Что нового Оглавление Поиск Закладки Словарь Вход EN / RU
Адрес: Три корзины (основные тексты) >> Корзина наставлений (Сутта Питака) >> Собрание кратких наставлений (Кхуддака Никая) >> Вопросы Милинды >> Книга 4. Вопросы-рогатины >> Глава 4 >> 6. Mettābhāvanānisaṃsapañho
<< Назад Глава 4 Далее >>
Отображение колонок



6. Mettābhāvanānisaṃsapañho Палийский оригинал

пали Парибок А.В. - русский Комментарии
6."Bhante nāgasena, bhāsitampetaṃ bhagavatā 'mettāya, bhikkhave, cetovimuttiyā āsevitāya bhāvitāya bahulīkatāya yānīkatāya vatthukatāya anuṭṭhitāya paricitāya susamāraddhāya ekādasānisaṃsā pāṭikaṅkhā. – Почтенный Нагасена, есть изречение Блаженного: «К тому, монахи, кто доброту, освобождающую мысль562, породил, освоил, познал, умножил, подчинил, оседлал, воплотил, осуществил, обрел, одиннадцать благ приходят:
Katame ekādasa?
Sukhaṃ supati, sukhaṃ paṭibujjhati, na pāpakaṃ supinaṃ passati, manussānaṃ piyo hoti, amanussānaṃ piyo hoti, devatā rakkhanti, nāssa aggi vā visaṃ vā satthaṃ vā kamati [satthaṃ kamati (syā.) a. ni. 11.15 passitabbaṃ], tuvaṭaṃ cittaṃ samādhiyati, mukhavaṇṇo vippasīdati, asammūḷho kālaṃ karoti, uttariṃ appaṭivijjhanto brahmalokūpago hotī'ti. спит спокойно, просыпается спокойно, дурных снов не видит, людям люб, нелюди563 люб, духи его хранят, ни огонь его, ни яд, ни меч не берут, сосредоточивается быстро, лицом светел, умирает несмятенно, если большего не достиг564 – попадет в мир Брахмы»565.
Puna ca tumhe bhaṇatha 'sāmo kumāro mettāvihārī migasaṅghena parivuto pavane vicaranto pīḷiyakkhena raññā viddho visapītena sallena tattheva mucchito patito'ti. И, однако вы утверждаете: «Исполненного доброты566 молодого Шьяму, шедшего по склону горы со стадом оленей, царь Пелиякша ранил отравленной стрелой, и он тут же упал, лишившись чувств»567.
"Yadi, bhante nāgasena, bhagavatā bhaṇitaṃ 'mettāya bhikkhave - pe - brahmalokūpago hotī'ti, tena hi "sāmo kumāro mettāvihārī migasaṅghena parivuto pavane vicaranto pīḷiyakkhena raññā viddho visapītena sallena tattheva mucchito patito'ti yaṃ vacanaṃ, taṃ micchā. Если, почтенный Нагасена, Блаженный сказал: «К тому, монахи (---) попадает в мир Брахмы», то ложны слова: «Исполненного доброты молодого Шьяму, шедшего по склону горы со стадом оленей, царь Пелиякша ранил отравленной стрелой, и он тут же упал, лишившись чувств».
Yadi sāmo kumāro mettāvihārī migasaṅghena parivuto pavane vicaranto pīḷiyakkhena raññā viddho visapītena sallena tattheva mucchito patito, tena hi 'mettāya, bhikkhave - pe - satthaṃ vā kamatī'ti tampi vacanaṃ micchā. Если же «исполненного доброты молодого Шьяму, шедшего по склону горы со стадом оленей, царь Пелиякша ранил отравленной стрелой и он тут же упал, лишившись чувств», то тогда ложны слова: «К тому, монахи (---) попадает в мир Брахмы».
Ayampi ubhato koṭiko pañho sunipuṇo parisaṇho sukhumo gambhīro, api sunipuṇānaṃ manujānaṃ gatte sedaṃ moceyya, so tavānuppatto, vijaṭehi taṃ mahājaṭājaṭitaṃ, anāgatānaṃ jinaputtānaṃ cakkhuṃ dehi nibbāhanāyā"ti. Вот еще вопрос обоюдоострый, изощренный, скользкий, тонкий, глубокий. Искушенного и то пот прошибет. Тебе он поставлен. Расчеши этот запутанный колтун, глаза раскрой будущим сынам Победителя, всели в них уверенность.
"Bhāsitampetaṃ, mahārāja, bhagavatā 'mettāya bhikkhave…pe... satthaṃ vā kamatī'ti. – Есть, государь, изречение Блаженного: «К тому, монахи (---) ни огонь его, ни яд, ни меч не берут».
Sāmo ca kumāro mettāvihārī migasaṅghena parivuto pavane vicaranto pīḷiyakkhena raññā viddho visapītena sallena tattheva mucchito patito, tattha pana, mahārāja, kāraṇaṃ atthi. И действительно, «исполненного доброты молодого Шьяму, шедшего по склону горы со стадом оленей, царь Пелиякша ранил отравленной стрелой, и он тут же упал, лишившись чувств». Но тому было основание, государь.
Katamaṃ tattha kāraṇaṃ? Вот какое основание:
Nete, mahārāja, guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā, sāmo, mahārāja, kumāro ghaṭaṃ ukkhipanto tasmiṃ khaṇe mettābhāvanāya pamatto ahosi. здесь заслуга, государь, не человека, освоения доброты заслуга. Молодой Шьяма поднимал в то мгновение кувшин, государь, и отвлекся от освоения доброты568.
"Yasmiṃ, mahārāja, khaṇe puggalo mettaṃ samāpanno hoti, na tassa puggalassa tasmiṃ khaṇe aggi vā visaṃ vā satthaṃ vā kamati. В то мгновение, государь, когда человек исполнен доброты, его ни огонь, ни яд, ни меч не берут,
Tassa ye keci ahitakāmā upagantvā taṃ na passanti, na tasmiṃ okāsaṃ labhanti. недоброжелатели в двух шагах не видят, поразить его не могут.
Nete, mahārāja, guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā. Здесь заслуга, государь, не человека, освоения доброты заслуга.
Idha, mahārāja, puriso saṅgāmasūro abhejjakavacajālikaṃ sannayhitvā saṅgāmaṃ otareyya, tassa sarā khittā upagantvā patanti vikiranti, na tasmiṃ okāsaṃ labhanti, neso, mahārāja, guṇo saṅgāmasūrassa, abhejjakavacajālikāyeso guṇo, yassa sarā khittā upagantvā patanti vikiranti. Представь, государь: облачается богатырь-воитель в несокрушимую броню и на бой выходит; стрелы от него отлетают, отскакивают, поразить не могут; здесь заслуга, государь, не богатыря-воителя, несокрушимой брони заслуга.
Evameva kho, mahārāja, nete guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā. Вот точно так же, государь, это заслуга не человека, освоения доброты заслуга.
"Yasmiṃ, mahārāja, khaṇe puggalo mettaṃ samāpanno hoti, na tassa puggalassa tasmiṃ khaṇe aggi vā visaṃ vā satthaṃ vā kamati. В то мгновение, государь, когда человек исполнен доброты, его ни огонь, ни яд, ни меч не берут,
Tassa ye keci ahitakāmā upagantvā taṃ na passanti, tasmiṃ okāsaṃ na labhanti, nete, mahārāja, guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā. недоброжелатели в двух шагах не видят, поразить его не могут. Здесь заслуга, государь, не человека, освоения доброты порожденной заслуга.
Idha pana, mahārāja, puriso dibbaṃ antaradhānaṃ mūlaṃ hatthe kareyya, yāva taṃ mūlaṃ tassa hatthagataṃ hoti, tāva na añño koci pakatimanusso taṃ purisaṃ passati. Или представь, государь: взял человек в руки волшебный корешок-невидимку. Пока этот корешок в руке у человека, никто из обычных людей его не видит.
Neso, mahārāja, guṇo purisassa, mūlasseso guṇo antaradhānassa, yaṃ so pakatimanussānaṃ cakkhupathe na dissati. Здесь заслуга, государь, не человека, корешка-невидимки заслуга, что он для взоров обычных людей невидим.
Evameva kho, mahārāja, nete guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā. Вот точно так же, государь, это заслуга не человека, освоения доброты заслуга.
"Yasmiṃ, mahārāja, khaṇe puggalo mettaṃ samāpanno hoti, na tassa puggalassa tasmiṃ khaṇe aggi vā visaṃ vā satthaṃ vā kamati. В то мгновение, государь, когда человек исполнен доброты, его ни огонь, ни яд, ни меч не берут,
Tassa ye keci ahitakāmā upagantvā taṃ na passanti, na tasmiṃ okāsaṃ labhanti. недоброжелатели в двух шагах не видят, поразить его не могут.
Nete, mahārāja, guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā. Здесь заслуга, государь, не человека, освоения доброты заслуга.
Yathā vā pana, mahārāja, purisaṃ sukataṃ mahāleṇamanuppaviṭṭhaṃ mahatimahāmegho abhivassanto na sakkoti temayituṃ, neso, mahārāja, guṇo purisassa, mahāleṇasseso guṇo, yaṃ mahāmegho abhivassamāno na taṃ temeti. Или, скажем, государь: забрался человек в добротное, просторное укрытие; его там даже из большой тучи дождь вымочить не сможет, и здесь заслуга, государь, не человека, просторного укрытия заслуга, что его даже из большой тучи дождь не вымочит.
Evameva kho, mahārāja, nete guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā. Вот точно так же, государь, это заслуга не человека, освоения доброты заслуга.
"Yasmiṃ, mahārāja, khaṇe puggalo mettaṃ samāpanno hoti, na tassa puggalassa tasmiṃ khaṇe aggi vā visaṃ vā satthaṃ vā kamati. В то мгновение, государь, когда человек исполнен доброты, его ни огонь, ни яд, ни меч не берут,
Tassa ye keci ahitakāmā upagantvā taṃ na passanti, na tassa sakkonti ahitaṃ kātuṃ nete, mahārāja, guṇā puggalassa, mettābhāvanāyete guṇā"ti. недоброжелатели в двух шагах не видят, поразить его не могут. Здесь заслуга, государь, не человека, освоения доброты заслуга.
"Acchariyaṃ, bhante nāgasena, abbhutaṃ bhante nāgasena, sabbapāpanivāraṇā mettābhāvanā"ti. – Чудесно, почтенный Нагасена, необычайно, почтенный Нагасена! Любое зло отвращается освоением доброты!
"Sabbakusalaguṇāvahā, mahārāja, mettābhāvanā hitānampi ahitānampi, ye te sattā viññāṇabaddhā, sabbesaṃ mahānisaṃsā mettābhāvanā saṃvibhajitabbā"ti. – Всяческие добрые свойства, государь, сообщает освоение доброты и благим и неблагим, и следует, чтобы все живые, обладающие сознанием, наделены были освоением доброты, приносящим многие блага569.
Mettābhāvanānisaṃsapañho chaṭṭho.
<< Назад Глава 4 Далее >>