, где они встречаются, купаются и пьют. И когда он видит, что они вышли и стоят неподалёку, он привязывает их вожжами и погоняя их хлыстом, ведёт их обратно, запрягает их и продолжает пахать. Так и монах не должен искать вдохи и выдохи где-либо ещё помимо место, где они обычно касаются тела.
Satirasmiṃ pana paññāpatodañca gahetvā pakatiphuṭṭhokāse cittaṃ ṭhapetvā manasikāro pavattetabbo. And he should take the rope of mindfulness and the goad of understanding, and fixing his mind on the place normally touched by them, he should go on giving his attention to that.[285] И он должен взять вожжи памятования и хлыст мудрости и закрепляя свой ум на месте, где они обычно касаются тела, он должен продолжить направлять на них своё внимание.
Evañhissa manasikaroto na cirasseva te upaṭṭhahanti nipātanatitthe viya goṇā. For as he gives his attention in this way they reappear after no long time, as the oxen did at the drinking place where they met. Ведь по мере того, как он направляет на них своё внимание, то через небольшой период они появляются снова, подобно волам на водопое, где они встретились.
Tatonena satirasmiyā bandhitvā tasmiṃyeva ṭhāne yojetvā paññāpatodena vijjhantena punappunaṃ kammaṭṭhānaṃ anuyuñjitabbaṃ. So he can secure them with the rope of mindfulness, and yoking them in that same place and prodding them with the goad of understanding, he can keep on applying himself to the meditation subject. Поэтому он может привязать их вожжами памятования, запрячь их в том самом месте и погнать их хлыстом мудрости. Так он сможет продолжать развивать этот объект медитации.
231.Tassevamanuyuñjato na cirasseva nimittaṃ upaṭṭhāti. 214. When he does so in this way, the sign59 soon appears to him. Когда он занимается этим, вскоре ему является образ. 59. переведено:
Все комментарии (1)
Taṃ panetaṃ na sabbesaṃ ekasadisaṃ hoti. But it is not the same for all; Но он не одинаков для всех.
Apica kho kassaci sukhasamphassaṃ uppādayamāno tūlapicu viya kappāsapicu viya vātadhārā viya ca upaṭṭhātīti ekacce āhu. on the contrary, some say that when it appears it does so to certain people producing a light touch like cotton or silk-cotton or a draught. Напротив, одни утверждают что для некоторых он проявляется с лёгким ощущением, подобным хлопку, шёлку или сквозняку.
Ayaṃ pana aṭṭhakathāsu vinicchayo, idañhi kassaci tārakarūpaṃ viya maṇiguḷikā viya muttāguḷikā viya ca, kassaci kharasamphassaṃ hutvā kappāsaṭṭhi viya dārusārasūci viya ca, kassaci dīghapāmaṅgasuttaṃ viya kusumadāmaṃ viya dhūmasikhā viya ca, kassaci vitthataṃ makkaṭakasuttaṃ viya valāhakapaṭalaṃ viya padumapupphaṃ viya rathacakkaṃ viya candamaṇḍalaṃ viya sūriyamaṇḍalaṃ viya ca upaṭṭhāti. 215. But this is the exposition given in the commentaries: It appears to some like a star or a cluster of gems or a cluster of pearls, to others with a rough touch like that of silk-cotton seeds or a peg made of heartwood, to others like a long braid string or a wreath of flowers or a puff of smoke, to others like a stretched-out cobweb or a film of cloud or a lotus flower or a chariot wheel or the moon’s disk or the sun’s disk. Но таково объяснение, даваемое в комментариях: для некоторых он проявляется как звезда или горсть драгоценных камней или горсть жемчужин. Для некоторых как грубое ощущение, подобное семенам шёлкового хлопка или клина из сердцевины дерева. Для некоторых как тесьма или цветочный венок или клуб дыма. Для некоторых как развешенная паутина или плёнка из покрова или цветок лотоса или колесо повозки или диск луны или диск солнца.
Tañca panetaṃ yathā sambahulesu bhikkhūsu suttantaṃ sajjhāyitvā nisinnesu ekena bhikkhunā "tumhākaṃ kīdisaṃ hutvā idaṃ suttaṃ upaṭṭhātī"ti vutte eko "mayhaṃ mahatī pabbateyyā nadī viya hutvā upaṭṭhātī"ti āha. 216. In fact this resembles an occasion when a number of bhikkhus are sitting together reciting a suttanta. When a bhikkhu asks, “What does this sutta appear like to you?” one says, “It appears to me like a great mountain torrent,” Фактически это напоминает случай, когда множество монахов сидели вместе и декламировали сутту. Когда монах спросил: "На что эта сутта похоже в вашем понимании?" один сказал "Для меня это как огромная горная гряда"
Aparo "mayhaṃ ekā vanarāji viya". another “To me it is like a line of forest trees,” другой сказал "Для меня это как ряд лесных деревьев"
Añño "mayhaṃ eko sītacchāyo sākhāsampanno phalabhārabharitarukkho viyā"ti. another “To me it is like a spreading fruit tree giving cool shade.” другой сказал "Для меня это как раскидистое фруктовое дерево, дающее прохладную тень".
Tesaṃ hi taṃ ekameva suttaṃ saññānānatāya nānato upaṭṭhāti. For the one sutta appears to them differently because of the difference in their perception. Ведь они одну сутту представляют по-разному из-за различий в их восприятии.
Evaṃ ekameva kammaṭṭhānaṃ saññānānatāya nānato upaṭṭhāti. Similarly this single meditation subject appears differently because of difference in perception.60 Аналогично этому этот один объект оказывается разным из-за разницы в восприятии. 60.
Все комментарии (1)
Saññajañhi etaṃ saññānidānaṃ saññāpabhavaṃ. It is born of perception, its source is perception, it is produced by perception. Он порождён восприятием, восприятие является его источником, он порождён восприятием.
Tasmā saññānānatāya nānato upaṭṭhātīti veditabbaṃ. Therefore it should be understood that when it appears differently it is because of difference in perception. Поэтому следует понимать, что когда он проявляется по разному, это по причине различий в восприятии.
Ettha ca aññameva assāsārammaṇaṃ cittaṃ, aññaṃ passāsārammaṇaṃ, aññaṃ nimittārammaṇaṃ. 217. And here, the consciousness that has in-breath as its object is one, the consciousness that has out-breath as its object is another, and the consciousness that has the sign as its object is another. И здесь момент ума, чьим объектом является вдох, - один, момент ума, чьим объектом является выдох - другой, и момент ума, чьим объектом является образ - третий.
Yassa hi ime tayo dhammā natthi, tassa kammaṭṭhānaṃ neva appanaṃ, na upacāraṃ pāpuṇāti. For the meditation subject reaches neither absorption nor even access in one who has not got these three things [clear]. Ведь объект медитации не доходит ни до поглощённости ни даже до сосредоточения доступа у того, кто не прояснил эти три вещи.
Yassa pana ime tayo dhammā atthi, tasseva kammaṭṭhānaṃ upacārañca appanañca pāpuṇāti. But it reaches access and also absorption in one who has got these three things [clear]. Но у того, кто прояснил эти три вещи, он приходит к сосредоточению доступа и поглощённости.
Vuttañhetaṃ – For this is said:
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; “Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Ajānato tayo dhamme, bhāvanā nupalabbhati. By one who knows not these three things Development is not obtained.
"Nimittaṃ assāsapassāsā, anārammaṇamekacittassa; Sign, in-breath, out-breath, are not object Of a single consciousness;
Jānatova tayo dhamme, bhāvanā upalabbhatī"ti. (pārā. aṭṭha. 2.165); By one who does know these three things Development can be obtained” (Paṭis I 170). [286]
232.Evaṃ upaṭṭhite pana nimitte tena bhikkhunā ācariyassa santikaṃ gantvā ārocetabbaṃ "mayhaṃ, bhante, evarūpaṃ nāma upaṭṭhātī"ti. 218. And when the sign has appeared in this way, the bhikkhu should go to the teacher and tell him, “Venerable sir, such and such has appeared to me.” И когда образ таким образом появился, монах должен отправиться к учителю и сказать ему: "Почтенный, у меня возник такой-то образ". Руководство для учителя можно опустить.
Все комментарии (1)
Ācariyena pana etaṃ nimittanti vā na vā nimittanti na vattabbaṃ. But [say the Dīgha reciters] the teacher should say neither “This is the sign” nor “This is not the sign”; Но [по словам декламаторов Дигха Никаи] учитель не должен говорить "Это образ" или "это не образ".
"Evaṃ hoti, āvuso"ti vatvā punappunaṃ manasi karohīti vattabbo. after saying “It happens like this, friend,” he should tell him, “Go on giving it attention again and again;” Сказав "Друг, это происходит так" он должен сказать "Продолжай снова и снова направлять на него внимание".
Nimittanti hi vutte vosānaṃ āpajjeyya. for if he were told “It is the sign,” he might [become complacent and] stop short at that (see M I 193f.), Ведь если ему скажут "Это образ" он может [стать самодовольным и] остановится на этом.
Na nimittanti vutte nirāso visīdeyya. and if he were told “It is not the sign,” he might get discouraged and give up; А если ему скажут "Это не образ" - это может отбить у него охоту и он откажется от усилий.
Tasmā tadubhayampi avatvā manasikāreyeva niyojetabboti. so he should encourage him to keep giving it his attention without saying either. Поэтому учитель должен наставить его продолжать направлять своё внимание, не сказав ни того ни другого.
Evaṃ tāva dīghabhāṇakā. So the Dīgha reciters say, firstly. Так утверждают декламаторы Дигха Никаи.
Majjhimabhāṇakā panāhu "nimittamidaṃ, āvuso, kammaṭṭhānaṃ punappunaṃ manasi karohi sappurisāti vattabbo"ti. But the Majjhima reciters say that he should be told, “This is the sign, friend. Well done. Keep giving attention to it again and again. ” Но декламаторы Маджджхима Ниаки утверждают, что ему следует сказать: "Друг, это и есть образ. Молодец. Продолжая направлять на него внимание снова и снова".
Athānena nimitteyeva cittaṃ ṭhapetabbaṃ. 219. Then he should fix his mind on that same sign; Затем он должен зафиксировать свой ум на том самом образе.
Evamassāyaṃ ito pabhuti ṭhapanāvasena bhāvanā hoti. and so from now on, his development proceeds by way of fixing. С этого момента его медитация продолжается путём фиксации.
Vuttañhetaṃ porāṇehi – For the Ancients said this:
"Nimitte ṭhapayaṃ cittaṃ, nānākāraṃ vibhāvayaṃ; “Fixing his mind upon the sign And putting away61 extraneous aspects, NT: 61. Vibhāvayaṃ can mean “to do away with” or “to explain.” Either is applicable here according to Vism-mhṭ 274.
Все комментарии (1)
Dhīro assāsapassāse, sakaṃ cittaṃ nibandhatī"ti. (pārā. aṭṭha. 2.165); The clever man anchors his mind Upon the breathings in and out. ”
Tassevaṃ nimittupaṭṭhānato pabhuti nīvaraṇāni vikkhambhitāneva honti, kilesā sannisinnāva. 220. So as soon as the sign appears, his hindrances are suppressed, his defilements subside, Поэтому как только возникает образ, его помехи [медитации] подавляются, его загрязнения стихают,
Sati upaṭṭhitāyeva. his mindfulness is established, памятование устанавливается и
Cittaṃ upacārasamādhinā samāhitameva. and his consciousness is concentrated in access concentration. его ум собран в сосредоточении доступа.
Athānena taṃ nimittaṃ neva vaṇṇato manasi kātabbaṃ, na lakkhaṇato paccavekkhitabbaṃ. 221. Then he should not give attention to the sign as to its colour, or review it as to its [specific] characteristic. Затем он не должен направлять внимание на образ в части его цвета или рассматривать его конкретную характеристику.
Apica kho khattiyamahesiyā cakkavattigabbho viya kassakena sāliyavagabbho viya ca āvāsādīni satta asappāyāni vajjetvā tāneva satta sappāyāni sevantena sādhukaṃ rakkhitabbaṃ. He should guard it as carefully as a king’s chief queen guards the child in her womb due to become a Wheel-turning Monarch,62 or as a farmer guards the ripening crops; and he should avoid the seven unsuitable things beginning with the unsuitable abode and cultivate the seven suitable things. Он должен защищать его столь тщательно как главная жена короля защищает ребёнка в своём чреве, который станет царём-миродержцем или как крестьянин защищает созревающие растения. И он должен избегать семи неподходящих объектов, начиная с неподходящего жилища и развивать семь подходящих аспектов. NT: 62. For the Wheel-turning Monarch (cakkavattin) see DN 26 and MN 129.
Все комментарии (1)
Atha naṃ evaṃ rakkhitvā punappunaṃ manasikāravasena vuddhiṃ virūḷhiṃ gamayitvā dasavidhaṃ appanākosallaṃ sampādetabbaṃ, vīriyasamatā yojetabbā. Then, guarding it thus, he should make it grow and improve with repeated attention, and he should practice the tenfold skill in absorption (IV.42) and bring about evenness of energy (IV.66). Затем, защищая его таким образом, он должен способствовать его росту и улучшению путём многократного внимания и должен развивать десятифакторный навык в поглощённости и прийти к равномерности усердия. (1) making the basis clean, (2) maintaining balanced faculties, (3) skill in the sign, (4) he exerts the mind on an occasion when it...
Все комментарии (1)
Tassevaṃ ghaṭentassa pathavīkasiṇe vuttānukkameneva tasmiṃ nimitte catukkapañcakajjhānāni nibbattanti. 222. As he strives thus, fourfold and fivefold jhāna is achieved by him on that same sign in the same way as described under the earth kasiṇa. По мере того, как он прилагает усилия таким образом, он достигает четырёхчастной и пятичастной поглощённости на том же образе, аналогично тому, как было описано для касины земли.
233.Evaṃ nibbattacatukkapañcakajjhāno panettha bhikkhu sallakkhaṇāvivaṭṭanāvasena kammaṭṭhānaṃ vaḍḍhetvā pārisuddhiṃ pattukāmo tadeva jhānaṃ pañcahākārehi vasippattaṃ paguṇaṃ katvā nāmarūpaṃ vavatthapetvā vipassanaṃ paṭṭhapeti. 5–8. (See §189) However, when a bhikkhu has achieved the fourfold and fivefold jhāna and wants to reach purity by developing the meditation subject through observing and through turning away, he should make that jhāna familiar by attaining mastery in it in the five ways (IV.131), and then embark upon insight by defining mentality-materiality. Однако когда монах достиг четырёхчастной и пятичастной поглощённости и хочет достичь чистоты путём развития объекта медитации через наблюдение и отступление, он должен сделать эту поглощённость знакомой путём достижения совершенства в ней пятью способами и затем перейти к прозрению через определение умственно-материального. пять способов: mastery in adverting, mastery in attaining, mastery in resolving (steadying the duration), mastery in emerging, and maste...
Все комментарии (1)
Kathaṃ? How? Каким образом?
So hi samāpattito vuṭṭhāya assāsapassāsānaṃ samudayo karajakāyo ca cittañcāti passati. 223. On emerging from the attainment, [287] he sees that the in-breaths and out-breaths have the physical body and the mind as their origin; Выйдя из состояния он видит, что вдохи и выдохи имеют своим источником физическое тело и ум.
Yathā hi kammāragaggariyā dhamamānāya bhastañca purisassa ca tajjaṃ vāyāmaṃ paṭicca vāto sañcarati, evameva kāyañca cittañca paṭicca assāsapassāsāti. and that just as, when a blacksmith’s bellows are being blown, the wind moves owing to the bag and to the man’s appropriate effort, so too, in-breaths and out-breaths are due to the body and the mind. И это подобно тому, как при надувании мехов кузнеца воздух движется благодаря мешку и необходимому усилию со стороны человека, так и здесь вдохи и выдохи существуют благодаря телу и уму.
Tato assāsapassāse ca kāyañca rūpanti cittañca taṃsampayuttadhamme ca arūpanti vavatthapeti. Next, he defines the in-breaths and out-breaths and the body as “materiality,” and the consciousness and the states associated with the consciousness as “the immaterial [mind].” Затем он определяет вдохи, выдохи и тело как "материю", а ум и связанные с ним умственные процессы как "нематериальное" (умственное).
Ayamettha saṅkhepo. This is in brief (cf. M-a I 249); Таково краткое объяснение.
Vitthārato pana nāmarūpavavatthānaṃ parato āvibhavissati. but the details will be explained later in the defining of mentality-materiality (XVIII.3f.). Но подробное объяснение будет дано далее в описании умственно-материального.
Evaṃ nāmarūpaṃ vavatthapetvā tassa paccayaṃ pariyesati. 224.Having defined mentality-materiality in this way, he seeks its condition. Определив умственно-материальное таким образом он ищет его условие.
Pariyesanto ca naṃ disvā tīsupi addhāsu nāmarūpassa pavattiṃ ārabbha kaṅkhaṃ vitarati. With search he finds it, and so overcomes his doubts about the way of mentality- materiality’s occurrence in the three divisions of time (Ch. XIX). Благодаря поиску он находит его и благодаря этому преодолевает свои сомнения о пути проявления умственно-материального в трёх делениях времени.
Vitiṇṇakaṅkho kalāpasammasanavasena tilakkhaṇaṃ āropetvā udayabbayānupassanāya pubbabhāge uppanne obhāsādayo dasa vipassanupakkilese pahāya upakkilesavimuttaṃ paṭipadāñāṇaṃ maggoti vavatthapetvā udayaṃ pahāya bhaṅgānupassanaṃ patvā nirantaraṃ bhaṅgānupassanena vayato upaṭṭhitesu sabbasaṅkhāresu nibbindanto virajjanto vimuccanto yathākkamena cattāro ariyamagge pāpuṇitvā arahattaphale patiṭṭhāya ekūnavīsatibhedassa paccavekkhaṇāñāṇassa pariyantaṃ patto sadevakassa lokassa aggadakkhiṇeyyo hoti. His doubts being overcome, he attributes the three characteristics [beginning with that of suffering to mentality and materiality], comprehending [them] by groups (XX.2f.); he abandons the ten imperfections of insight beginning with illumination, which arise in the first stages of the contemplation of rise and fall (XX.105f.), and he defines as “the path” the knowledge of the way that is free from these imperfections (XX.126f.). He reaches contemplation of dissolution by abandoning [attention to] arising. When all formations have appeared as terror owing to the contemplation of their incessant dissolution, he becomes dispassionate towards them (Ch. XXI), his greed for them fades away, and he is liberated from them (Ch. XXII). After he has [thus] reached the four noble paths in due succession and has become established in the fruition of Arahantship, he at last attains to the nineteen kinds of reviewing knowledge (XXII.19f.), and he becomes fit to receive the highest gifts from the world with its deities. Его сомнения преодолеваются, он приписывает три характеристики [изменчивость и т.д.] к умственному и материальному, постигая их по группам. Он отбрасывает десять загрязнений прозрения, начинающихся с освещения, которые возникают на первых стадиях отслеживания возникновения и исчезновения и он определяет как "путь" знание пути, свободное от этих загрязнений. Он достигает отслеживания разрушения путём прекращения [направления внимания на] возникновение. Когда всё конструированное проявилось как ужас из-за отслеживания его постоянного разрушения, он становится бесстрастным по отношению к ним. Страсть к нему затухает и он освобождён от них. Достигнув таким образом четырёх благородных путей в должном порядке и укрепившись в плоде архатства он наконец достигает 19 видов знаний пересмотра и становится подходящим для получения высших даров от мира с его божествами.
Ettāvatā cassa gaṇanaṃ ādiṃ katvā vipassanāpariyosānā ānāpānassatisamādhibhāvanā samattā hotīti ayaṃ sabbākārato paṭhamacatukkavaṇṇanā. 225. At this point his development of concentration through mindfulness of breathing, beginning with counting and ending with looking back (§189) is completed. This is the commentary on the first tetrad in all aspects. На этот момент его развитие собранности посредством памятования о дыхании, начавшееся со счёта и закончившееся пересмотром, закончено. Таков комментарий к первой четвёрке во всех аспектах.
234.Itaresu pana tīsu catukkesu yasmā visuṃ kammaṭṭhānabhāvanānayo nāma natthi. 226. Now, since there is no separate method for developing the meditation subject in the case of the other tetrads, Поскольку для остальных четвёрок нет отдельного метода развития объекта медитации
Tasmā anupadavaṇṇanānayeneva tesaṃ evaṃ attho veditabbo. their meaning therefore needs only to be understood according to the word commentary. их смысл следует понять лишь согласно пословному комментарию.
Pītipaṭisaṃvedīti pītiṃ paṭisaṃviditaṃ karonto pākaṭaṃ karonto assasissāmi passasissāmīti sikkhati. (v) He trains thus: “I shall breathe in … shall breathe out experiencing happiness,” that is, making happiness known, making it plain. Он учится "Я буду вдыхать... и выдыхать, ощущая восторг" означает, что он учится вдыхать и выдыхать, делая восторг известным, делая его явным.
Tattha dvīhākārehi pīti paṭisaṃviditā hoti ārammaṇato ca asammohato ca. Herein, the happiness is experienced in two ways: (a) with the object, and (b) with non-confusion. 63 Здесь восторг ощущается двумя способами - с объектом и с отсутствием неведения. 63.
Все комментарии (1)
Kathaṃ ārammaṇato pīti paṭisaṃviditā hoti? 227. (a) How is the happiness experienced with the object? Каким образом он ощущается с объектом?
Sappītike dve jhāne samāpajjati. He attains the two jhānas in which happiness is present. Монах достигает первых двух джхан, в которых присутствует восторг.
Tassa samāpattikkhaṇe jhānapaṭilābhena ārammaṇato pīti paṭisaṃviditā hoti, ārammaṇassa paṭisaṃviditattā. At the time when he has actually entered upon them the happiness is experienced with the object owing to the obtaining of the jhāna, because of the experiencing of the object. В момент достижения этих состояний восторг ощущается с объектом благодаря достижению джханы благодаря переживанию объекта.
Kathaṃ asammohato? (b) How with non-confusion? Каким образом он ощущается с отсутствием неведения?
Sappītike dve jhāne samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttaṃ pītiṃ khayato vayato sammasati. When, after entering upon and emerging from one of the two jhānas accompanied by happiness, [288] he comprehends with insight that happiness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall, Достигнув двух джхан, в которых присутствует восторг, и выйдя из них, он с помощью прозрения постигает, что восторг, связанный с джханой, является хрупким и подверженным разрушению.
Tassa vipassanākkhaṇe lakkhaṇapaṭivedhena asammohato pīti paṭisaṃviditā hoti. then at the actual time of the insight the happiness is experienced with non-confusion owing to the penetration of its characteristics [of impermanence, and so on]. В момент прозрения он испытывает восторг с отсутствием неведения путём познания характеристик [изменчивости и прочих].
Vuttañhetaṃ paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.172) – 228. For this is said in the Paṭisambhidā: В Патисамбхидамагге сказано:
"Dīghaṃ assāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. “When he knows unification of mind and non-distraction through long in-breaths, mindfulness is established in him. "В том, кто знает однонаправленность ума и неотвлечение путём долгого вдоха, памятование устанавливается.
Tāya satiyā tena ñāṇena sā pīti paṭisaṃviditā hoti. By means of that mindfulness and that knowledge that happiness is experienced. С помощью этого памятования и этого знания ощущается восторг."
Dīghaṃ passāsavasena… rassaṃ assāsavasena… rassaṃ passāsavasena… sabbakāyapaṭisaṃvedī assāsapassāsavasena… passambhayaṃ kāyasaṅkhāraṃ assāsapassāsavasena cittassa ekaggataṃ avikkhepaṃ pajānato sati upaṭṭhitā hoti. When he knows unification of mind and non-distraction through long out- breaths … through short in-breaths … through short out-breaths … through in- breaths … out-breaths experiencing the whole body … through in-breaths … out-breaths tranquilizing the bodily formation, mindfulness is established in him. В том, кто знает однонаправленность ума и неотвлечение путём долгого выдоха... короткого вдоха... короткого выдоха..., вдыхания, ощущая всё тело..., выдыхания, ощущая всё тело..., вдыхания с успокоением телесного конструирования... выдыхания с успокоением телесного конструирования, устанавливается памятование.
Tāya satiyā tena ñāṇena sā pīti paṭisaṃviditā hoti. By means of that mindfulness and that knowledge that happiness is experienced. С помощью этого памятования и этого знания ощущается восторг.
Āvajjato sā pīti paṭisaṃviditā hoti.
Jānato passato paccavekkhato cittaṃ adhiṭṭhahato saddhāya adhimuccato vīriyaṃ paggaṇhato satiṃ upaṭṭhāpayato cittaṃ samādahato paññāya pajānato abhiññeyyaṃ pariññeyyaṃ pahātabbaṃ bhāvetabbaṃ sacchikātabbaṃ sacchikaroto sā pīti paṭisaṃviditā hoti. “It is experienced by him when he adverts, when he knows, sees, reviews, steadies his mind, resolves with faith, exerts energy, establishes mindfulness, concentrates his mind, understands with understanding, directly knows what is to be directly known, fully understands what is to be fully understood, abandons what is to be abandoned, develops what is to be developed, realizes what is to be realized. Он ощущается тем, кто обращается, знает, видит, пересматривает, направляет ум, устремляется с уверенностью, прилагает усилия, устанавливает памятование, сосредотачивает ум, понимает с помощью мудрости, непосредственно познаёт то, что должно быть непосредственно познано, полностью постигает то, что должно быть полностью постигнуто, отказывается от того, от чего следует отказаться, развивает то, что надлежит развивать, осуществляет то, что надлежит осуществить.
Evaṃ sā pīti paṭisaṃviditā hotī"ti. It is in this way that that happiness is experienced” (Paṭis I 187). Вот как испытывается этот восторг."
Eteneva nayena avasesapadānipi atthato veditabbāni. 229. (vi–viii) The remaining [three] clauses should be understood in the same way as to meaning; Остальные фрагменты в этой четвёрке: ["Ощущая счастье", "ощущая процессы умственного конструирования" и "успокаивая процессы умственного конструирования"] следует понимать таким же образом в плане их значения.
Idampanettha visesamattaṃ, tiṇṇaṃ jhānānaṃ vasena sukhapaṭisaṃveditā, catunnampi vasena cittasaṅkhārapaṭisaṃveditā veditabbā. but there is this difference here. The experiencing of bliss must be understood to be through three jhānas, and that of the mental formation through four. Но здесь есть отличие. "Ощущая счастье" следует понимать в отношении трёх джхан, а "ощущая процессы умственного конструирования" - в отношении четырёх.
Cittasaṅkhāroti vedanādayo dve khandhā. The mental formation consists of the two aggregates of feeling and perception. Процессы умственного конструирования состоят из совокупностей ощущений и распознаваний.
Sukhapaṭisaṃvedīpade cettha vipassanābhūmidassanatthaṃ "sukhanti dve sukhāni kāyikañca sukhaṃ cetasikañcā"ti paṭisambhidāyaṃ (paṭi. ma. 1.173) vuttaṃ. And in the case of the clause, experiencing bliss, it is said in the Paṭisambhidā in order to show the plane of insight here [as well]: “‘Bliss’: there are two kinds of bliss, bodily bliss and mental bliss” (Paṭis I 188). И здесь, чтобы показать область прозрения в Патисамбхидамагге в отношении слов "ощущая счастье" сказано следующее: "счастье: есть два вида счастья: телесное счастье и умственное счастье".
Passambhayaṃ cittasaṅkhāranti oḷārikaṃ oḷārikaṃ cittasaṅkhāraṃ passambhento, nirodhentoti attho. Tranquilizing the mental formation: tranquilizing the gross mental formation; stopping it, is the meaning. "Успокаивая процессы умственного конструирования" означает успокаивать грубые процессы умственного конструирования, приводя к их полному прекращению.
So vitthārato kāyasaṅkhāre vuttanayeneva veditabbo. And this should be understood in detail in the same way as given under the bodily formation (see §§176–85). И подробно это следует понимать таким же образом, как и с процессами телесного конструирования.
Apicettha pītipade pītisīsena vedanā vuttā. 230. Here, moreover, in the “happiness” clause feeling [which is actually being contemplated in this tetrad] is stated under the heading of “happiness” [which is a formation] Кроме того здесь во фразе о восторге ["ощущая восторг"] ощущение [фактически являющееся отслеживаемым явлением в этой четвёрке] приводится под именем "восторг" (который является конструированным),
Sukhapade sarūpeneva vedanā. but in the “bliss” clause feeling is stated in its own form. но во фразе "ощущая счастье" оно представлено само по себе [будучи ощущением].
Dvīsu cittasaṅkhārapadesu "saññā ca vedanā ca cetasikā ete dhammā cittapaṭibaddhā cittasaṅkhārā"ti (paṭi. ma. 1.174; ma. ni. 1.463) vacanato saññāsampayuttā vedanāti evaṃ vedanānupassanānayena idaṃ catukkaṃ bhāsitanti veditabbaṃ. In the two “mental-formation” clauses the feeling is that [necessarily] associated with perception because of the words, “Perception and feeling belong to the mind, these things being bound up with the mind are mental formations” (Paṭis I 188).[289] So this tetrad should be understood to deal with contemplation of feeling. В двух фразах о процессах умственного конструирования ощущение связано с распознаванием, что следует из фразы "распознавание и ощущение - эти явления принадлежат уму, связаны с умом, это и есть процессы умственного конструирования". Так что эту четвёрку следует понимать по схеме отслеживания ощущений.
235.Tatiyacatukkepi catunnaṃ jhānānaṃ vasena cittapaṭisaṃveditā veditabbā. 231. (ix) In the third tetrad the experiencing of the [manner of] consciousness must be understood to be through four jhānas. В третьей четвёрке "ощущая ум" следует понимать в отношении четырёх джхан.
Abhippamodayaṃ cittanti cittaṃ modento pamodento hāsento pahāsento assasissāmi passasissāmīti sikkhati. (x) Gladdening the [manner of] consciousness: he trains thus: “Making the mind glad, instilling gladness into it, cheering it, rejoicing it, I shall breathe in, shall breathe out.” "Удовлетворяя ум": воодушевляя, радуя, доставляя удовольствие, доставляя радость уму он учится вдыхать и выдыхать.
Tattha dvīhākārehi abhippamodo hoti samādhivasena ca vipassanāvasena ca. Herein, there is gladdening in two ways, through concentration and through insight. Здесь удовлетворение может быть двумя способами: путём собирания ума и путём прозрения.
Kathaṃ samādhivasena? How through concentration? Каким образом оно осуществляется путём собирания?
Sappītike dve jhāne samāpajjati. He attains the two jhānas in which happiness is present. Он достигает двух джхан, в которых присутствует восторг.
So samāpattikkhaṇe sampayuttapītiyā cittaṃ āmodeti pamodeti. At the time when he has actually entered upon them he inspires the mind with gladness, instils gladness into it, by means of the happiness associated with the jhāna. В момент достижения он вдохновляет ум удовлетворением и вселяет в него удовлетворение с помощью восторга, сопутствующего джханам.
Kathaṃ vipassanāvasena? How through insight? Каким образом оно осуществляется путём прозрения?
Sappītike dve jhāne samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttapītiṃ khayato vayato sammasati. After entering upon and emerging from one of the two jhānas accompanied by happiness, he comprehends with insight that happiness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall; Достигнув двух джхан, в которых присутствует восторг, и выйдя из них, он относится к восторгу, сопутствующему джхане как хрупкому и подверженному разрушению.
Evaṃ vipassanākkhaṇe jhānasampayuttaṃ pītiṃ ārammaṇaṃ katvā cittaṃ āmodeti pamodeti. thus at the actual time of insight he inspires the mind with gladness, instils gladness into it, by making the happiness associated with the jhāna the object. Поэтому в момент прозрения он вдохновляет ум удовлетворением и вселяет в него удовлетворение с помощью восторга, сопутствующего джханам.
Evaṃ paṭipanno "abhippamodayaṃ cittaṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti vuccati. It is of one progressing in this way that the words, “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out gladdening the [manner of] consciousness,’” are said. "Учится вдыхать и выдыхать удовлетворяя ум" сказано о практике того, кто практикует таким образом.
Samādahaṃ cittanti paṭhamajjhānādivasena ārammaṇe cittaṃ samaṃ ādahanto samaṃ ṭhapento. 232.(xi) Concentrating (samādahaṃ) the [manner of] consciousness: evenly (samaṃ) placing (ādahanto) the mind, evenly putting it on its object by means of the first jhāna and so on. "Делая ум устойчивым" означает равномерное центрирование ума, равномерное помещение ума на объект с помощью первой джханы и т. п.
Tāni vā pana jhānāni samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttaṃ cittaṃ khayato vayato sampassato vipassanākkhaṇe lakkhaṇapaṭivedhena uppajjati khaṇikacittekaggatā. Or alternatively, when, having entered upon those jhānas and emerged from them, he comprehends with insight the consciousness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall, then at the actual time of insight momentary unification of the mind64 arises through the penetration of the characteristics [of impermanence, and so on]. Альтернативный вариант: когда он достиг этих джхан и вышел из них,с помощью прозрения он отслеживает связанное с джханой состояние ума как подверженное разрушению и исчезновению, тогда в момент прозрения кратковременная собранность ума возникает путём постижения характеристик [изменчивости и прочих]. 64.
Все комментарии (1)
Evaṃ uppannāya khaṇikacittekaggatāya vasenapi ārammaṇe cittaṃ samaṃ ādahanto samaṃ ṭhapento "samādahaṃ cittaṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti vuccati. Thus the words, “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out concentrating the [manner of] consciousness,’” are said also of one who evenly places the mind, evenly puts it on its object by means of the momentary unification of the mind arisen thus. Поэтому слова "он учится вдыхать и выдыхать, делая ум устойчивым" также сказаны в отношении того, кто равномерно направляет ум, равномерно помещает его на объект путём кратковременной собранности, возникшей таким образом.
Vimocayaṃ cittanti paṭhamajjhānena nīvaraṇehi cittaṃ mocento vimocento, dutiyena vitakkavicārehi, tatiyena pītiyā, catutthena sukhadukkhehi cittaṃ mocento vimocento. 233.(xii) Liberating the [manner of] consciousness: he both breathes in and breathes out delivering, liberating, the mind from the hindrances by means of the first jhāna, from applied and sustained thought by means of the second, from happiness by means of the third, from pleasure and pain by means of the fourth. "Освобождая ум": выпуская, освобождая, избавляя ум от пяти препятствий с помощью первой джханы; от рассуждения и изучения с помощью второй джханы, от восторга с помощью третьей джханы, от удовольствия и страдания с помощью четвёртой джханы.
Tāni vā pana jhānāni samāpajjitvā vuṭṭhāya jhānasampayuttaṃ cittaṃ khayato vayato sammasati. Or alternatively, when, having entered upon those jhānas and emerged from them, he comprehends with insight the consciousness associated with the jhāna as liable to destruction and to fall, Или достигнув этих джхан и выйдя из них он постигает состояние ума, сопутствующее джхане как подверженное разрушению и исчезновению.
So vipassanākkhaṇe aniccānupassanāya niccasaññāto cittaṃ mocento, dukkhānupassanāya sukhasaññāto, anattānupassanāya attasaññāto, nibbidānupassanāya nandito, virāgānupassanāya rāgato, nirodhānupassanāya samudayato, paṭinissaggānupassanāya ādānato cittaṃ mocento assasati ceva passasati ca. then at the actual time of insight he delivers, liberates, the mind from the perception of permanence by means of the contemplation of impermanence, from the perception of pleasure by means of the contemplation of pain, from the perception of self by means of the contemplation of not self, from delight by means of the contemplation of dispassion, from greed by means of the contemplation of fading away, from arousing by means of the contemplation of cessation, from grasping by means of the contemplation of relinquishment. В момент прозрения он вдыхает и выдыхает, освобождая и избавляя ум от впечатления о неизменности с помощью отслеживания изменчивости, от впечатления удовольствия с помощью отслеживания страдания, от впечатления личности путём отслеживания безличности, от наслаждения путём отслеживания непривлекательности, от алчности путём отслеживания затухания, от возникновения путём отслеживания прекращения, от присвоения путём отслеживания отрешения.
Tena vuccati "vimocayaṃ cittaṃ assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti. Hence it is said: [290] “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out liberating the [manner of] consciousness.65 ’” Вот почему говорится "он учится вдыхать и выдыхать освобождая ум". 65.
Все комментарии (1)
Evaṃ cittānupassanāvasena idaṃ catukkaṃ bhāsitanti veditabbaṃ. So this tetrad should be understood to deal with contemplation of mind. Поэтому эту четвёрку следует понимать как относящуюся к отслеживанию ума.
236.Catutthacatukke pana aniccānupassīti ettha tāva aniccaṃ veditabbaṃ. 234.(xiii) But in the fourth tetrad, as to contemplating impermanence, here firstly, the impermanent should be understood, Но в четвёртой четвёрке что касается "отслеживания изменчивости" в первую очередь нужно понять изменчивое.
Aniccatā veditabbā. and impermanence, Нужно понять изменчивость.
Aniccānupassanā veditabbā. and the contemplation of impermanence, Нужно понять отслеживание изменчивости.
Aniccānupassī veditabbo. and one contemplating impermanence. Нужно понять того, кто отслеживает изменчивость.
Tattha aniccanti pañcakkhandhā. Herein, the five aggregates are the impermanent. Здесь пять совокупностей называются изменчивыми.
Kasmā? Why? Почему?
Uppādavayaññathattabhāvā. Because their essence is rise and fall and change. Из-за того, что в их сущности заложено возникновение, исчезновение и изменение.
Aniccatāti tesaṃyeva uppādavayaññathattaṃ, hutvā abhāvo vā, nibbattānaṃ tenevākārena aṭṭhatvā khaṇabhaṅgena bhedoti attho. Impermanence is the rise and fall and change in those same aggregates, or it is their non-existence after having been; the meaning is, it is the breakup of produced aggregates through their momentary dissolution since they do not remain in the same mode. "Изменчивость" - это возникновение, исчезновение и изменения в этих самих совокупностях; или отсутствие [этих совокупностей] после существования; разрушение порождённых совокупностей путём мгновенного разрушения, поскольку они не остаются такими, какими были до этого. Таково здесь объяснение.
Aniccānupassanāti tassā aniccatāya vasena rūpādīsu aniccanti anupassanā. Contemplation of impermanence is contemplation of materiality, etc., as “impermanent” in virtue of that impermanence. "Отслеживание изменчивости" - это отслеживание тела и прочего, как изменчивых по причине этой изменчивости.
Aniccānupassīti tāya anupassanāya samannāgato. One contemplating impermanence possesses that contemplation. "Тот, кто отслеживает изменчивость" - это человек, обладающий этим отслеживанием.
Tasmā evaṃbhūto assasanto passasanto ca idha "aniccānupassī assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti veditabbo. So it is when one such as this is breathing in and breathing out that it can be understood of him: “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out contemplating impermanence. ’”66 Поэтому если человек вдыхает и выдыхает таким образом, следует считать, что он "учится вдыхать и выдыхать, отслеживая изменчивость". 66.
Все комментарии (1)
Virāgānupassīti ettha pana dve virāgā khayavirāgo ca accantavirāgo ca. 235.(xiv) Contemplating fading away: there are two kinds of fading away, that is, fading away as destruction, and absolute fading away.67 "Отслеживая затухание": здесь два вида затухания, т.е. затухание как разрушение и абсолютное затухание. 67.
Все комментарии (1)
Tattha khayavirāgoti saṅkhārānaṃ khaṇabhaṅgo. Herein, “fading away as destruction” is the momentary dissolution of formations. Здесь "затухание как разрушение" означает мгновенное разрушение конструкций,
Accantavirāgoti nibbānaṃ. “Absolute fading away” is Nibbāna. "абсолютное затухание" - это Ниббана.
Virāgānupassanāti tadubhayadassanavasena pavattā vipassanā ca maggo ca. Contemplation of fading away is insight and it is the path, which occurs as the seeing of these two. "Отслеживая затухание" означает как прозрение, так и путь, происходящий при наблюдении этих двух затуханий.
Tāya duvidhāyapi anupassanāya samannāgato hutvā assasanto passasanto ca "virāgānupassī assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti veditabbo. It is when he possesses this twofold contemplation that it can be understood of him: “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out contemplating fading away. ’” Если человек вдыхает и выдыхает, обладая таким двойным отслеживанием, следует считать, что он "учится вдыхать и выдыхать, отслеживая затухание".
Nirodhānupassīpadepi eseva nayo. (xv) The same method of explanation applies to the clause, contemplating cessation. Аналогично для фразы "отслеживая прекращение".
Paṭinissaggānupassīti etthāpi dve paṭinissaggā pariccāgapaṭinissaggo ca pakkhandanapaṭinissaggo ca. 236.(xvi) Contemplating relinquishment: relinquishment is of two kinds too, that is to say, relinquishment as giving up, and relinquishment as entering into. В случае отслеживания отрешения, отрешение здесь двух видов, а именно отрешение как отказ и отрешение как вхождение.
Paṭinissaggoyeva anupassanā paṭinissaggānupassanā. Relinquishment itself as [a way of] contemplation is “contemplation of relinquishment.” Само отрешение в качестве пути отслеживания является "отслеживанием отрешения".
Vipassanāmaggānaṃ etamadhivacanaṃ.
Vipassanā hi tadaṅgavasena saddhiṃ khandhābhisaṅkhārehi kilese pariccajati, saṅkhatadosadassanena ca tabbiparīte nibbāne tanninnatāya pakkhandatīti pariccāgapaṭinissaggo ceva pakkhandanapaṭinissaggoti ca vuccati. For insight is called both “relinquishment as giving up” and “relinquishment as entering into” since [firstly], through substitution of opposite qualities, it gives up defilements with their aggregate-producing kamma formations, and [secondly], through seeing the wretchedness of what is formed, it also enters into Nibbāna by inclining towards Nibbāna, which is the opposite of the formed (XI.18). Ведь прозрение называется отрешением как отказ и отрешением как вхождение, поскольку (1) благодаря замене на противоположные качества оно отпускает загрязнения ума с их процессами конструирования, создающими камму, и (2) благодаря наблюдению недостатков конструированного оно также входит в Ниббану, склоняясь к ней как противоположности конструированному.
Maggo samucchedavasena saddhiṃ khandhābhisaṅkhārehi kilese pariccajati, ārammaṇakaraṇena ca nibbāne pakkhandatīti pariccāgapaṭinissaggo ceva pakkhandanapaṭinissaggoti ca vuccati. Also the path is called both “relinquishment as giving up” and “relinquishment as entering into” since it gives up defilements with their aggregate-producing kamma-formations by cutting them off, and it enters into Nibbāna by making it its object. И также путь называется отрешением как отказ и отрешением как вхождение, поскольку он отпускает загрязнения ума с их процессами конструирования, порождающими камму, путём их отсечения и входит в Ниббану, делая её своим объектом.
Ubhayampi pana purimapurimaññāṇānaṃ anuanupassanato anupassanāti vuccati. Also both [insight and path knowledge] are called contemplation (anupassanā) because of their re-seeing successively (anu anu passanā) each preceding kind of knowledge.68 [291] И оба они [прозрение и знание, соответствующее пути] называются отслеживанием благодаря последовательному пересмотру каждого предыдущего вида знания. Прим. 68. Комм. NT: The word pakkhandana (rendered by “entering into”) is used to define the act of faith, and can also be rendered by “launchin...
Все комментарии (1)
Tāya duvidhāyapi paṭinissaggānupassanāya samannāgato hutvā assasanto passasanto ca "paṭinissaggānupassī assasissāmi passasissāmīti sikkhatī"ti veditabbo. It is when he possesses this twofold contemplation that it can be understood of him: “He trains thus: ‘I shall breathe in … shall breathe out contemplating relinquishment. ’” И того, кто вдыхает и выдыхает, обладая этим двойным отслеживанием, следует считать, что он "учится вдыхать и выдыхать, отслеживая отрешение".
Idaṃ catutthacatukkaṃ suddhavipassanāvaseneva vuttaṃ. 237. This tetrad deals only with pure insight Эта четвёрка относится исключительно к прозрению.
Purimāni pana tīṇi samathavipassanāvasena. while the previous three deal with serenity and insight. Но предыдущие три относятся как к собранности ума, так и к прозрению.
Evaṃ catunnaṃ catukkānaṃ vasena soḷasavatthukāya ānāpānassatiyā bhāvanā veditabbā. This is how the development of mindfulness of breathing with its sixteen bases in four tetrads should be understood. Так следует понимать памятование о дыхании с его шестнадцатью составляющими в четырёх четвёрках.
Evaṃ soḷasavatthuvasena ca pana ayaṃ ānāpānassati mahapphalā hoti mahānisaṃsā. This mindfulness of breathing with its sixteen bases thus is of great fruit, of great benefit. Вот так это памятование о дыхании с её 16 основами приносит большой плод и большое благо.
237.Tatrassa "ayampi kho, bhikkhave, ānāpānassatisamādhi bhāvito bahulīkato santo ceva paṇīto cā"tiādivacanato santabhāvādivasenāpi mahānisaṃsatā veditabbā, vitakkupacchedasamatthatāyapi. 238. Its great beneficialness should be understood here as peacefulness both because of the words, “And, bhikkhus, this concentration through mindfulness of breathing, when developed and much practiced, is both peaceful and sublime” (S V 321), etc., and because of its ability to cut off applied thoughts; Его большое благо следует понимать здесь как умиротворённость на основе слов "Монахи, эта собранность ума благодаря памятованию о дыхании будучи развита и часто практикуема является как умиротворённой, так и возвышенной" и также благодаря её возможности отсекать рассуждение.
Ayañhi santapaṇītaasecanakasukhavihārattā samādhiantarāyakarānaṃ vitakkānaṃ vasena ito cito ca cittassa vidhāvanaṃ vicchinditvā ānāpānārammaṇābhimukhameva cittaṃ karoti. for it is because it is peaceful, sublime, and an unadulterated blissful abiding that it cuts off the mind’s running hither and thither with applied thoughts obstructive to concentration, and keeps the mind only on the breaths as object. Это так, поскольку она является умиротворённым, возвышенным и чистым счастливым пребыванием, отсекающим беготню ума туда-сюда с рассуждением, препятствующим умственной собранности, и удерживает ум только на дыханиях в качестве объекта.
Teneva vuttaṃ "ānāpānassati bhāvetabbā vitakkupacchedāyā"ti (a. ni. 9.1). Hence it is said: “Mindfulness of breathing should be developed in order to cut off applied thoughts” (A IV 353). Поэтому сказано: "Памятование о дыхании следует развивать для отсечения рассуждения".
Vijjāvimuttipāripūriyā mūlabhāvenāpi cassā mahānisaṃsatā veditabbā. 239. Also its great beneficialness should be understood as the root condition for the perfecting of clear vision and deliverance; И также его большую пользу следует понимать как корневое условие для совершенствования ясного знания и освобождения.
Vuttañhetaṃ bhagavatā – "ānāpānassati, bhikkhave, bhāvitā bahulīkatā cattāro satipaṭṭhāne paripūreti, cattāro satipaṭṭhānā bhāvitā bahulīkatā satta bojjhaṅge paripūrenti, satta bojjhaṅgā bhāvitā bahulīkatā vijjāvimuttiṃ paripūrentī"ti (ma. ni. 3.147). for this has been said by the Blessed One: “Bhikkhus, mindfulness of breathing, when developed and much practiced, perfects the four foundations of mindfulness. The four foundations of mindfulness, when developed and much practiced, perfect the seven enlightenment factors. The seven enlightenment factors, when developed and much practiced, perfect clear vision and deliverance” (M III 82). Ведь Благословенный сказал: "Памятование о дыхании, когда его развивают и постоянно практикуют, приводит к совершенству все четыре способа установления памятования. Четыре способа установления памятования, когда их развивают и постоянно практикуют, приводят к совершенству семь факторов постижения. Семь факторов постижения, когда их развивают и постоянно практикуют, приводят к совершенству ясное знание и освобождение."
Apica carimakānaṃ assāsapassāsānaṃ viditabhāvakaraṇatopissā mahānisaṃsatā veditabbā. 240. Again its great beneficialness should be understood to reside in the fact that it causes the final in-breaths and out-breaths to be known; И также его большое благо следует понимать как содержащееся в том факте, что оно делает известными последние вдохи и выдохи.
Vuttañhetaṃ bhagavatā – "evaṃ bhāvitāya kho, rāhula, ānāpānassatiyā evaṃ bahulīkatāya yepi te carimakā assāsapassāsā, tepi viditāva nirujjhanti, no aviditā"ti (ma. ni. 2.121). for this is said by the Blessed One: “Rāhula, when mindfulness of breathing is thus developed, thus practiced much, the final in-breaths and out-breaths, too, are known as they cease, not unknown” (M I 425f.). Ведь Благословенный сказал: "Рахула, когда памятование о дыхании развивается таким образом, часто практикуется, последние вдохи и выдохи становятся известными как они прекращаются, не остаются неизвестными."
238.Tattha nirodhavasena tayo carimakā bhavacarimakā, jhānacarimakā, cuticarimakāti. 241. Herein, there are three kinds of [breaths that are] final because of cessation, that is to say, final in becoming, final in jhāna, and final in death. В этом фрагменте описаны три вида дыханий, являющиеся последними благодаря прекращению, а именно последние в бывании, последние в джхане и последние в смерти.
Bhavesu hi kāmabhave assāsapassāsā pavattanti, rūpārūpabhavesu nappavattanti, tasmā te bhavacarimakā. For, among the various kinds of becoming (existence), in-breaths and out-breaths occur in the sensual-sphere becoming, not in the fine-material and immaterial kinds of becoming. That is why there are final ones in becoming. Среди различных видов бывания вдохи и выдохи происходят в процессе бывания в мире страсти, в мире тонких форм и в бесформенном мире они отсутствуют. Вот почему они являются последними в бывании.
Jhānesu purime jhānattaye pavattanti, catutthe nappavattanti, tasmā te jhānacarimakā. In the jhānas they occur in the first three but not in the fourth. That is why there are final ones in jhāna. В джханах они происходят в первых трёх, но не в четвёртой. Вот почему в джхане существуют последние вдохи и выдохи.
Ye pana cuticittassa purato soḷasamena cittena saddhiṃ uppajjitvā cuticittena saha nirujjhanti, ime cuticarimakā nāma. Those that arise along with the sixteenth consciousness preceding the death consciousness [292] cease together with the death consciousness. They are called “final in death.” Те вдохи и выдохи, что происходят вместе с шестнадцатым моментом ума, предшествующим моменту ума ухода прекращаются вместе моментом ума ухода. Поэтому они называются "последними в момент смерти".
Ime idha "carimakā"ti adhippetā. It is these last that are meant here by “final. ” Под "последними" здесь понимаются эти три.
Imaṃ kira kammaṭṭhānaṃ anuyuttassa bhikkhuno ānāpānārammaṇassa suṭṭhu pariggahitattā cuticittassa purato soḷasamassa cittassa uppādakkhaṇe uppādaṃ āvajjayato uppādopi nesaṃ pākaṭo hoti. 242. When a bhikkhu has devoted himself to this meditation subject, it seems, if he adverts, at the moment of arising of the sixteenth consciousness before the death consciousness, to their arising, then their arising is evident to him; Говорят, что когда монах посвятил себя этому объекту медитации, если в момент шестнадцатого момента ума до момента ума ухода он обращается к их (дыханий?) возникновению, тогда из возникновение для него очевидно.
Ṭhitiṃ āvajjayato ṭhitipi nesaṃ pākaṭā hoti. if he adverts to their presence, then their presence is evident to him; Если он обращается к их присутствию, то их присутствие для него очевидно.
Bhaṅgaṃ āvajjayato ca bhaṅgo nesaṃ pākaṭo hoti. if he adverts to their dissolution, then their dissolution is evident to him; and it is so because he has thoroughly discerned in-breaths and out-breaths as object. Если он обращается к их исчезновению, то их исчезновение для него очевидно. [И это так, потому что он полностью постиг вдохи и выдохи как объект [медитации].] Вот это где в оригинале: and it is so because he has thoroughly discerned in-breaths and out-breaths as object.
Все комментарии (1)
Ito aññaṃ kammaṭṭhānaṃ bhāvetvā arahattaṃ pattassa bhikkhuno hi āyuantaraṃ paricchinnaṃ vā hoti aparicchinnaṃ vā. 243. When a bhikkhu has attained Arahantship by developing some other meditation subject than this one, he may be able to define his life term or not. Когда монах достиг архатства путём совершенствования какого-либо другого объекта медитации помимо этого, он может определить срок своей жизни или не может.
Idaṃ pana soḷasavatthukaṃ ānāpānassatiṃ bhāvetvā arahattaṃ pattassa āyuantaraṃ paricchinnameva hoti. But when he has reached Arahantship by developing this mindfulness of breathing with its sixteen bases, he can always define his life term. Но когда он достиг архатства путём совершенствования этого памятования о дыхании с его 16 основами он всегда может определить срок своей жизни.
So "ettakaṃ dāni me āyusaṅkhārā pavattissanti, na ito para"nti ñatvā attano dhammatāya eva sarīrapaṭijaggananivāsanapārupanādīni sabbakiccāni katvā akkhīni nimīleti koṭapabbatavihāravāsītissatthero viya mahākarañjiyavihāravāsīmahātissatthero viya devaputtamahāraṭṭhe piṇḍapātikatissatthero viya cittalapabbatavihāravāsino dve bhātiyattherā viya ca. He knows, “My vital formations will continue now for so long and no more. ” Automatically he performs all the functions of attending to the body, dressing and robing, etc., after which he closes his eyes, like the Elder Tissa who lived at the Koṭapabbata Monastery, like the Elder Mahā Tissa who lived at the Mahā Karañjiya Monastery, like the Elder Tissa the alms-food eater in the kingdom of Devaputta, like the elders who were brothers and lived at the Cittalapabbata monastery. О познаёт "Мои жизненные конструкции просуществуют столько-то и не более". Он автоматически исполняет все дела по уходу за телом, облачение в нижнюю и верхнюю одежду и т.п. после чего он закрывает глаза как монах Тисса, живший в монастыре Котапаббата, как монах Махатисса, живший в монастыре Махакараньджия, как монах Тисса из страны Дэвапутта, питавшийся подаянием, как монахи, которые были братьями и жили монастыре Читтадапаббата.
Tatridaṃ ekavatthuparidīpanaṃ. 244. Here is one story as an illustration. Для иллюстрации есть такая история.
Dvebhātiyattherānaṃ kireko puṇṇamuposathadivase pātimokkhaṃ osāretvā bhikkhusaṅghaparivuto attano vasanaṭṭhānaṃ gantvā caṅkame ṭhito candālokaṃ oloketvā attano āyusaṅkhāre upadhāretvā bhikkhusaṅghamāha – "tumhehi kathaṃ parinibbāyantā bhikkhū diṭṭhapubbā"ti. After reciting the Pātimokkha, it seems, on the Uposatha day of the full moon, one of the two elders who were brothers went to his own dwelling place surrounded by the Community of Bhikkhus. As he stood on the walk looking at the moonlight he calculated his own vital formations, and he said to the Community of Bhikkhus, “In what way have you seen bhikkhus attaining Nibbāna up till now?” Якобы после чтения Патимоккхи в день упосатхи полнолуния один из двух монахов, бывших братьями, отправились в своё жилище в сопровождении общины монахов. Стоя на дорожке и глядя на лунный свет он вычислил свои жизненные конструкции и сказал монашеской общине: "Какие виды достижения окончательного освобождения монахами вы до настоящего времени видели?".
Tatra keci āhaṃsu "amhehi āsane nisinnakāva parinibbāyantā diṭṭhapubbā"ti. Some answered, “Till now we have seen them attain Nibbāna sitting in their seats.” Некоторые ответили: "До настоящего времени мы видели как они достигали окончательного освобождения сидя на своих местах".
Keci "amhehi ākāse pallaṅkamābhujitvā nisinnakā"ti. Others answered, “We have seen them sitting cross-legged in the air.” Другие ответили: "Мы видели, когда они зависли в воздухе со скрещенными ногами".
Thero āha – "ahaṃ dāni vo caṅkamantameva parinibbāyamānaṃ dassessāmī"ti tato caṅkame lekhaṃ katvā "ahaṃ ito caṅkamakoṭito parakoṭiṃ gantvā nivattamāno imaṃ lekhaṃ patvāva parinibbāyissāmī"ti vatvā caṅkamaṃ oruyha parabhāgaṃ gantvā nivattamāno ekena pādena lekhaṃ akkantakkhaṇeyeva parinibbāyi. The elder said, “I shall now show you one attaining Nibbāna while walking. ” He then drew a line on the walk, saying, “I shall go from this end of the walk to the other end and return; when I reach this line I shall attain Nibbāna. ” So saying, he stepped on to the walk and went to the far end. On his return he attained Nibbāna in the same moment in which he stepped on the line. [293] Монах сказал: "Сейчас я покажу вам как достигают окончательного освобождения во время ходьбы". Он начертил линию на дорожке, сказав: "Я пройду от этого конца дорожки до другого и вернусь. Дойдя до этой линии я достигну окончательного освобождения". Сказав так он вступил на дорожку и пошёл в дальний конец. По возвращении он достиг окончательного освобождения в тот момент, когда ступил на линию.
Tasmā have appamatto, anuyuñjetha paṇḍito; So let a man, if he is wise, Untiringly devote his days
Evaṃ anekānisaṃsaṃ, ānāpānassatiṃ sadāti. To mindfulness of breathing, which Rewards him always in these ways.
Idaṃ ānāpānassatiyaṃ vitthārakathāmukhaṃ. This is the section dealing with mindfulness of breathing in the detailed explanation.
<< Назад